Страница 6 из 18
Я вздохнул, слегка качнув головой.
— Ну да. Бывает. Побегал, разогрелся. Физкультура по-тифлинговски: с огненными шарами, угрозами, чёртовыми пикулями и почти полным сгоранием задницы. Очень… бодрит.
На’линнель снова рассмеялась. Её смех эхом прокатился по трубе — странно чарующий, влажный, как будто смех самой воды.
И тут… я почувствовал.
Как будто волна жара пошла от неё — не физическая, а почти… инстинктивная.
Желание. Страсть. Неуловимый, но чёткий импульс, от которого спина вспотела, а пальцы чуть напряглись на рукояти меча.
Она продолжала смотреть. Спокойно. Плавно. Но в этом взгляде уже не было только интереса. Там было… чуть больше. Намного больше.
«Отлично. Местная русалка не просто изучает окрестности. Она, похоже, ещё и… охотится. Или размножается. Или оба пункта сразу».
Я молчал. Сохранял каменное лицо. Не хотел, чтобы она догадалась, что я чувствую её эмоции. Не хотел палиться с «Принуждением». С «Телепатией». С чем угодно. Она может быть опасной. Может — нет. Но точно не глупой.
— Знаешь, — сказала она мягко, снова склонив голову, — Я могу тебе помочь. Я знаю эти проходы. Знаю, где выход. Могу вывести тебя… в безопасное место.
Я сощурился.
— Просто так?
Она улыбнулась, обнажив белоснежные (чуть острые) зубы.
— В обмен на одну услугу. Ничего сейчас. Просто… я назову её позже.
— Хм… Типичная сделка с водной феей. Почти как с банком, только слизь натуральнее, — пробормотал я. И добавил, — А можно я сначала хотя бы узнаю, это будет «помыть спину» или «пожертвовать печень»?
На’линнель подалась ближе. Хвост тихо шуршал в воде. Её голос стал почти шелестом.
— Ты выживешь. Уже неплохо. А услуга… Может быть, приятной.
«Вот уж в чём я сомневаюсь — так это в „приятной“».
Я посмотрел в сторону, куда она указывала — в другую трубу, за поворотом, где вода была чуть чище, а стена — с тонкой резьбой. Похоже, она и правда знает путь.
— Ладно, — выдохнул я, — Веди. Только если я где-то увижу озеро с фаллосами из камня — сворачиваю обратно.
Она снова хихикнула. И развернулась, плавно, красиво, скользя по воде, как капля масла.
«Ну всё. Очередная сделка с загадочной дамой, которую я обязательно пожалею. Совсем скоро. Как всегда».
Вода стала мельче. Поток вёл вдоль стены, где одна из труб уходила вглубь, сужаясь и теряясь в темноте. На’линнель скользила впереди, почти не поднимая брызг. Свет моей сферы отражался на её спине, делая кожу похожей на полированное серебро.
Тишину нарушало лишь мерное шлёпанье моих шагов и плеск её хвоста. Несколько раз я ловил себя на мысли, что иду вполне добровольно за амфибией, которую встретил в вонючей трубе.
«Может, меня таки тронуло?»
Она повернула голову через плечо, не останавливаясь:
— Я бывала здесь… редко, — произнесла она, словно извиняясь, — Это место…
— Да. Воняет, кишит крысами и вызывает стойкое желание отрастить жабры, чтобы перестать дышать, — подхватил я, — Очаровательно.
Она тихо улыбнулась, не обиделась.
— Да. Но сегодня было… другое. Я почувствовала, что нужно сюда. Как будто что-то тянуло. Не голос, не зов, но… чувство. Сильное. Навязчивое. Почти… болезненное.
Она провела ладонью по стене, оставив на влажном камне едва заметный след.
— Наш народ… — продолжила она чуть тише, — обладает ментальным зачатком. Или… как это у вас? Интуицией? Предчувствием? Мы чувствуем, где быть. Когда.
Она повернулась ко мне и остановилась.
— И вот я здесь.
— И я здесь, — хмыкнул я, — Воняю, как труп осьминога, и почти лишился штанов. Прекрасное совпадение.
