Страница 30 из 42
Прошло уже около часа с тех пор, как Эрнест ушёл, и почему-то мне было неспокойно. Это был первый случай, когда кто-то приехал сюда, но в доме и на дворе стояла непривычная тишина.
Я могла бы выйти во двор и поискать Эрнеста, но мне это запрещено.
И почему-то это задело меня сильнее, чем я ожидала.
Казалось, я надеялась, что после всего, что между нами произошло, я перестану быть пленницей. Но, похоже, ничего не изменилось. Не стоит забывать, с чего всё началось… И как бы Эрнест ко мне ни относился, ситуация, в которой я оказалась, оставалась неизменной.
Я всё же решила подняться в свою комнату. Это лучше, чем сидеть в гостиной и высматривать Эрнеста, словно преданная собака.
Сев на кровать, подогнув ноги, я взяла планшет. Но, просидев перед экраном минут десять, поняла, что не хочу ни читать, ни смотреть фильмы. Меня ничего не интересовало.
И всё же я зашла в соцсети.
Листала ленту, глядя на знакомые лица, которые казались чужими. Возможно, кто-то из них и пытался связаться со мной, но я просто этого не увидела. Это был ещё один «лимон» в наших с Эрнестом отношениях.
Но несмотря ни на что, один его взгляд мог перекрыть любую обиду. Я забывала обо всём и тянулась к нему, позволяя делать со мной всё, что он захочет.
По телу пробежали мурашки от одной мысли о том, что он уже делал со мной… и что ещё захочет сделать. И сделает. Потому что я согласилась.
И вдруг я задумалась: а правильно ли вообще то, как я реагирую на этого человека?
Раньше я только слышала о стокгольмском синдроме, а теперь спрашиваю себя — не проживаю ли я его сама? Иначе как объяснить чувства, которые вызывает во мне Эрнест?
Да, всё могло быть гораздо хуже. Но могло быть и лучше. Должно быть лучше. То, что между нами, — это не норма. И точно не правильно.
Но если бы кто-то спросил меня, хотела бы я освободиться от него, если бы у меня был шанс?..
И у меня вдруг нет ответа. То есть… раньше я бы без колебаний сказала «да». А сейчас… возможно, всё изменилось совсем недавно.
Когда он встал передо мной… и перед моими родителями, которые… отказались от меня.
Или ещё тогда, в самый первый день, когда меня не бросили к ногам мужчины на забаву.
Как бы то ни было, всё это — далеко не норма. Но… Господи, осознание этого ничуть не меняет моих тёплых чувств к нему. И после этого кажется, что уже ничего не изменит.
Потому что что ещё может случиться хуже? Хуже уже точно не будет.
Внезапное уведомление на планшете заставляет меня вынырнуть из глубин раздумий.
Я фокусирую взгляд и вдруг замечаю красный кружок на значке сообщений. Но не успеваю на него нажать — вздрагиваю от резкого звука захлопнувшейся двери на нижнем этаже.
Сердце бешено колотится.
Я снова опускаю глаза на экран и… замираю. Нажимаю на значок сообщения.
Пусто.
Хмурюсь, ничего не понимая. Мне показалось?..
Глава 44
ЕВА
Сердце бешено колотилось в груди и забилось ещё сильнее, когда шаги раздались совсем близко — прямо у двери. Они замерли, и казалось, весь мир на миг погрузился в глухую тишину.
Я задержала дыхание, ожидая, что вот-вот дверь откроется и… войдёт Эрнест. Я узнала его по шагам. Казалось, я никогда не перепутаю ничего, что связано с ним. Но дверь так и не открылась. Всё произошло совсем наоборот.
Шаги вновь раздались, теперь удаляясь, пока не стихли где-то в коридоре. Потом я услышала, как открылась другая дверь, а спустя мгновение снова наступила тишина.
Я резко вдохнула и опустила взгляд.
Почему он не зашёл?
Я нахмурилась. Но вместо того чтобы попытаться отвлечься на планшет и проверить, не привиделось ли мне то сообщение… я встала, оставив гаджет на кровати, и вышла из комнаты.
