Монстер Хантер Интернейшнл

Нет. Она собиралась выжить и закончить работу этой же ночью. Она сказала, что заберёт Джулию и одарит её бессмертием... своей вывернутой наизнанку противоестественной разновидностью. Я как-то понимал, что Сьюзен всё ещё в доме своих предков. Где-то рядом. Я чувствовал это, и она была одна из свиты Проклятого. Нужно убить Рэя до того, как он сможет ей что-то рассказать.

Двери в зал семьи распахнулись, когда я толкнул их босой ногой. Я ворвался с дробовиком наизготовку. Комнату пришлось освещать подствольным фонариком. Где в этом зале выключатели, я и понятия не имел. Десятки Шеклфордов смотрели на меня с портретов. Я торопливо просветил тёмные углы, то и дело высвечивая мебель и стройматериалы. Затем торопливо вспомнил неприятный опыт на сухогрузе и осмотрел потолок. Ничего.

Я побежал в следующие двери. Бальный зал. Не знаю, чего я собирался делать, если повстречаю её там. Тварь была настолько быстрая, что я просто глазам не верил. Надеюсь, мне хватит времени, чтобы вышибить Рэю мозги до того, как Сьюзен оторвёт мне голову. Хотелось бы, чтобы Гретхен и вся её искренняя вера оказались рядом. Я знаю, что за несколько секунд мне религиозным человеком не стать, но это всяко бы не помешало.

Двери открылись. Я торопливо проник в древний бальный зал. Первое, что я услышал — какое-то влажное хлюпанье. Свет фонарика метнулся по стенам. В старомодных зеркалах ослепительный луч дробился и множился, и бесконечно отражался из них по всему залу. Даже люстра полыхнула светом.

Моё отражение смотрело из двадцати зеркал, но в них был не только я. Рэй Шеклфорд парил в центре комнаты над полом, раскидав ноги и запрокинув голову, с распахнутым ртом и в неестественной позе, будто его на проволоке невидимой подвесили. Я повернул голову к центру танцпола.

Вампиры не отражаются в старых, покрытых серебром, зеркалах. Конечно же его жена держала его на руках. Снова в человеческой форме, голой спиной ко мне. Она пила кровь из шеи Рэя. Когда её накрыл свет, вампирша прервалась. Сьюзен вскинула покрытое кровью лицо и нежно поцеловала мужа в лоб, оставив кровавый отпечаток на коже. Затем она улыбнулась и слизнула кровь с губ. Её глаза отражали свет как у кошки.

— У нас с тобой остались незаконченные дела, — она размазала пятернёй кровь по лицу и обнажённой груди и целеустремлённо шагнула ко мне. Я вскинул «Чудище», взял на прицел голову Рэя и нажал спусковой крючок. Да, это убийство, но судьба мира зависела от этого убийства.

Ничего.

Я чувствовал контакт металла с кожей, но спуск просто не отвечал. Я не мог заставить себя дожать палец. Рука просто не принимала сигналы мозга. Я сконцентрировался, но так и не смог потянуть за крючок. Я чувствовал, как её воля подавляет мою и проникает глубоко в меня. Сьюзен подошла к стволу и прижала его между грудей, в районе сердца. Я не мог выстрелить. Тело застыло. Я не мог даже пошевелиться.

— Ты сильный, — признала она. — Но вы, люди, мне не ровня.

Она загнала ноготь мне в лицо чуть ниже глаза и пустила кровь по щеке. Что-то тёмное проникло мне в мозг, яростно перебирая воспоминания.

— Скажи, как ты меня поранил? Как ты меня поджёг? Мастеру нельзя причинить боль, но эта штука причинила.

Я пытался что-то выдавить через намертво стиснутые челюсти. Внутри моей головы шла битва, ещё более жестокая, чем любая до этого — за контроль над моим телом. Чёрная масса чужой воли захлёстывала меня, и что хуже всего, опыта противостояний на таком поле боя у меня просто не было.

— Поведай мне эту тайну, охотник. Поведай, и я одарю тебя. Я же вижу, чего ты хочешь больше всего на свете, — она улыбнулась. — Отдай мне свои тайны. Присоединись ко мне. И я выдам за тебя свою дочь. Она станет твоей. Навечно.