Она снова рассмеялась, не громко, но с искренним удовольствием.
Я пожал плечами:
— Что ж… твоя интуиция, как минимум, сегодня не подвела. Пришла как раз вовремя.
— Значит… ты веришь? — спросила она, чуть склонив голову, а её глаза сверкнули в темноте.
— Я верю, когда кто-то помогает мне не сдохнуть. Это… укрепляет доверие. Временно, — добавил я с усмешкой.
Она снова развернулась и поплыла дальше. Её голос снова зазвучал мягко, с тихим эхом:
— Тогда, возможно… судьба ведёт нас обоих. Или мы просто идём по течению.
— Я бы предпочёл третий вариант, — буркнул я, — Где есть выход, свет, и ни одного пикуля в радиусе километра.
Ход закончился резко. Без предупреждений, без развилок. Просто — тупик. Каменная стена, грубая кладка, обросшая тиной. Вода упиралась прямо в камень, неглубоко булькая, как будто сама растерялась:
«И чё теперь?»
Я остановился. Рука легла на меч. Взгляд — на русалку.
— Надеюсь, ты не решила вдруг меня съесть? Я, конечно, вкусный, но подгоревший.
На’линнель скользнула ближе, не показывая ни тени беспокойства.
— Расслабься, Хан. Всё под контролем, — она показала на воду перед стеной, — Здесь есть ход. Подводный. Очень узкий. Его не видно… если ты ходишь на двух ногах.
Я хмыкнул.
— Прекрасно. То есть если я был бы гномом-ныряльщиком с жабрами, давно бы уже выполз на поверхность?
— Именно, — мягко кивнула она, — Так я сюда и попала. И так же… ты можешь выбраться. Но… — она сделала паузу, её взгляд скользнул по мне, как лассо, — вода холодная. Очень. Тебе придётся потерпеть.
Я вгляделся в её лицо. Внимательно. Чуть сузил глаза.
Она не лжёт. Интуиция подсказывала, да и моя магия чувствовала это — в словах не было обмана. Только… лёгкое, почти недетское предвкушение.
— Ладно, — выдохнул я, — Пусть будет холодно. Мне уже, кажется, всё равно, лишь бы не наткнуться на рогатых снова.
На’линнель вдруг хитро прищурилась. В её глазах мелькнул блеск, в котором было куда больше, чем забота о моём комфорте.
— Тогда… тебе лучше снять одежду.
Я дёрнул бровью.
— Прошу прощения?
— Она порвана. Мокрая. Грязная, — Она чуть наклонилась ближе, её голос стал почти шелестом, — И она потянет тебя вниз. Сопротивляться течению в таких лохмотьях — глупо.
«Вот же…»
Я посмотрел на свои брюки. Они действительно были в таком состоянии, будто я в них месяц пахал поле, потом спал в болоте и подрался с демоном за право их носить. Спина — вся обгоревшая, плащ — обуглен и липнет к коже. Меч только что не торчит у меня из уха.
«И чёрт побери, она права».
— Хитро, — сказал я, — Сначала предлагаешь выход, потом — раздеться. Ты случайно не бывшая жрица секты «Нырни голышом — открой истину»?
Она засмеялась, наклоняя голову набок, как будто развлекалась моими реакциями.
— Мне просто… любопытно. У нас, под водой, нечасто встречаются… такие, — Она обвела меня взглядом. Медленно. С явным интересом.
Я выдохнул сквозь зубы.
— Отлично. Ладно. Только если ты решишь всё-таки меня съесть, знай — я пересоленный. И с характером.
Начал снимать рубашку. Та едва не рассыпалась в руках. Следом — ремень, сапоги, всё прочее. В итоге остался почти в чём мать призвала.
На’линнель наблюдала без капли стеснения. Даже наоборот — в её лице читалось удовольствие, с которым коллекционер любуется редким экспонатом.
— Готов? — её голос стал тише, но отчётливо звучал.
Я кивнул.
— Веди, русалка. Но только вперёд. Назад я больше не хочу.