Монстер Хантер Интернейшнл

— Не стрелять! Это просто дверь упала. Готовь его, док, — приказала Джулия. — Всем к эвакуации!

Джоан Нельсон расстегнула пряжки смирительной рубашки Шеклфорда. Цифровой дисплей показал цифру «2». Дзинькнул сигнал. Я знал, что в ближайшие секунды полторы тонны горгульи приземлятся точно сверху. Двери начали открываться, и делали это очень медленно. Я втиснулся между ними и принялся распихивать их в стороны.

— Пошли! — мы выскочили в холл. Ужасный скрежет металла и камня раздался в шахте лифта, когда горгулья наконец-то вломилась следом за нами. Тросы не выдержали. Массивная тварь вместе с обломками лифта скрылась в подвале и с ужасным грохотом финишировала в облаке пыли на бетонном полу.

— Тварям нужен мой отец, — Джулия смотрела в провал шахты на оборванные тросы. — Дёргаются. Обратно лезет. Сейчас бы взрывчатку...

— Кажется, одна из них пришла за мной, — сказал я. — Они просто игнорировали всех, кто не стрелял. Если мы отсюда выберемся, побегут за нами. Фургончик слегка помят, но поехать должен.

— Погнали, — Джулия торопливо указала в сторону балкона главного зала. Изгибы лестницы вели на уровень земли, к спасению. На месте падения горгульи остался пролом в полу и куча обломков балкона четвёртого этажа.

— Чисто, — Джулия старательно убедилась, что рядом нет гигантских тварей. Но если судить по шуму, та, что была в лифте уже почти выбралась за нами.

Мы кинулись наутёк, без раздумий прыгая через обломки. Доктор Нельсон ахнула, когда увидела пациента Барни разорванным на куски. Но как бывший охотник на монстров, удар приняла достойно. Я придержал её рукой за плечо.

— Тебе нужно заняться мужем. Он там, в коридоре.

— Ты о чём? — её глаза расширились, а голова дёрнулась, когда она поняла. — Что с Люциусом?

— Кажется, сердце.

— Но... — она запнулась и часто заморгала. Тени у неё были положены ярко-синие. — Только не Люциус!

— Поторопись, — она кивнула и побежала туда, куда я указывал. Для пенсионерки двигалась она удивительно быстро. Я надеялся, что её муж в порядке, и одновременно с этим надеялся, что у нас всё получится, и твари погонятся за нами вместо охоты на беззащитных пациентов.

Я пробежал мимо огромной дыры в полу. Искры летели там, где тварь в падении оборвала электрические кабели. Из-под завала торчала нога в больничном тапочке. Не все пациенты убежали. Чтоб его.

Джулия подбежала к разбитому дверному проёму. Её отец стоял рядом. Он тяжело дышал. Явно давно отвык выкладываться до предела

— Я их не вижу. К фургону!

— Я поведу! — сказал Рэй.

— Вот уж чёрта с два, — откликнулась Джулия.

Глухой рокот каменной туши по стене я почуял раньше, чем услышал. Коготь размером с моё туловище шарил по краю провала. Тварь выползала обратно, пытаясь встать и кинуться вслед за нами. Вторая горгулья показалась на разбитом балконе. Из шахт лифта выцарапалась третья. Шесть пустых каменных глаз сошлись точно на цели.

— У нас гости, — сказал я.

Твари прыгнули.

До фургончика мы поставили спринтерский рекорд. Рэй поскользнулся на разбитой лестнице и почти упал. Я поймал его за руку и потянул за собой. Джулия торопливо уселась на место водителя. Я потерял ключи, так что пассажирскую дверь открывал через выбитое окно. Шеклфорда я просто забросил внутрь головой вперёд, и втиснулся за ним. Из-за нашего размера я даже толком дверь закрыть не смог.

Джулия развернула машину. Движок заревел на все свои восемь цилиндров. Она воткнула заднюю и прижала газ. Ближайшая тварь прыгнула за нами по лестнице и встала. Я оттолкнул Рэя и начал стрелять из окна. Фургончик истошно скрипел резиной по асфальту.

