Страница 19 из 34
В промышленном плане город изготавливал и производил многое – (единственный в Империи Русь добытчик(!)) каменную пищевую соль; элитный молодняк животных и птиц: элитные мальки и икра рыб ценных пород: элитные саженцы деревьев и кустарников: элитные семена овощных и зерновых культур: кожи сухопутных и морских животных и их обработка; шерсть; животные ценные меха; швейное производство – одежда и обувь; птичий пух и перо; овощи и фрукты; мед и воск; овощные, мясные и рыбные консервы; мясо; сало; рыбу и икру; жир; масло растительное и сливочное; зерно разных злаков – пшеница, рожь, ячмень, гречиха, овес и другие; крупы из зерна; мука и мучные кондитерские изделия; сахар и сладости – конфеты, шоколад, патока, халва; соки и воды – лечебные, минеральные, газированные и столовые, сладкие напитки; всевозможные приправы, специи и пряности, уксус, чай и кофе (что-то выращивалось здесь, что-то привозилось - но перерабатывалось все это тут – на бахмутских заводах); молоко и молокопродукты – в числе которых твердые и мягкие сыры; вино и ликеро-водочная продукция; яйца – куриные, утиные, гусиные, страусовые, перепелиные; продукцию горно-рудной промышленности - уголь каменный и древесный, кокс, торф, графит; огнеупорный и строительный кирпич; черепица; строительный и формовочный песок; цемент; керамическую, огнеупорную и строительную глину; керамическую, фарфоровую, фаянсовую и стеклянную посуду; стекло оконное и витражное; оптику; стеклотару – бутылки, банки различной емкости, пузырьки для лекарств и парфюмерии; изделия деревообработки; мебель; черный металл – чугун и сталь; металлообработка; станки и машины; лекарства и химия, природные и искусственные краски, карандаши, чернила; парафиновые и восковые свечи: парфюмерия и средства гигиены – мыло, шампуни, мази, порошки, духи и одеколоны; писчая, газетная, книжная, оберточная и промышленная бумага; газетно-журнальная печатная продукция и книгоиздание; органические и минеральные удобрения. В городе были даже большие ремонтные механические мастерские, занимавшиеся ремонтно-восстановительными работами: паровозный и вагонный цеха; судоремонтный цех. Кроме того, для лечения на курорте в соляных копях приезжало много богатых людей со всего мира.
Но, как узнали солдаты-спецназовцы, на деле, к огромному сожалению, дело обстоит далеко не радужно – врачей на всю земскую (городскую) больницу всего 6, 10 медсестер, младший медперсонал (санитарки и санитары) 20 человек на все 80 коек. Вторая больница, обслуживавшая «белый квартал» могла похватать лишь чуть большим количеством медперсонала – на 120 коек было 12 врачей, 18 медсестер, санитаров 35 человек. С учителями и того хуже – на город в сорок пять с лишним тысяч человек жителей было – 3 церковно-приходские начальные школы с однолетним обучением, 3 церковно-приходских начальных школы в три класса образования, 2 земских – с 4 классами, 1 гимназия с 6-летним сроком обучения, 2 ремесленных школы с годовым сроком обучения, 1 ремесленное училище с двухлетним сроком обучения, 1 двухгодичная медицинская школа для медсестер, 1 институт с разным сроком обучения. Зато питейных заведений – рюмочных, кабаков, трактиров с водкой-казенкой буквально на каждом углу. Были даже три ресторана для «белых» господ и офицеров. Рабочий день на мануфактурах и заводах составлял - для мужчин 14 часов, для женщин и подростков – 12 часов, для детей до четырнадцати лет – 8 часов. Зарплата соответствующая – от нескольких копеек в день для детей, до рубля для металлургов, шахтеров и работников ремонтных механических мастерских, на железной дороге и в порту. Цены кусались тоже – стыдно сказать, у мужчин не было сменной рабочей одежды, у женщин нательного белья, многие даже на работу приходили босиком! Продолжительность жизни среднестатистического человека в Донбассе составляла всего сорок лет! Девочек отдавали замуж с 12-13 лет, мальчиков женили с 14 лет… смертность новорожденных достигала почти 40 процентов… и к тридцати годам люди выглядели как старики в 70-80 лет в Артемовске нашей реальности! Солдаты содрогнулись, когда впервые увидели шедших на работу в цеха маленьких стариков в шестнадцать мальчишеских лет. Почти все рабочие вместо подписи в ведомости выхода на работу и зарплаты ставили крестик. На этом фоне почти учеными-профессорами выглядели машинисты паровозов и котельщики на пароходах, а также работники ремонтных мастерских. Служба в казачьих полках тоже была хоть и дорога (обмундирование и амуниция, оружие, боеприпасы, коня и харчи справляли за свой кошт), но после пяти лет службы можно было пойти учиться в училище за казенный счет. Да и обучали в армии все-таки получше чем в обычной жизни.
