Червь

— Как и я, приятель, — сказала Сплетница.

Это не… Кажется, это не самый разумный способ разговаривать с перфекционистом-суперзлодеем. Баланс был опасен, почему Сплетница провоцирует его?

Похоже, Балансу понадобилось мгновение, чтобы вернуть самообладание и привести мысли в порядок:

— Было бы вежливо встать в присутствии гостей.

— На меня плохо действует погода, — ответила Сплетница. — Простите мои дурные манеры. Полагаю, вы узнали суть происходящего из новостей?

— По дороге сюда мы слушали радио, — сказал Баланс. — Вы знали о её замысле?

— Конечно, — хмыкнула Сплетница. — Думаешь мы совсем спятили? Всё ништяк.

— Ништяк, — повторил Баланс.

— В ажуре, тип-топ.

— Мне не сообщили о её планах.

— И не должны были, — ответила Сплетница.

— Мы союзники.

— Вы нам подчиняетесь, — сказала Сплетница. — Если у вас с этим проблемы, советую подать письменную жалобу и формально объявить войну. За двадцать четыре часа, если не сложно. Я знаю, тебе очень нравятся правила и распорядки.

— Вы издеваетесь надо мной.

— Ага. А ты позволяешь над собой издеваться. И не случайно. В сделке с нами ты пошёл на многое. У тебя есть на это причины, — ответила Сплетница. — Я же с удовольствием этим воспользуюсь.

— Я пошёл на уступки, потому что полагал, что главной здесь будет Рой. Я исследовал её, я встретился с ней лично и решил, что она соответствует допустимым требованиям. Сейчас я узнаю́, что всё обстоит не так, как казалось. Прежде всего, руководит сейчас не она, во-вторых, вы устроили безрассудную атаку против Зубов, что привело к гибели одного из моих…

— На самом деле, тебе на это наплевать, — сказала Сплетница. — Ты хотел устранить тех, кто не справился. Кодекс не справилась. Она была прекрасным руководителем, восхитительно готовила, великолепно управляла людьми, даже занималась единоборствами, но в бою ей не хватало сообразительности. Не сумела перестроиться.

Он закрыл глаза, и металлические пластинки маски щёлкнули, повторяя его движение:

— Пожалуйста, не перебивайте меня.

— Кажется, ты не понял, к чему я клоню. Я не пляшу под твою дудку, Баланс. Если хочешь поговорить о твоей мёртвой мелкой сошке, давай поговорим.

— Её застрелили в шею из-за спины.

— Считаешь, что я не права? — спросила Сплетница. — Что она была готова к жизни кейпа?

— Нет. Анализ произведён верно. Я согласен. Но есть и другие заботы. То, как вы убили Мясника. Та девушка на дне залива возле кладбища кораблей… Душечка… это опасное решение.

— Не такое и опасное, если верно оценить ситуацию. У меня было подробное досье на Мясника Четырнадцать. У неё были ограничения на телепортацию, и уж точно она не могла телепортироваться из воды. Не может и Мясник Пятнадцать. Я отправила команду с устройствами удалённого управления, чтобы подцепить трос к её кокону. Они оттащили её на глубоководье в океан, где она не сможет убить никого, кроме рыбы. Если повезёт, может быть, Левиафан проплывёт там и покончит с собой.

— Тем не менее, это было опасно. Не было никакой уверенности, что план сработает.

— И мы взяли этот риск на себя. Конкретно, Сука и Рой. Если бы что-то не сработало, на кону были только их жизни.

— Сейчас Рой снова рискует. Проявляется некий шаблон.

— Она рискует ради нас, — сказала Сплетница. — Тебя это не должно беспокоить.

— Это весьма меня беспокоит.

— Но забота это не твоя, — сказала Сплетница. В её голосе появилось напряжение, и она вонзила ногти в своё бедро. — Мы не партнёры. Проясним это сразу. Работаем ли мы вместе? Да. Разделяем обязанности? Да. Но это наш город, а вы снимаете у нас место.

— В общении с хозяевами жильцы имеют свои права, — сказал Баланс.

