Страница 109 из 138
- Не могу без тебя, Хаук! - на ресницах блеснула слеза, сорвалась и скатилась по щеке.
Шершавые, но такие нежные пальцы стерли влажную дорожку, поцелуй неторопливый и одновременно жадный, бесконечно долгий и хмельной накрыл ее губы.
- Не хочу спешить с тобой, Алия, - широкие ладони бархатом обхватили лицо.
- И не надо, Хаук.
Алия почувствовала ласковый и в то же время подчиняющий напор мужчины, который прекрасно знает, что делает. Она прильнула к его губам и длинные пальцы тут же сжали тонкую талию, скользнули на спину, коснулись обнаженной шеи. По телу побежали тысячи тончайших иголочек, будоража кровь, поднимая волну тщательно спрятанного в самые дальние глубины души чувства неутолимой жажды. Алия откинула голову позволяя любимому спуститься поцелуями ниже, влажный язык нарисовал витиеватый узор на ключицах, скользнул к груди, ее кожа была поразительно горячей и гладкой. Она схватилась за широкие плечи потому что ноги стремительно слабели. Зашуршала шнуровка платья, быстро распустилась, Хаук сдернул плотную ткань, помог освободиться от рукавов и тяжелое платье упало вниз. Его движения резкие, нетерпеливые еще сильнее разжигали в Алии ответное влечение. Бренна потянулась к светлым волосам, стянула с макушки повязку и светлые пряди упали на его плечи. Алия выдернула из штанов тесно обтягивающих мужские бедра рубаху, одежда полетела на пол и девушка залюбовалась игрой мышц на твердом как камень животе мужчины.
- Ты так красив,- смущаясь сказала она.
Хаук тихо рассмеялся.
- Посмотри лучше в зеркало, девушка.
Он подхватил ее нижнюю сорочку и последняя завеса скрывающая от его глаз великолепное тело была сорвана и безжалостно отброшена прочь. В полумраке комнатушки вспыхнул яркий голубой фосфор и послышалось довольное урчание.
- Алия....
Низкий с хрипотцой рокот пробирал душу до самого донышка.
- Алия...
Он словно пробовал на вкус ее имя, перекатывал на языке его звуки, наслаждаясь их сладостью и мягкостью. Инной приподнял Алию под бедра, прижал к стене осыпая градом острых палящих поцелуев. Она обхватила его ногами и сильно прижалась к большому горячему телу. Где-то рядом с полок посыпались баночки с мазями, пузырьки с настойками, наполнив избушку пряными благовониями трав.
- Что же ты со мной делаешь, маленькая?- надрывный шепот перемежался с несдержанными раскаленными ласками. - Моя маленькая...
- Твоя Хаук, всегда только твоя.
Алия не сдержала вскрика когда он толкнулся в нее, наполнил собой всю без остатка и эхом за ней его стон тяжелый, протяжный.
- Я буду любить тебя до своего последнего вздоха, Алия.
Любовь Инного была совершенно обнаженной и острой как кинжал без ножен. Хаук смотрел в золото глаз, боясь моргнуть, чтобы ни на миг не потерять ее из вида. Она была его могущественной силой и его единственной слабостью. Не станет Алии и мир рухнет в одночасье вместе с душой в небытие.
- Хаук... мой единственный.
Тело словно плыло по бурным огненным рекам, а разум и вовсе растворился, рухнул в бездну. Сейчас она жила только его движениями, дышала воздухом наполненным его ароматами, весь мир теперь был заключен только в нем одном. За окном трещал лютый мороз, а в небольшой избе между двумя влюбленными все полыхало и искрило, до опаляющего жара, до пепла в дыхании. Алия нежно коснулась жесткой щетины, провела пальцами по изгибу чувственного зовущего рта.
- Хедд, моя прекрасноволосая вальмида, - он обхватил руками ее лицо и припал горячим поцелуем к приоткрытым, ожидающим ласки губам.
И отзываясь на его слова тело Алии вдруг вспыхнуло, замерцало, запульсировало тихим светом. Волна яркого сияния пробежала от волос до кончиков пальцев, не скрывая как воспламенили слова Хаука ее кровь. Чтобы уже не расставаться, не размыкать рук до рассвета, чтобы любить друг друга среди ужаса наполнявшего сердца многих, среди отчаяния и безысходности, среди мертвой тишины, где все живое притаилось в ожидании удара тьмы, что скалила свою жуткую пасть и ее черное дыхание уже касалось спины. Они изучали друг друга, медленно, каждый дюйм сердца и тела, чтобы запомнить. Пусть у них есть только это малое время побыть вместе, пусть такое быстрое счастье вдвоем, чем долгое существование порознь. Их любовь была яркой, но короткой, только никто их них не променял бы ни одной ее секунды на целую жизнь без избранного. Чем сильнее было понимание, что придется навсегда остаться в смертных тисках ущелья, тем горячее они любили, тем жгучее становились поцелуи. Ночь была такой долгой и чувственной, что после нее можно было бы сказать, что жизнь уже прошла не зря, раз довелось испытать подобное. Только серые сумерки заставили влюбленных нехотя разомкнуть объятия.
Вахнут должен был срочно ехать, оставалась необходимость проверить всю подготовку еще раз, отметить размещение войск, посты и вернуться к королю, чтобы обсудить последние шаги. Мужчина быстро оделся и склонился над разомлевшей после горячей ночи девушкой.
- Мы не будем больше прятаться и скрываться, Алия. Хватит. К морху прятки. Ты моя женщина с первой минуты. Моя, будь ты принцесса или рабыня. И плевать к счастью была наша встреча или к погибели.
"Только я не собираюсь легко отдать нас смерти, - подумал Хаук, - я буду высекать жизнь мечом, а если понадобиться выгрызать ее собственными клыками и выдавливать голыми руками". Он хотел еще десятки тысяч сладких дней и ночей с ней и веселую стайку крепких детишек. Их детей с такими же огненными волосами.
- Я буду ждать тебя, Лисичка. Не задерживайся.
Еще один безумный поцелуй и Ураган умчал Первого Вахнута к стенам города.