Страница 64 из 73
У меня так тяжело на сердце от осознания того, что всё, ради чего я так упорно трудилась, – всё это ради Скар. Мне нужно чего-то добиться, чтобы стать для неё примером для подражания, кормильцем. Возможно, к тому времени, как она отправится в колледж, у меня не всё получится, но я буду близка к этому. Я смогу оплатить её обучение, обеспечить ей крышу над головой, если она останется здесь, дать ей хоть какую-то стабильность хоть раз в жизни. Я знаю, каково это – летать без страховки, и я хочу гораздо большего для своей сестры.
Поэтому я всегда буду делать всё возможное, чтобы добиться успеха.
Чего бы это ни стоило.
— Всё ещё жду рассказа о том, какое отношение это имеет к той горячей фотографии. Ну, той, на которой, как ты говоришь, Уэст не запечатлён за проведением небольшого глубоководного бурения, — дразнит она.
— В последний раз, Джулс...
— Знаю, знаю, — вздыхает она. — Но ты же не можешь врать мне, что всё это было так невинно.
Поскольку я не отвечаю сразу, она приходит к собственному выводу.
— Я так и знала! — кричит она.
— Там были только… ручные штуки, так что успокойся, — поясняю я.
— Ты распутница!
— Джулс! Заткнись, пока родители не услышали! — кричу я в ответ.
— Извини, но я знала, что это не невинно, — переходить на шёпот уже поздно, но она всё равно пытается.
— На снимке мы просто целуемся. К счастью, тот, кто подглядывал, опоздал и пропустил остальное, за что я безмерно благодарна, — добавляю я.
— Ну, может, он и не опорочил тебя сегодня вечером, но, судя по тому, что я вижу, вы двое определённо двигаетесь в этом направлении.
— Ты имеешь в виду, что видела? — спрашиваю я, но, когда она не отвечает, я понимаю, что это значит. — Ты опять смотришь на это фото, да, извращенка?
— То есть… я не могу НЕ смотреть на это, — признаётся она.
— Ты отвратительна.
— И тебе чертовски повезло, — возражает она, заставляя меня снова смеяться.
— Ты не могла бы сосредоточиться, пожалуйста? — игриво прошу я. — Всё ещё пытаюсь излить свою душу.
— Ладно, ладно. Извини. Продолжай.
Покачав головой, я продолжаю:
— В любом случае, всё это относится к Уэсту, потому что, ну, до того, как у нас всё пошло наперекосяк … он сделал мне несколько довольно гадких вещей.
В этом трудно признаться. В основном потому, что я знаю, как я выгляжу — слабой, отчаявшейся дурочкой. По крайней мере, именно так я бы подумала о человеке, оказавшемся в подобной ситуации.
— Ты имеешь в виду, например, снятые колёса у твоей машины? — спрашивает она, напоминая мне, что не пропустила тот небольшой пост от Пандоры.
— Ну, это одно из многих его деяний, но… да. И всё в таком же духе, — признаюсь я.
— Хорошо, теперь нам важно понять, почему он делал это, — вмешивается она. — То есть, ты можешь не раскрывать подробности, если не хочешь, но если он нападал на тебя, то должна быть причина. Если только дело не в том, что он просто отстой.
Этот комментарий возвращает глубокое разочарование, которое никогда не покидает меня.
— Поверь мне, Джулс, я пыталась разобраться в этом.
Она снова замолчала, и, как всегда, я слышу, как у нее в голове громко крутятся шестерёнки.
— Просто спроси меня, — вздыхаю я. — Что бы это ни было, задай прямой вопрос, и я скажу тебе правду.
Учитывая, что я уже слишком долго скрывала эту информацию, я больше не буду этого делать. Не с ней. Она глубоко вздыхает и высказывает своё мнение:
— Ладно, так как же вы двое добрались из пункта А в пункт Б? Из этого мрачного места, о котором ты мне рассказываешь, до… где вы двое на этой фотографии?
Это обоснованный вопрос, но я не уверена, что смогу ответить на него так, как она хочет. Во-первых, мы с Уэстом всё ещё находимся в мрачном месте в настоящее времени. Я начинаю думать, что это наше обычное состояние.
