Параллель 2

-А я и не против, - взяв рюмку в руки, произнес Иван Васильевич.

-Сговорились, старики-разбойники, - проворчал Ивашутин, - ладно, хрен с вами, попробуем договориться. Только разговор между нами должен быть предельно откровенным, а иначе не стоит и начинать.

-Согласен, - согласился с ним Семёнов, - время наводить тень на плетень прошло. Теперь это только во вред будет. Место здесь тихое, безопасное, так что за откровенность!

Тост поддержали все и три рюмки с хрустальным звоном встретились над столом.

...Графин довольно быстро опустел. Да и что такое, для трёх боевых генералов, триста грамм водки. Так, слезы. Да ещё и под плотную горячую закуску. Так что команда официанту - "повторить!", последовала буквально через считанные минуты. А вот спор за столом разгорелся нешуточный.

-Ты своими действиями расшатываешь систему, а это до добра точно не доведет, - горячился Ивашутин, - во всем должен быть порядок. А ты свою собственную структуру создаёшь, да ещё и втайне от руководства.

-Моя тайная структура занимается исключительно координацией действий между правоохранительными органами и партийным руководством города, - не остался в долгу Старый, - а то у вас правая рука не ведает, что творит левая. А по поводу порядка, ты с весны пытаешься в своем комитете разобраться, что там Юра наворотил. И как, успешно?

-Не очень, - честно признался его собеседник, - но разберусь обязательно. Мне деваться некуда.

-Вот и мне тоже было деваться некуда, - неожиданно тихо произнес Иван Васильевич, - только в подполье уходить, когда Андропов на меня охоту открыл. А то бы кончил как Калугин. И кстати, Юра ведь совсем не заморачивался по поводу соцзаконности. И КГБ превратил в свой личный инструмент. Для достижения только ему одному понятных целей. А ты говоришь порядок.

Помолчали. Выпили. А тут и селедочку по-московски принесли. В горчичном соусе.

Ивашутин подцепил вилкой небольшой ломтик и вдруг обернулся к Семёнову, - а ты что все молчишь-то? Я тебя таким тихим никогда не видел.

-А мне просто хорошо, - с усмешкой отреагировал тот, - мы уже столько лет так душевно не сидели. Я нас троих имею в виду.

-Это да, - согласился с ним Петр Иванович, - ладно, проехали. Что было, то прошло. Что дальше делать будем?

-А давай по порядку, - негромко сказал Старый, - в режиме "вопрос-ответ". Сначала ты спрашиваешь, мы отвечаем, потом наоборот.

-Как викторина, получается, - ухмыльнулся тот, - ладно, вот тебе первый мой вопрос. Вы "Сенатора" нашли или ещё ищите?

-Вот так, не в бровь, а в глаз, - восхитился Иван Сергеевич, - прямой ты всё-таки Петр, как шпала. А парня мы нашли и очень аккуратно контролируем. Очень уж непростой объект.

-Тогда второй вопрос, Романов в курсе? - не обратил внимания на ерничанье старого знакомого Ивашутин.

-Нет, конечно, - ответил уже Иван Васильевич, - и, предупреждая твой следующий вопрос, скажу, все зависит от ближайшей встречи парня с генсеком. Тогда и дальнейшие планы строить можно будет. И, кстати, раз уж мы затронули эту тему, надеюсь, попытка силового захвата не планируется?

-Ровно наоборот, - спокойно сказал Петр Иванович, - Леонид Ильич дал команду исключить такую возможность в принципе. От кого бы то ни было.

-Ну, вот и хорошо, - с явным облегчением произнес Старый, - а то мне снова в подполье что-то совсем не хочется. Тогда продолжаем нашу викторину.

-Что планируется обсуждать на встрече с Броссом? - тут же спросил Ивашутин.

-А хрен знает, - пожал плечами Иван Васильевич, - инициатива исходит от их стороны. Мое дело их выслушать и очень аккуратно высказать свое личное мнение. И передать американские предложения своему руководству, то есть вам.