Эрнест не зашёл ко мне, потому что… очевидно, не хотел меня видеть. Другого объяснения я не находила. Но если раньше я бы просто сидела и ждала, когда он сам захочет меня видеть, то теперь… я иду к нему сама.
Я медленно двигаюсь по коридору, прислушиваясь к звукам, стараясь понять, в какой комнате он находится. Едва слышный шорох доносится из предпоследней. Я с трудом сглатываю, прежде чем приоткрыть дверь.
Медленно захожу в пустую комнату, оглядываю её. Странно — только что здесь был звук, а сейчас… тишина. Но стоило мне об этом подумать, как шум повторился, на этот раз отчётливее. Глаза сразу зацепились за дверь в конце комнаты, откуда, помимо глухого стука, доносился и звук воды.
Я снова нахмурилась ещё сильнее.
Он что, решил принять душ здесь? Странно, раньше за ним такой стеснительности не замечалось.
Прикусив губу, я сделала несколько медленных шагов к двери. Сердце трепетало без остановки, и казалось, стоит только увидеть его — и оно взорвётся.
Дверь распахнулась резче, чем я ожидала.
Эрнест сразу заметил меня. Его тело вздрогнуло, он резко повернулся ко мне всем корпусом. Я задержала дыхание, ощущая, как в груди нарастает напряжение. На третьем сильном ударе сердца я опускаю взгляд и… замираю. Красные пятна. Разводы в раковине, на его руках, на рубашке.
Огромный ком застревает в горле, не давая даже сглотнуть.
По выражению лица Эрнеста он, кажется, выругался… а может, и вслух, но я не услышала слов — в ушах стоял шум. Всё же усилием воли сглотнув, я закрываю глаза и только тогда понимаю, что сжимаю дверную ручку так крепко, будто она меня держит.
Я вздрагиваю от внезапного горячего прикосновения, резко распахиваю глаза и ловлю его встревоженный взгляд, тоня в океанской глубине глаз Эрнеста.
— Ева… — сквозь шум воды и гул в ушах доносится до меня моё имя с губ Эрнеста.
Он крепко держит меня за плечи, вглядываясь в моё лицо. Видимо, выгляжу я не слишком хорошо, потому что его черты резко каменеют.
— Пойдём, — коротко говорит он и начинает выталкивать меня из ванной.
Слабым шагом я иду туда, куда он меня направляет, и чувствую, как в ногах нарастает слабость, когда мои бёдра наконец опускаются на мягкий матрас.
Его руки остаются на моих плечах, пока он не опускается на корточки передо мной, чтобы наши лица были на одном уровне. Его губы плотно сжаты, между бровей собрались глубокие морщины. Он либо зол, либо… просто очень недоволен тем, что я здесь.
— Почему ты здесь? — его голос звучит сдержанно, но я улавливаю напряжение в каждом слове.
— Потому что ты здесь, — медленно отвечаю я, с трудом сглатывая после этих слов.
Эрнест вздыхает, на мгновение закрывает глаза. А затем снова смотрит на меня холодным взглядом, в котором, несмотря на всю сдержанность, всё же тлеет скрытое тепло.
— Ты не должна быть со мной всё время.
— Ты не хочешь, чтобы я была рядом?
— Нет. Я этого не говорил. Я имею в виду, что иногда мне нужно побыть подальше от тебя.
— Я не понимаю. Почему?
— Тебе и не нужно понимать. Просто, когда я говорю ждать — ты ждёшь. Когда нужно — я сам приду к тебе. Сейчас как раз такой момент. Так что помочь тебе дойти до комнаты, или ты подождёшь меня здесь?
— Здесь, — тихо отвечаю я, не отводя от него взгляда.
В ответ — лишь короткий кивок и ещё сильнее сжатые губы. Он что, клеем их намазал?
Он ещё какое-то время смотрит на меня, но в итоге поднимается и возвращается в ванную, закрывая за собой дверь и оставляя меня одну.
Я сижу неподвижно.
Послушно. Покорно.
Но с каждой секундой это становится всё невыносимее.
Я до боли прикусываю губу, и, когда ноги наконец крепнут, поднимаюсь. Наполняю лёгкие воздухом и, не дав решимости рассеяться, иду к двери ванной.
Резко распахиваю её.
— Ева, я же говорил…