Темное.
Жестокое.
Понимая, что она тоже это видит — контраст между тем, что имеет смысл, и странным положением, в котором мы с Уэстом оказались, — я чувствую себя идиоткой.
— Честно говоря, я не знаю, что на это сказать, Джулс, — открыто признаюсь я. — Как будто что-то переключилось, и я просто… больше не ненавижу его, как было изначально. И он уже не такой токсичный, как был. Но не пойми меня неправильно: он всё ещё не принц Прекрасный (прим.: архетипичный образ, вымышленный герой литературного произведения, картины или фильма. Положительный герой, который приходит на помощь деве в беде, освобождая её от злодея, чудовища или наложенного на неё проклятия), — уточняю я.
— Это чисто сексуальное влечение? — спрашивает она. — То есть, это единственное, что вас связывает?
Я на мгновение задумываюсь об этом, а потом вспоминаю наш последний поцелуй. Тот, когда казалось, что он знал, что уйдёт, чувствуя себя ещё более опустошённым, как только мы разойдёмся сегодня вечером. Тот, который заставляет меня задаваться вопросом, думает ли он сейчас обо мне так же, как и я.
Разве это не безумие?
— Сначала я так и думала, — отвечаю я, — но теперь я в этом не уверена. Иногда кажется, что это всё намного глубже.
Она замолкает, чтобы еще раз подумать.
— Что говорит твоя интуиция? — следующий вопрос.
Опять же, я не отвечаю сразу, потому что хочу хорошенько всё обдумать, прежде чем что-либо сказать.
— Я бы хотела сказать, что знаю ответ на этот вопрос, Джулс, но я больше не доверяю своей интуиции. — И вот она. Правда. Причина, по которой я позвонила ей сегодня вечером.
— Как ты думаешь, он начинает заботиться о тебе?
Проблески вспышек ясности, которые я переживала за эти месяцы, возвращаются ко мне снова. Например, когда Уэст встал между мной и Майком. Когда он прыгнул в бассейн, чтобы спасти меня. Или когда он допрашивал меня о синяках на плече. Ночь, которую он провёл со мной в больнице.
Когда он коснулся меня сегодня вечером.
— Как бы безумно это ни звучало… думаю, он мог бы. Это делает меня сумасшедшей?
Она смеётся.
— Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, Блю. Так что нет, это даже не вариант.
— Тогда что же всё это значит? — спрашиваю я, не стесняясь своей неуверенности. Перед ней никогда не бывает стыдно.
— Ну, — задумчиво говорит она, — мне кажется, несмотря на то, как всё было в начале, вы оба испытываете друг к другу что-то сильное. И самое главное, я не считаю тебя сумасшедшей. Ты ничего из этого не выдумываешь.
Она понятия не имеет, какое облегчение я испытываю, услышав это. Потому что, честно говоря, я задавалась вопросом, может я неправильно истолковываю его знаки, видя то, что хочу видеть.
— Мой единственный совет — будь осторожна, — мягко предупреждает она. — На мой взгляд, всех мужчин нужно кормить ложками с длинными ручками, пока не будет доказана их невиновность. Не только Уэста. Так что, хотя я и за то, чтобы держать сердце открытым, но никогда не забывай держать ухо востро, понимаешь?
Напряжение покинуло меня, и я так рада, что открылась ей.
— Спасибо, Джулс. Ты всегда знаешь, что сказать.
— Без проблем, малышка, — поддразнивает она. — Просто вспомни об этом, когда я позвоню тебе с проблемами с парнем.
Я смеюсь, потому что мы оба знаем, что она никогда не отнесётся к парню настолько серьёзно, чтобы позволить ему доставлять ей неприятности.
— В любое время, — обещаю я. Она молчит, и это вызывает у меня подозрения.
— Ты снова смотришь на эту фотографию, да? — обвиняю я со смехом. Пойманная, она немного заикается, но не пытается мне соврать. Вместо этого связь обрывается, когда она вешает трубку, и я могу лишь покачать головой.