Страница 72 из 81
Мужик снисходительно усмехается, глядя на мой пустой бокал.
— Еще одну?
— Дааа.
— Нет, — раздается голос Тая, который возникает словно из ниоткуда. — С нее хватит.
— Да брось, мужик. По-моему, она в порядке. Я за ней присмотрю, честно.
Его тяжелая ладонь ложится мне на плечо, и по коже тут же пробегает мерзкая, липкая дрожь.
— Убери от нее свои гребаные руки, — рычит низкий голос у меня за спиной.
Мир плывет перед глазами, когда я поворачиваюсь и вижу Логана. Его галстук болтается на шее, волосы растрепаны, а глаза черные от ярости. Он такой чертовски красивый. Почему самые большие ублюдки всегда чертовски красивые? Почему прекрасная обертка всегда разбивает сердца?
— Эй, мужик, я, блядь, не знаю, кем ты себя возомнил, но...
В одно мгновение Логан прижимает голову незнакомца к стойке, выкручивая ему руки за спину.
— Ты прикоснулся к моей гребаной женщине. Еще раз даже вздохнешь в ее сторону, и я тебя закопаю.
— Да пошел ты…
Логан выворачивает ему руку так, что по залу раздается отчетливый треск. Мужчина воет от боли, а Логан швыряет его на пол и сразу обхватывает мое лицо ладонями. Я слышу, как рядом спорят голоса, но мне уже слишком тяжело держать глаза открытыми.
— Это было обязательно?
— Более чем. Сколько она выпила?
— Много.
— Много? Это всё, что ты можешь сказать?
— Прости, я не расслышал «Спасибо, Тай, что сообщил мне, где моя девушка, хотя я и не заслуживаю знать, где она, потому что я всё испортил».
— Она тебе рассказала.
— Да, черт возьми, рассказала.
— Вон, сейчас же! — раздается третий голос.
Я с трудом приоткрываю глаза и вижу, как крупный охранник быстро выводит Логана. Он тянется ко мне, пытаясь увести за собой, но мои ноги подкашиваются. Черт, я пьянее, чем думала. Логан останавливается, вырывается от охранника, а затем подхватывает меня на руки. Я обмякаю в его объятиях, а он прижимает меня крепче к груди и выносит из бара.
Холодный ночной воздух покалывает кожу, заставляя меня дрожать. Логан прижимает меня ближе, будто пытается защитить от него. Будто он вообще способен защитить меня от чего-то, когда сам разбил мне гребаное сердце. Или, может, я сама его разбила, позволив себе открыться человеку, который абсолютно мне не подходит.
Я не помню, как оказалась в машине, не понимаю, где нахожусь. Всё, что я чувствую, – это мягкая поверхность матраса подо мной и нежный поцелуй в висок, прежде чем всё окончательно погружается во тьму.