Червь

Бентли продолжал рычать. Плоть разлезлась у него на плече, он поднял лапу, царапая воздух, словно хотел почесаться, но не мог достать.

Питбуль и волчонок тоже росли. Питбуль воспринимал процесс не так спокойно, как другие животные, он вёл себя нервно. Сука рассеянно потянула за цепь, удерживая его в узде.

— Она и к нам заходила тоже, — сказал Регент, — к нам с Чертёнком.

— И ко мне, — тихо произнесла Сплетница со своего места на лестнице.

«Ко мне нет, — подумала Кукла. — Если не считать ту встречу с Мисс Ополчение и Лили. Но та встреча преследовала те же цели, не так ли? Привести дела в порядок. Убедиться, что в будущем всё будет хорошо. Удостовериться, что герои смогут помочь с моей территорией».

Куклу посетило неприятное тянущее чувство внизу живота. Рой уходила надолго.

И это неприятное чувство не могло даже близко сравниться с тем, что сейчас чувствовали остальные.

Практически неспособная к действиям Сплетница. Мрак, окружённый бурей тьмы. Регент и Чертёнок, стоящие вместе. Сука, замершая неподвижно, излучающая нечто большее, чем просто напряжение или даже сдержанную агрессию.

— Это ничего не значит, — сказала Сука.

— Но это о чём-то говорит, — сказал Мрак. — Она попрощалась.

— Это ничего не значит, — ещё твёрже сказала Сука. — Это план.

«Что я здесь делаю?» — пришла в голову Кукле неожиданная мысль. Не к месту, не вовремя, непоследовательно, но всё же искренняя и глубокая. В данную секунду, прямо посреди обсуждения, она осознала, насколько во всех этих событиях она не к месту.

— Конечно, это план, — сказал Регент. — Но, возможно, это не очень хороший план…

— Она пойдёт туда, — прервала его Сука, — побьёт их и вернётся назад.

— Э-э, — сказала Чертёнок. — Тогда почему она не сказала нам?

— У неё есть на это причина, — сказала Сука.

«Преданность», — подумала Кукла. Обманутая преданность, мешающая видеть истину, но, тем не менее, преданность.

— Послушайте, это не важно, — сказала Сплетница.

— Это важно, — прорычала Сука. — Вы должны быть её друзьями, и вы говорите о ней так, словно её больше нет.

Питбуль, кажется, понял это как сигнал и начал рычать. Он продолжал расти, и его тело растягивало накинутую на него цепь.

— Само собой, она никуда не делась, — сказала Сплетница. — Мы не знаем, как всё произойдёт. Не знаем наверняка.

Суку это ни на секунду не удовлетворило, но питбуль перестал рычать. Она отключила свою силу?

— Что нам известно? — спросил Регент.

— Что она хотела оставить нас в неведении, — ответила Сплетница. — Что она хотела пойти…

— И она считала, что уходит надолго, — сказал Мрак. — Она спрашивала меня о лидерстве, о том, готов ли я взять бразды правления. Я сказал нет, но она всё равно это сделала.

— Она считала, что это важно, — сказала Сплетница. — Достаточно важно, чтобы вытащить тебя из глубины, несмотря на то, что ты сам этого не хотел, несмотря на то, что она не хотела этого с тобой делать.

«Я не имею здесь никакого значения, — подумала Кукла. — Я не уверена даже, являюсь ли я официальным членом группы».

— Значит, на некоторое время я лидер, — сказал Мрак. В его голосе что-то промелькнуло, проявилось даже сквозь эхо, которое создавала его сила. Что-то менее серьёзное, чем отчаяние, но больше чем недовольство. Горечь поражения?

— Если нет никаких возражений, — добавил он.

С надеждой?

Никто ничего не сказал.

— Значит, мы должны устранить последствия, — сказал Мрак. — Что с её территорией?

— Мы можем расширить соседние территории, — сказала Сплетница. — Мою, Мрака и Куклы. Возможно, остальные заберут часть нашей территории, чтобы облегчить нам жизнь. Она предусмотрела кое-что и насчёт её жителей. Я свяжусь с ними, мы всё обсудим и приведём в действие.

