Червь

Я поняла, кто это, а на видео уже что-то началось. Зелёный Юнец стоял с той же стороны портала, что и группа людей. А затем нет. Изображение дёрнулось, и он оказался рядом с группой Стражей и членов Протектората.

Изображение смазалось, когда Зелёный Юнец развернулся. Он оказался по другую сторону портала.

Человек, на которого указала Сплетница, поднял над своей головой какое-то устройство, затем нажал на кнопку.

Портал исчез.

Я наблюдала, как Лабиринт и Скребок выходят вперёд и пытаются создать новый портал. У них получилось, однако у них не получилось получить доступ к тому же миру.

Это был Учитель. Один из лидеров блоков Клетки. Он обладал способностью превращать других в умников и технарей, однако они становились крайне уязвимыми к его внушению. Он окружил себя этими болванчиками, и потом, что? Закрылся в другом мире и забаррикадировал дверь?

Кейп, на которого указала Сплетница, видимо, Трикстер, бывший лидер Скитальцев, и теперь, очевидно, один из зомбированных подручных Учителя.

Звук был выкручен почти на минимум, но не отключён. Я слышала крик толпы, видела как Зелёный Юнец пытался остановить волнение. Вокруг мелькали взгляды полные отчаяния, страха, паники и понимания, что у них отняли путь к спасению.

Камера повернулась к Трещине. Она говорила, отдавала приказы.

Лабиринт сменила «канал» портала, открыв его к другому миру. Люди снова начали движение, несколько быстрее, несколько яростнее.

— Он предал нас? — спросила я.

— Без понятия. Возможно, ему нужно было безопасное место, где никто бы его не отвлекал от работы над козырной картой. Учитывая его привычный образ действий, да, я думаю, он нас предал. Предал не в глобальном смысле, однако мы доставили чертовски много запасов в мир, который он захватил.

Я кивнула и сжала губы.

— Святой вне себя, мягко говоря. Мы проверили данные. Очевидно, он встречался с Учителем за несколько месяцев до его ареста. Практически не было случаев, чтобы сила, предоставленная Учителем, длилась без повторной обработки больше чем несколько дней. А промывка мозгов спадает через считанные недели или месяцы. Так что дело не в этом.

— Святой хотел что-то от Учителя? Силы?

— Вероятно. В любом случае, у Учителя есть несколько подобных устройств. С их помощью эта группа захватила и отрубила четыре портала, оставив миры себе. Основные игроки с этим не связаны, нет признаков заговора. Отступник был невероятно счастлив взять Святого под стражу. И мы вроде как надеемся получить от него показания. Это проблема номер один.

«Номер один», — подумала я и ощутила неприятное ощущение в животе.

— Номер два.

Началось видео. На этот раз это была камера видеонаблюдения. Изображение медленно поворачивалось влево и вправо. Населённая область.

Звука не было, но взрывы были таким мощными и яркими, что мне почудилось, что я услышала и их, и последовавшую мёртвую тишину, вызванную разорванными барабанными перепонками. Десять или двенадцать разрывов в разных местах в области видимости камеры. Скоординированный удар.

— Янбань, — сказал Сплетница. — Отказали Трещине и Котлу в открытии порталов на территории И.С.К., а когда дела пошли скверно, напали на порталы, созданные другими. Ударили по американским поселениям, включая, вероятно, наши. Одна из причин, по которым Сука ходит в патруль. Когда будешь готова, не будет лишним перепроверять территорию насекомыми.

Я медленно кивнула.

— Номер три. Видео нет, так что придётся поверить на слово. Котёл.

— Ты сказала, они пытались что-то сделать, — сказала я.

— Ты подслушала. Да, но дело не в этом. Это Эксцентрики. Они активно сражаются с Котлом, несмотря на его обширные ресурсы, и их до сих пор не уничтожили и не поубивали. У Котла самый сильный ясновидящий, вероятно, сильнейший пророк, бесчисленные ресурсы, но Эксцентрики продолжают выматывать Доктора Маму.