-Упаси меня боже от такого подчинённого, - вдруг перекрестился Председатель Комитета, - нет уж, обойдусь как-нибудь. А с информацией поступим так. Материалы, представляющие интерес для меня, будешь отдавать Носыреву. Ну, а если это что-то стратегического плана, то через Якова Афанасьевича напрямую отправите Генеральному. Вы мальчики взрослые, разберётесь, что к чему. И вы когда из Москвы съезжаете, надеюсь не сегодня?

-Завтра в обед улетаем, - сообщил Семёнов.

-Тогда утречком загляни ко мне в приемную, - взглянул на него Ивашутин, - я тебе выписки из некоторых документов дам. В дороге и изучите. Чтобы получше к встрече с американцем подготовиться. И у меня на сегодня все, теперь ваша очередь спрашивать.

-Вопросов всего два, - Иван Васильевич негромко откашлялся, - первый по поводу обеспечения безопасности участников семинара в Марокко. Второй, что по Питовранову решили, он ведь просто так не успокоится. А возможности у него серьезные имеются.

-По первому вопросу все довольно просто, - ответил Петр Иванович, - все необходимые меры принимаются. Тем более что они были запланированы сильно заранее, ещё до сообщения от американцев об изменении их планов. Сейчас мы просто не стали их отменять и, на всякий случай, решили дополнительно усилить наши группы в Марокко. А вот по поводу Питовранова все гораздо сложнее. Уж очень осторожный лис. Но кое-что выяснить удалось. Но тут проблема не столько в нем, сколько в некоторых других товарищах. Тоже выходцах из КОМИНТЕРНА, кстати. Но работа ведётся. Поэтому, пожалуйста, никакой самодеятельности. Если же сумели что-то про него ещё выяснить, то прошу поделиться вашей информацией.

-Дашь на Дашь, - с улыбкой заявил Семёнов, - завтра зайду и папочку занесу. Глядишь, совместными усилиями и разберемся что к чему. А сейчас, если никто не возражает, я закажу черный кофе с коньяком и лимоном. На всех.

Вторник 3 октября. Москва. Леонтьевский переулок. Квартира Кулакова.

Обычно Федор Давыдович хотя и просыпался рано, но вставать не спешил. Любил он понежиться в постели и полежать в сладкой полудрёме. Но сегодня все было иначе. На часах была половина седьмого утра, когда мужчина внезапно провалился в крепкий сон. И снова оказался возле величественной реки. Он поднялся со своего места на холмах, спустился по извилистой тропке и, встав на колени, зачерпнул воду в пригоршни. Да так и замер истуканом, потому что недалеко от него внезапно материализовалась фигура Черной Дамы. Но сегодня той было явно не до него. Непонятный размытый силуэт примерно в полусотне шагов от Кулакова вдруг приобрел четкие очертания, и Федор Давыдович узнал в нем Александра Белова. Вот только тот сильно изменился. На шее его сверкал серебряный крестик, а в левой руке он сжимал хорошо знакомый мужчине маленький лафетничек. Сейчас он был полон, и вода из Великой реки переливалась в нем всеми цветами радуги. Несмотря на разделяющее их расстояние, Кулаков всеми фибрами кожи ощутил повисшее в воздухе напряжение. Он отчётливо увидел настоящую дуэль взглядов, происходящую прямо у него на глазах, между Повелительницей мглы (это название совершенно отчётливо вдруг пришло к нему в голову) и высоким молодым парнем.

А та внезапно отвела взгляд, буркнула что-то нечленораздельное и совершенно спокойным голосом добавила, - ладно, чего уж тут. Пей давай, а вот посуду придется отдать. Стаканчик теперь мой.

Парень, не отрывая своих глаз от Дамы, залпом проглотил содержимое лафетничка и протянул его новой хозяйке. Лицо той исказила довольная улыбка, она жадным движением схватила серебряный стаканчик и исчезла. Вслед за ней пропал и Александр.

-Жадность фраера сгубила, - неожиданно услышал за своей спиной мужчина. Он резко оглянулся и обомлел. Светящийся Образ скользил по поверхности реки на узком широком камне, который почему-то не тонул, а уверенно рассекал сверкающие воды реки. Призрак при этом выглядел как человек, который только что сумел провернуть грандиозную аферу.