Тьма застилала всё перед глазами. Я чувствовал, как бесчисленные щупальца её силы входят мне глубоко в мозг и не имел никакой власти, чтобы их остановить. Я не знал, как бороться с тем, у чего нет живой оболочки. Боль родилась под крышкой черепа, прошла через позвоночник и подожгла в агонии каждый нерв парализованного тела. Я сражался. Уж не знаю как, но сражался.

— Нужно признать, охотник, у тебя самая крепкая воля среди любых смертных, которых я только встречала. Из тебя получится отличный слуга для лорда Машаду, — я в ужасе наблюдал, как растут её когти. Что могло случиться дальше, представить можно без труда. Она хотела вскрыть меня и выпить кровь. Из меня получится или почти безмозглая нежить, или, если она напоит меня своей кровью, ужасная тварь по её облику и подобию. Я отчаянно сражался.

— Парень. Дай помогу, — услышал я Старика. У меня появилась надежда. Что-то ещё присоединилось к моей внутренней борьбе и тьма застыла на мгновение, оказалась повержена и целиком изгнана прочь. Я с облегчением вздохнул, когда мышцы снова начали откликаться.

— Да как так... — Сьюзен замерла с клыками в сантиметрах от моей глотки.

«Чудище» рявкнуло и добрые тридцать граммов серебра разнесли на куски её чёрное сердце. Вампирша обалдело застыла. Я почувствовал, как Старик покинул моё тело, чтобы продолжить натиск уже на её сознание.

— Секретов тебе моих? БУМ! БУМ! — я вкатил две пули ей в лицо. — Что, правда хочешь знать?

БУМ! БУМ! Ещё две пули в горло и подбородок.

— Нет у меня секретов! БУМ! — пуля выбила ей мозги и откинула назад. — Я просто ненавижу монстров.

Клик.

Я откинул серебряный штык и тот встал на место с чётким щелчком.

— Иди в жопу, — я проткнул её штыком, выпустил ружьё и ухватил нож с портупеи. — И там сдохни!

ЧВЯК! — ганга рам наполовину перерубил ей глотку, и застрял в прочных костях позвоночника. Чёрная жижа и свежая кровь ударили из раны фонтаном.

— Злобная ты сука! — я вырвал клинок обратно.

Тварь ухватила дробовик, выдернула из себя и крутнула. Я полетел следом на ремне. Ударился об пол и скользнул почти к самому телу Рэя Шеклфорда. Не будь всё настолько серьёзно, большой красный отпечаток женских губ на его лбу в этой ситуации выглядел бы особенно глупо и неуместно.

Сюзен дёрнула головой. Раны закрылись. Я её даже не замедлил. Она трансформировалась на глазах. Росла в длину, набирала массу, превращалась в знакомую серую машину смерти, которую мы уже повстречали наверху. Её карие глаза, так похожие на глаза дочери, затопило кровавым огнём ненависти. Я всё ещё чувствовал присутствие Старика, но после успеха за счёт внезапности ему оказалось нечего противопоставить воле настолько сильной твари.

Я поднялся на колени и прижал ко лбу Рэя ствол .45 калибра. Он слабо кивнул в ответ. Вампирша замерла в приступе ярости.

— Остановись. Или я его замочу. Даже ты не такая быстрая, — спусковой крючок выставили на кило двести, и сейчас я точно прожал не меньше килограмма. Я чувствовал, как её воля пытается снова подавить мою, но в этот раз был готов. Я знал, что случится. Не мог объяснить сам механизм, но её атака сорвалась. На этот раз моё тело осталось в моей, и только моей, воле.

— Мама! — крикнула Джулия от дверей. Огнемёт в её руках издавал зловещее шипение огневого запала. — Твоё приглашение отозвано. Проваливай из моего дома!

Джулия отпустила стопорный рычаг огнемёта.

Тугая струя напалма брызнула на вампиршу. Поток загущённой горючки взорвался облаком яростного пламени, от которого немедленно вспыхнул пол и раскололись несколько зеркал. Я подхватил Рэя за воротник и торопливо потащил в безопасность из-под брызг напалма.

— Беги, Зед! — крикнул Трип с балкона. Он пальнул в самый центр огромного костра из гранатомёта. Ждал ровно столько, чтобы я успел выбраться за купол накрытия, после чего без раздумий отправил гранату в пол между ногами твари. Грохнуло просто оглушительно. Бесценный хрусталь обрушился с потолка и разбился на миллион осколков.