Монстер Хантер Интернейшнл

— Держись, парень! Давненько я так не гонял. Ну ты знаешь, сидел в психушке, и всё такое, — Рэй Шеклфорд прижал гудок и закричал в окно, — За дорогой следи, мудила!

Я протиснулся через узкий проход к месту пассажира. Пришлось сдвинуть большую чёрную сумку. Внутри я с удовольствием разглядел свою броню, личное снаряжение, запасные магазины и гранаты для «Чудища». Сам дробовик лежал на торпеде за рулём и скользил туда-сюда вдоль лобового стекла при каждом резком повороте. Стрелка на спидометре упёрлась куда-то под сто восемьдесят. Я и не знал, что скорые могут настолько быстро ехать.

— Что случилось? — мне пришлось кричать, чтобы заглушить сирену. Сивая грива Рэя трепетала на ветру из распахнутого окна. Он улыбался как маньяк и слишком уж активно развлекался для только что бежавшего из психушки лунатика.

— Ты вырубился. Не то, чтобы я обвинял. Выглядишь и правда дерьмово. У Джулии телефон зазвонил, я ответил. А там Эрл, — безумец рассмеялся. — Сучий выкормыш немного удивился, когда понял, с кем разговаривает. Совсем этого не ожидал. Ну да ладно, — он вывернулся из-под грузовика на встречку, едва разминулся с универсалом и снова занял нашу законную полосу дороги. Я скривился. — Так это всё к чему. Эрл, значит, позвонил. Федералы уже вылетели. Мы с тобой в розыске. Он приказал убираться из дурки, потому что силовики на подлёте. И да, в штаб нам тоже нельзя, там федералов уже битком. Так что я полагаю, нам придётся отыскать безопасное убежище.

— Я надеюсь, ты не стрелял в санитаров? — я указал на «Чудище».

— О, нет. Я не убивал людей ещё ни разу. Ну, сознательно не убивал. И не собираюсь начинать. Так, пригрозил слегка. Заявил, что я опасный псих и только что удрал из психушки.

— Офигеть. Кто бы мог подумать, что они поверят, — только сейчас я заметил, что одет Рэй в треники и банный халат. Ну да, с буйной гривой и небритый он вполне сойдёт за психа. И когда я вырубился, он действительно в голосину пел на месте аварии заставку «Обезьянок».

— Ну да. Прикинь? — он задумчиво почесал в затылке, пока мы неслись по трассе.

— Джулии нужна медицинская помощь.

— Эрл распорядился. Не переживай. Мы домой едем.

— Но в штабе же полно федералов?

— Да нет же. Домой. Сам увидишь. Эрл сказал «езжай домой, Рэй. Ты помнишь адрес. Просто езжай» — Рэй повернулся ко мне, пока всё это говорил. Психи, когда водят машину, за дорогой следят за счёт великой Силы, не иначе. — Мы едем домой. Совсем как в старые времена. Рэй пятый, все ребята, Джулия и малыш Нат снова будут играть в домике на дереве. И Сьюзен. Это же просто здорово. Барбекю устроим!

— Рэй, дорога, — я заметил впереди красные огни. Шеклфорд жил в каком-то своём мире, уходя всё дальше по тропам памяти.

— Может даже Алабама будет играть. Покажут скользящий прилив[62]. Алабама против Оберна. Лучшая игра года[63]. На том сезоне я кучу денег на ставках просрал, чтоб ты знал, — и тут до меня дошло, что огни впереди — это железнодорожный переезд. Шлагбаум как раз опускался.

— Поезд. Рэй, тормози. Жми тормоз!

— Ну, поезд, — отсутствующим тоном согласился он. — Слушай, а как насчёт хотдогов и гамбургеров? Тебе что больше нравится? Если нам повезёт, Сьюзен уже закатала стейки в маринад... — я в ужасе следил, как поезд движется к нам. Огромный красный дизель впереди. Мы не успеем.

Я прорвался к месту водителя и болезненно втиснул Рэя в дверь. Прижал ногой тормоз и яростно ухватился за руль. Покрышки заскрипели в облаке дыма и резины. Шеклфорд пытался драться. Я вбил ему локоть в башку и заставил обмякнуть на сидении.

Удерживать машину на дороге, тормозить и драться с психом одновременно — не самое приятное занятие. К счастью, тормоза у скорой попались хорошие. Мы проломили деревяшку шлагбаума с громким треском, но всё же замерли, бампер впритирку к блестящим металлическим колёсам мчащегося поезда.

— Угон! Это угон! — закричал Рэй и попытался выдавить мне глаз большим пальцем.

Он даже не понял, что я только что спас ему жизнь. Попытался удавить меня ремнём безопасности, так что я бил его локтём по роже, пока он не перестал дёргаться. Понадобилось три хороших удара. Скажу честно, мне понравилось. Я припарковал машину как положено и выбрался через пассажирскую дверь.

В считанных метрах ревел и гудел товарняк на полном ходу. Я открыл дверь водителя, наконец-то отыскал кнопку отключения сирены, вытащил бессознательного Рэя и закрепил на каталке в заднем отсеке скорой. Конечно же, та была с ремнями для фиксации пациентов, и я туго затянул все до последнего.

Джулия зашевелилась и открыла глаза.

— Оуэн. Что происходит? — сонным голосом спросила она. — Эй, минуточку!

До неё дошло, что футболка срезана, а под ней только лифчик.

— Извращенец.

— Все претензии к фельдшерам. Слушай, Джулия, нет времени объяснять. Мы должны приехать куда-то, по адресу, который твой отец называет домом. Эрл там поможет.

— А что с отцом? — она безмятежно улыбнулась. Кажется, фельдшер перестарался с обезболивающим.

— Ну, он типа под наркозом. Слушай, ты сможешь рассказать, куда ехать? Эрл говорил про дом, но это не штаб, а какое-то место, которое твой отец считает домом.

— Конечно. Я знаю, где дом. А мы вообще где?

— Не знаю. Слушай, я перетащу тебя вперёд. Просто оставайся в сознании, и говори, куда ехать, хорошо?

— Окей. Справлюсь. И когда снова захочешь меня раздеть, просто спроси. Не режь мои тряпки. Во-первых, это стрёмно, во-вторых, я любила эту футболку, — глаза Джулии закрылись и она снова уснула.

Я перетащил её на место пассажира так аккуратно, как вообще мог, чтобы не потревожить раны и повязки. Пристегнул я её как раз вовремя, когда последний вагон мелькнул за переездом. Джулия шевельнулась и что-то пробормотала

— Что?

— Я поняла, где мы. Рядом Гринвилль. Просто едь вперёд, — говорила она невнятно. Хоть кровь больше не теряла, и то хорошо. Я решил, что если увижу, что ей хуже, плюну и поеду в ближайший городишко за настоящим врачом. Бегать от ареста ценой её жизни я не собирался. Надеюсь, и не придётся.

Я занял место водителя, и мы поехали дальше.