— Её люди в данный момент не основная проблема, — сказал Мрак. — Если они не собираются устраивать бунт, займёмся ими позже. Сейчас меня больше беспокоят горящие вопросы.

— Буквально, — сказал Регент.

— Возможно, буквально, — сказал Мрак. — Баланс?

— Я позвонила ему сразу после того, как пришли Регент и Чертёнок, — сказала Сплетница. — Он будет здесь в девять тридцать, минута в минуту. Нужно было сказать об этом раньше, но мы заговорились.

Мрак кивнул и снова посмотрел на телевизор. На часах под экраном горели цифры: девять двадцать шесть.

— Времени на подготовку немного.

— Чем дольше мы ждём, тем больше он злится, — сказала Сплетница. — А он любитель планов. Если дать ему время, он сумеет придумать план, чтобы нанести по нам удар. Мы будем в лучшем положении, если не дадим ему расслабиться.

— Ясно, — сказал Мрак и вздохнул. — Господи, я к этому не готов. Будь она проклята.

Никто не ответил.

Сколько из них были с ним согласны? Кукла нервно переступила с ноги на ногу. Кому из присутствующих уже приходилось убивать людей? Всем? Большинству?

Кукла не могла не заметить, насколько она не готова к подобной ситуации. Ей казалось, она шагнула на глубину и поняла, что ноги не находят дна, и вода смыкается над её лицом…

Именно это она ощущала сейчас, стоя здесь.

Тейлор работала когда-то под прикрытием, разве нет? Она окунулась во всё с головой. Невозможно даже представить.

— Баланс, — сказала Сплетница.

Кукле сначала показалось, что Сплетница пытается вернуть группу к предмету обсуждения, но Сплетница сняла очки и поморщилась.

— Здравствуйте, Неформалы, — сказал Баланс.

— Вы рано, — сказала Сплетница.

— Будьте уверены, я вовремя.

— Часы…

— Опаздывают, — сказал Баланс. — Я прибыл именно в то время, когда и обещал, и пожалуйста, не нужно предполагать иного.

Сука была пугающей, выражая идею «я пну тебя в лицо безо всякой причины», а Мрак — потому что своим видом говорил «я подробно объясню тебе, почему я сейчас тебя ударю». Баланс же был совсем другим.

Было очень легко представить, как он равнодушно смотрит на неё, стоящую в выкопанном им колодце, и бетономешалка медленно заполняет цементным раствором пространство вокруг. Или как он весьма церемонно поедает чью-то отрезанную ногу, орудуя вилкой и ножом в строгом соответствии с этикетом.

Именно про таких людей снимают фильмы ужасов, вот только он был реальным.

И это заставило её вспомнить о Бойне номер Девять.

Как же она его ненавидела. Она прекрасно понимала, почему Неформалы работают с ним, понимала, что если бы они не получили его поддержку, то стали бы добычей кого-то вроде Бойни номер Девять. Но всё равно она ненавидела его.

Он был одного с ней роста, одет в строгий белый костюм с галстуком, на голове — невероятно сложная маска из дерева и серебра, которая двигалась, повторяя выражение лица злодея.

С ним были его Посланники. Каждый носил уже полностью законченную маску. Мужчины в строгих костюмах, дамы в платьях. Цитрин в жёлтом с драгоценными камнями. Костюм Отелло, весь построенный на контрастах, состоял из алебастрово-белых и чёрных как смоль элементов. Тёмное платье цвета морской волны Лигейи контрастировало с её тёмной кожей. Фонарь был одет в рубашку тёмно-фиолетового цвета с выглядывающим из кармана платком, маска с изображением широкой улыбки хорошо подошла бы чёртику из коробочки. Кадуцей крупнее остальных, его рубашка и платок были зелёными, а витиеватая маска не содержала никаких намёков на змей, а больше была похожа на кельтский узел. Возможно, эти отрезки и спирали должны были напоминать что-то змеиное?

Коротко говоря, он привёл с собой боевую мощь. Кукла не считала себя экспертом по дракам, но это она поняла.

— Я… крайне не люблю сюрпризы, — сказал Баланс.