— Права, верно. Но мы же суперзлодеи, не забывай. — Сплетница откинулась назад. — Быть мудаками — наше право. И прямо сейчас я буду мудаком. Договор остаётся в силе. Твоё положение остаётся в силе.

— Существуют условия, допускающие выход.

— Ты можешь их свободно использовать, — ответила Сплетница. — Задействуй эти условия, убирайся и оставь инвестиции, которые ты уже вложил в город…

— Или я могу напасть, — сказал Баланс. — И захватить всё, что у вас есть.

— Или напасть, — сказала Сплетница. Её голос казался не расстроенным, а уставшим. — Можешь напасть или принять моё предложение.

— Какое?

— Рой предоставила мне твои записи по управлению криминальным миром Броктон-Бей. Не думаю, что кто-то из нас согласится заняться реализацией, не понимая в точности, к чему именно приведёт поступок Рой…

— Согласен, — сказал Баланс. Кажется, в нём проснулся интерес. Кукла видела, как брови его маски приподнялись.

— Но мне понравилось, — сказала Сплетница. — И если тебя заботит нестабильность города, я могу прочитать работу, оценить решения, которые ты предлагаешь и обдумать возможность их применения. Мы можем помочь вам в формировании политики, выходящей за пределы нашей группы.

— Вы согласны заключить контракт, согласно которому реализуете несколько моих планов?

— Хрена с два, — сказала Сплетница.

Кукла почувствовала, как замерло её сердце. Баланс заметно напрягся, Посланники за его спиной собрались, словно они в любую секунду ожидали приказа напасть.

— Но, — добавила Сплетница, — я рассмотрю возможность их выполнения. Возможно, это лучшее предложение, которое ты когда-либо получал. Ты знаешь, что у тебя есть хорошие идеи. Ты знаешь, что есть идеи, которые стоят того, чтобы их реализовать. Если я соглашусь тщательно их рассмотреть, выбрать лучшие моменты для подробного обсуждения внутри группы, внутри всего нашего альянса, а я надеюсь нанять помимо вас кого-то ещё… ну… можно сказать, что у них есть все шансы увидеть свет.

Баланс нахмурился:

— Вы не обещаете ничего конкретного.

— Нет. Я придерживаюсь уже принятой договорённости. Это бонус. Он не должен быть большим. Он сам по себе охуительно щедрый.

— Пожалуйста, ведите себя воспитанно, — сказал Баланс. — Я бы предпочёл, чтобы вы не ругались.

— А я бы предпочла, чтобы ты не врывался сюда и не вёл себя так, будто наши действия оскорбили тебя лично, — сказала Сплетница. — Я предложила охуенные условия. Тебе вообще интересно?

— Сплетница, — сказал Мрак. — Достаточно. Я думаю, он всё понял.

— Значит, вы главный, Мрак? — спросил Баланс.

Последовало секундное молчание:

— Да. Но я согласен со всем, что сказала Сплетница.

— Мне придётся этим удовлетвориться, и я отвечу вам, как лидеру команды, от лица другой команды. Я надеюсь продолжить работу с Неформалами, и я очень надеюсь, что не будет ничего подобного тому, что сейчас происходит в штаб-квартире СКП.

— Нам ещё встретятся враги, — сказал Мрак.

— Да. Но других неприятностей не будет? Ничего подобного, что попадёт в национальные новости?

«Национальные, — ошарашено подумала Кукла. — Мы в национальных новостях».

Она не могла не вспомнить о своей семье, друзьях и соседях. О единственном выжившем члене своей семьи и о друге из программы моды. О людях, которые пришли к ней за защитой, и которых она подвела.

Она почувствовала тошноту. Их хирургически изменили, и, согласно последней полученной электронной почте, они проходили курс операций, чтобы вернуть себе прежние лица. Смотрят ли они сейчас новости, думают ли о ней?

— Я согласен со Сплетницей, — сказал Мрак. — Это наши дела, не ваши.

— Понятно. Ну что же, я могу надеяться.

Баланс протянул руку.

Кукла почувствовала, как её пульс участился. Ловушка? Предательский удар?

Мрак взял его руку и пожал. Кукла чувствовала биение крови в ушах, выискивая в поведении Баланса и Посланников признаки предательства.