— Как? — спросила я.

— Трудно сказать. Возможно, Котёл допустил ошибку, позволив проскользнуть одному из случаев пятьдесят три с мощными способностями скрытника, а Сталевар нанял его или её. Или, возможно, это негодующий клиент.

— Негодующий? — спросила Аиша, — забавное слово, от него даже немного хочется годовать, но я не понимаю, к чему ты клонишь? Суперсила за наличку, безо всякой травмы… как это может кого-то не устраивать?

— Возможно, Канарейка прольёт на это свет? — предложила Сплетница.

Глаза Канарейки широко распахнулись.

— Ты купила силы у Котла? — спросила я.

— Да.

— У натуральных кейпов обычно не бывает физических изменений, — сказала Сплетница. — А вот у кейпов Котла — запросто бывают всякие там перья.

— Я не собиралась негодовать, — сказала Канарейка. — Я испугалась, и я вообще-то не могла затребовать возврат денег на кредитку или подать в суд. Но я приспособилась. В конце концов, я получила, что хотела. Но к тому времени, как я осознала, что получила слишком много, я была уже в тюрьме.

— Херово, — сказала Аиша. — Тебя надули, жёлтые перья поверх полного отсутствия вкуса, получила что хотела и бум, всё кончилось. Тюрьма.

— Я ярко одеваюсь, чтобы людям не показалось, что я похожа на Симург, — сказала Канарейка. — Иначе на мне начинают срываться или пытаться избить те, кто потерял близких.

— Вернёмся к нашему вопросу, учитывая все проблемы, с которыми ты столкнулась, ты же можешь представить, что кого-то это не устроило? — спросила Сплетница.

— Ну конечно, — кивнула Канарейка. — То, что они дают тебе, ненадёжно. Это всегда риск, всегда неизвестно, сколько будет силы, какая это будет сила, и прочее дерьмо.

— И представь, что перед тобой появится кто-то вроде Сталевара и расскажет, что у него есть контакты в Протекторате и в Стражах. Есть хорошие друзья, которые знают способ вломиться в другую вселенную, если найти место, где когда-то уже открывался портал. Всего то и надо, чтобы кто-то показал, где Котёл создавал дверь.

— Однажды они вошли прямо в дом моего отца, чтобы я смогла поговорить с психотерапевтом, прежде чем что-то брать. Да. Если бы всё закончилось плохо, я смогла бы показать им нужное место.

— Другая возможность, объясняющая, как справляются Эксцентрики, — сказала удовлетворённым голосом Сплетница, — заключается в том, что Контесса и другие ударные отряды Котла слишком заняты более важными делами, чтобы мстить.

Я кивнула. Всё было не вполне складно, но вполне достаточно, чтобы убедить меня, что это возможно.

— Вопрос номер четыре.

— Подожди, — сказала я.

Сплетница замолчала.

— Это система? Тут есть какая-то закономерность?

— Разве это не очевидно? В смысле, ты же сама можешь догадаться.

Я могла.

— Ты уже говорила, — сказала мне Канарейка. — Помнишь? Причины, по которым люди сражаются, причины по которым действуют, когда всё потеряно: гордыня, месть, упрямство.

— Пиздец, — сказала я, отступив назад и прислонившись к стене. Тупые концы кнопок, торчащих из доски, воткнулись мне в спину и плечи. — Блядь! Они сражаются, но не способны направить свою ярость на Сына. Какого хуя?!

Сплетница покачала головой:

— Сын, насколько нам это известно, выбил некоторых из сильнейших кейпов, а нам его даже замедлить не удалось. Мы лишь только подали ему отличную идею атаковать другие Земли, и заработали для нашего мира несколько дней, максимум, но обрекли при этом несколько миллиардов людей. Возможно, они хотят сделать хоть что-то для них значимое до того, как человечество исчезнет.

Я повесила голову, ощутив, как упали волосы. Я сжала кулаки, и снова ощутила чужеродное ощущение в ладони. Я потёрла пальцами друг о друга.