Городская власть Бахмута решила - не мудрствуя лукаво, разметить наших солдат в военном городке казачьих полков. Страстно желая, чтоб наши поменьше глазели на действительную жизнь простых рабочих и крестьян. Перезнакомившись с казаками, солдаты-спецназовцы довольно быстро близко сошлись с ротой команды пластунов – этаким спецназом начала прошлого века. Побоявшись заразиться какой-то чесоткой и не желая испытать на-себе прелести быть покусанными какими-то клопами или вшами – наши солдаты отказались от размещения в солдатских казармах, и поставили для себя мобильный палаточный городок с отдельным питанием, обязательным ежедневным двухразовым душем и медосмотром ротными штатными фельдшером и санитаром. Как они благодарили Господа Бога и наших офицеров за проведенную медпроверку и многочисленные всевозможные прививки при подготовке к переходу через портал в Бахмут параллельного мира! Глядя на кашляющих кровью рабочих заводов, обезображенных разными язвами лица тружеников мануфактур, и толпы беспризорников в лохмотьях от «кутюр а-ля мода двадцатых годов прошлого века» нашей реальности, как в советских старых фильмах – они уже чувствовали в себе некую враждебность к чистеньким ухоженным «белым» людям. Так же, стали замечать, что и большинство офицеров в гарнизоне стали с неприязнью относиться к ним. Похоже фурункул взаимной неприязни солдат и офицеров нашего времени и прошлого очень быстро назревал открытым конфликтом. И он лопнул! Когда за какую-то мелкую провинность один из офицеров собственноручно плетью избил одного из солдат до потери сознания, а вмешавшийся фельдшер попытался оказать ему медицинскую помощь, что до крайности буквально взбесило офицера казачьего полка, он не нашел ничего другого как все той-же плеткой перетянуть и нашего фельдшера. Тут-же «в ружье» поднялась вся рота спецназовцев взяв на прицел своих автоматов и недалекого офицера, и казаков с винтовками в-руках, выскочивших из казармы по-команде своих офицеров-командиров. Малейшая дрожь руки привела-бы к непоправимым последствиям – положили-бы из скорострельных автоматов и пулеметов не запыхавшись весь полк, хоть наверное-бы и нашим досталось порядком – все-ж таки казаки, это считай элита царской армии и тоже лаптем щи не хлебают! И только появление как нельзя кстати в военном городке гарнизона наших Ден Мина, Андрея Кайманова, Ивана Скибы и отца Василия Скибы разрядило грозовую атмосферу, грозившей вот-вот метнуть громы и молнии в среду солдат обеих сторон. Отец Василий высочил из «УАЗика» и сразу встал между двумя группами ощенившихся оружием. Вскричавший от злости «ч-удак» офицер, буквально взбешенный молчаливым презрением наших солдат, вдруг резко замолчал и побледнел перед гневным взглядом нашего священника. И вдруг на плацу гарнизона воцарилась мертвая тишина. И словно сам Господь Бог с небес обратился к солдатам:
- Воины! Одумайтесь, пока не поздно! Господа офицеры – к вам обращается, такой-же как и вы, боевой офицер, прошедший не одну кровавую войну. И вряд-ли среди вас найдется хоть один офицер, видевший своими глазами как пули, в мгновение ока, буквально разрывают тело человека в не опознаваемые куски кровавого мяса! То оружие, что у вас в руках, ничто против силы оружия этих мальчишек из нашего времени. Вы привыкли смотреть на людей невашего круга свысока и думаете, что вы хозяева жизни – что Бог далеко и расплата за грехи ваши придет нескоро…, вы все глубоко ошибаетесь - расплата близка. Вы мундирник, но не офицер – Вацлав Грумальский, сейчас в этом убедитесь! Ваша семья в Полонии только что потеряла кров от наводнения Вислы, и ваши отец и мать сейчас бредут по колено в бурлящей воде, пытаясь хоть как-то выбраться на твердый берег… - заметив глумливую с ненавистью недоверчивую ухмылку шляхтича, отец Василий молча поднял руки к небу и все небеса засияли каким-то неземным светом и на облаке вдруг показалась картина бредущих в грязной бурлящей воде двух взявшихся за руки стариков, вздевавших руки к небесам в мольбе о пощаде. Лощеный офицер вдруг вскричал в крайнем смятении, узнав в стариках своих отца и мать…