Шея болезненно дёрнулась, когда мы протаранили «Лексус» с наклейкой МХИ. Джулия развернула наш тяжеловесный фургон и вжала педаль в пол. Фургон пронёсся мимо ближайшей горгульи. Она взмахнула когтями и вырвала боковую дверь с мясом. Джулия вильнула, и когти второй твари оставили длинные сквозные царапины на стороне водителя.

Мы удирали в облаке гравия. Рэй упал на заднее сиденье. Я поторопился закрыть дверь. Горгульи позади уже расправляли крылья и одна за другой подскакивали в небо.

— Они летают, — предупредил я.

— Полтораста им не выжать, — откликнулась Джулия. Фургон набирал опасно высокую скорость на асфальте эпплтонской психушки. Она продолжала разгоняться прямо к воротам.

Те выглядели очень прочными.

— Ворота. Джулия, ворота, — указал я.

— Знаю. Пристегнись. Будет очень больно.

— Заинька моя, кажется, это не очень хорошая твоя идея.

— Пап, заткнись.

Я в торопливой панике зашарил в поисках замка пассажирского ремня, отыскал его застрявшим на кобуре, и, наконец, пристегнулся. Ворота надвигались стремительно. Я закрыл глаза и приготовился к удару.

Бдям. Передок смялся. Фургончик содрогнулся, но инерция взяла своё. Ржавые петли не выдержали. Джулия заложила крутой поворот и вытащила нас прочь на трассу.

— Это было остолбенительно, — нашёлся я с комментарием.

— Да, круто вышло, — Джулия подняла очки с коленей и вернула на место. — Что-то я их не вижу? Они всё ещё... эээк!

Она стиснула руль, когда что-то большое ударило нас по крыше.

Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромный коготь вскрывает листовой металл в задней части фургончика. Тварь принялась лущить фургончик будто кожуру перезрелого банана.

Я дёрнулся, понял, что всё ещё пристёгнут, торопливо нажал кнопку ремня, упал за Рэем на заднее сиденье и зашарил по разбросанным там оружейным ящикам. Фургон содрогнулся, когда горгулья качнула его всей тушей. Я торопливо вскрывал тот самый ящик, который так долго искал. Выдернул тяжеловесное оружие, вставил один из громадных магазинов и потянул тугой массивный затвор. Пушка оказалась настолько длинной, что с ней почти не получалось развернуться в крохотном заднем отсеке фургончика.

— Уши! — крикнул я. Рэй подчинился. Джулия вела машину, и оставалось только надеяться, что её затычки на месте. Иначе от выстрела .50 калибром накоротке, особенно с дульным тормозом размером с банку колы, ей слух напрочь отшибёт.

«Ультрамаг 50[57]» комплектуют 10-кратным прицелом для ведения огня на большую дальность. Для стрельбы внутри легкового автомобиля он годится плохо. Я зажал подмышкой часть приклада, упёр его в пол и направил ствол в сторону горгульи. Отделяли нас в этот момент с ней всего-ничего, пара таких стволов в длину.

БУМ!

Если бы стёкла уже не превратились в одно воспоминание, я совершенно уверен, что их бы выбило, когда пуля массой 48,5 граммов принялась за работу. Тварь получила от неё горячий привет на скорости 850 метров в секунду. Каменные осколки засыпали развороченный салон. Раскалённая жидкость из раны окатила его следом. Я заорал от боли, когда мне обожгло кожу. Задние сиденья вспыхнули. Горгулья дёрнулась, настолько зрелищно лишившись огромного куска бетона из руки. Но вот разжимать эту самую руку отнюдь не торопилась.

— Вали из моего фургона! — у меня оставалось ещё четыре патрона. Я рванул затвор. Дымящаяся гильза вылетела на пол. Следующий огромный бронебойный патрон скользнул в патронник. Я слегка довёл прицел и пальнул снова.

Тварь упала на дорогу, когда следующая пуля разбила ей морду. Задние двери она прихватила на память вместе с петлями. Бетон и металлолом загрохотали по асфальту, разбрасывая ошмётки.

Мы набирали ход.

— Чёрт! Это было громко! — прокричал Рэй.