Страница 12 из 39
- Пусть так - спокойно ответил Следопыт. - На словах все гладко. Я готов к спектаклю, но позвольте вопрос: почему мне нужно говорить от лица Тюреля? Зачем такие пляски? Боитесь, что Бруно не захочет говорить со мной, если узнает, что меня прислали вы?
- Боюсь, что Франц не захочет. - Калленберг подошел к окну. Серьезно ли он говорил, или потешался над собой, понять было невозможно. - Бруно будет счастлив дедову заступнику. Насколько мне известно, Леонору он любил больше Франца. Мальчик восторгался Франком Тюрелем и собственным сальмонтским происхождением. Быть может, с ними он будет откровеннее, чем со мной?
-Может быть, - пожал плечами Следопыт. - А что сам вильё Тюрель? В курсе ли он вашей задумки? Случится конфуз, буде, потрясая бумагами, Жиль Артуа с изумлением узнает, что истинный Жиль Артуа отбыл из аббатства час назад, и уже несется в Вышеград отправить патрону письмо с отчетом.
- Хочешь узнать, не подделан ли документ? Какая, право, оскорбительная мысль. Все бумаги подлинные. Я имел срочную переписку с Франком Тюрелем, известил того о состоянии Бруно и предложил план действий. Вильё Тюрель идею одобрил, пообещав содействие. Упоминал он и о том, что ждёт от графа Гоффмарка известий о Лауре. Коль скоро девушка наберётся сил, вильё пришлёт за ней вооруженное сопровождение. Франк Тюрель - достойный человек. При жизни Франца у него не было возможности близко узнать внуков, но ради спокойствия родной дочери вильё Тюрель пойдет на все, включая подмену Жиля Артуа. Упомянутый Жиль лично передал мне бумаги. Сюда он добрался неделей ранее, остановившись под моей крышей в ожидании дальнейшего развития событий. Если ты берешься исполнить мое поручение, вильё Артуа надлежит не показываться на людях, покуда его новое воплощение, побывав в аббатстве, не возвратится назад. Если тебя не могут найти, либо ты отказываешься от работы, вильё Артуа самостоятельно отправляется в Вистенхоф. Второй вариант не оставляет мне шанса на достижение главной цели, но таково было условие Франка Тюреля, и мне пришлось рискнуть в надежде, что тебя сыщут вовремя и мы найдем общий язык.
- Вижу, вокруг мальчика созрел целый заговор. - Следопыт поднялся со стула и вслед за хозяином подошел к окну, про себя отдавая должное архитекторам поместья, сумевшим добиться лучшего вида на вышеградские просторы, полные зелени трав и небесной лазури. Художнику Бруно пришелся бы по вкусу здешний пейзаж. - Не знаю, в какую игру вы играете, господин Калленберг, и знать не хочу. Сомневаться в вашей порядочности у меня нет ни поводов ни желания. То, как вы встретили меня, о многом говорит. Я подойду к делу со всей ответственностью. Вероятнее всего, в Вистенхофе мне придется провести не один день. Я не хочу сходу наваливаться на заключённого, выворачивая того наизнанку. Также, я не могу гарантировать вам, что наверняка разговорю Бруно. Учтите это, но знайте - я прибегну к любым известным средствам, дабы начатое увенчалось успехом. Если останутся сомнения, поеду в усадьбу Эскальд. Единожды свершившееся колдовство надолго оставляет следы. Их не различит обычный человек, но следопыты не случайно именуются следопытами.
Мы видим тени ритуалов; слышим отголоски голосов, когда-то певших в алых всполохах заката, при свете звёзд и луны, в городах или деревнях - не важно. Если в Эскальде звучали заклятия, я определю это, доложу вам, и вы сами решите, идти ли мне по следу, продолжать ли искать виноватых, или бросить это дело, оставив вас наедине с горечью ваших утрат. Вы согласны на такие условия?
Лотар Калленберг был согласен. Отвернувшись от окна, он протянул Следопыту руку в знак того, что договор их вступает в силу, и Рандольф пожал ее, подтверждая готовность Жиля Артуа отправиться в путь.
- Вильё Артуа, в течении ближайшей недели я буду ждать вас здесь. После мне придется вернуться в столицу. Нужно подготовиться к приему гостей по случаю собственного дня рождения. Не могу сказать, что повод приятный, но Вышеград требует политеса, а я и без того зачастую им пренебрегаю. Буде ваша миссия затянется, вы без труда разыщете мой дом в Верхнем Городе. Для вас он всегда открыт, друг мой. А пока отобедайте перед тяжкой дорогой. За время трапезы камердинер успеет подготовить подходящий наряд. Предупреждаю заранее, составить компанию я вам не смогу - мои люди давно заждались внизу.
- Премного благодарен за приют, господин Калленберг, - произнес Рандольф с эталонным сальмонтским произношением, - я отобедаю. Находиться подле нет нужды. Я привык к одиночеству, и оно меня вполне устраивает. Отправляюсь, как только получу мне причитающееся.
- Да будет так! - хлопнул Калленберг Следопыта по плечу. - У вас, вильё, прекрасный нордианский, но, позвольте заметить, опытное ухо без труда различит в нем выходца с запада. Так пусть же в наших краях вам всегда сопутствует удача! В добрый путь. Furlua!
- Furlua sole vilo Kallenberg! (удача придет, господин Калленберг! (сальм.)) - ответил Следопыт.
Вдвоем с хозяином они проследовали к выходу. Снаружи по стойке смирно их ждал Немногословный Стражник.
...Спустя три часа, из восточных ворот усадьбы Ла́нзец выехал всадник, наряженный в диковинный пурпурно-золотой дублет с широкими рукавами - неудобный наряд для путешествий, но таковы западные щеголи, готовые терпеть неудобства, лишь бы покрасоваться. Хотя капюшон бардового плаща скрывал лицо чужеземца, у караульных не возникало сомнений, что перед ними важная шишка. От таких лучше держаться подальше. Не просто так вильё гостил у господина всю неделю. Очевидно, обсуждались вопросы важные. Мешать исполнению господских поручений? Ищите дураков! Пускай себе едет, да подальше и всего краше - навсегда.
Сам упомянутый Жиль Артуа был удовлетворен сложившимся положением. Ему нравилось, что к нему не лезут.
Примечания автора: обновления будут выходить три раза в неделю - по понедельникам, средам и субботам. Если читателям предложенный график покажется неудобным, мы его пересмотрим. Пишите предложения в комментариях, а также не забывайте про телегу с Хронологией и самыми актуальными новостями о мире Краснолесия.