Страница 93 из 98
- Видим десять всадников. Осторожно едут по вашему следу. У всех ружья и сабли. Полагаю, разведка.
- Вас понял.
Последовала команда, и вокруг повозок образовалась группа тех, которых можно было бы принять за охранников: дюжина, и все с ружьями. Разумеется, это были не все люди, имевшиеся в распоряжении Королькова. Из того, что он увидел, ясно было: этот малый отряд отнюдь не рвется в бой. Наоборот, ребята, похоже, тщательно рассмотрели и сами повозки, и охрану.
От группы отделился один всадник. В руке у него была ветка пальмы. Мало того: он спешился и демонстративно положил оружие на землю. Нетрудно было догадаться: предлагаются переговоры.
Командир парагвайцев отреагировал почти мгновенно.
- Мне ехать нельзя: мой испанский недостаточно хорош. Маноло, переговоры будут на тебе.
Означенный Маноло был не только видным парнем. В нем не было ни капли индейской крови. Корольков посчитал этот фактор важным. Разумеется, он оставил свою винтовку. Впрочем, за спиной у него имелась кобура, а в ней - пистолет.
Переговорщик от боливийцев явно не был настроен тратить время попусту.
- Мы отряд боливийской армии. Нас пятьсот человек. Предлагаем вам отдать все золото, серебро и товары. Взамен вам будет оставлена одна телега... и ваши жизни.
Маноло был столь же вежлив, сколь и холоден.
- К сожалению, сеньор, мы дали слово защищать груз. К тому же у нас очень много пороха и пуль. Хватит на вас всех. Посему вынуждены отвергнуть ваше предложение.
Переговорщик оказался из понятливых. Но последнее слово он оставил за собой:
- Сеньор, другого предложения не будет. У вас нет шансов.
Ответом было вежливое наклонение головы.
Очень скоро разведгруппа удалилась рысью.
Интерлюдия
- Я тебя слушаю, Гордо.
- Хефе, на наше предложение сдаться они ответили отказом.
- Это я предвидел. Но расскажи о том, что ты рассмотрел.
- Те, кого мы увидели: явно купцы с товаром. Телеги очень добротные; на них какие-то особенные колеса: черные, как испачканные грязью, но это не грязь. Груз явно имеется, и тяжелый, судя по тому, как они передвигаются. И еще о телегах. Мне бросилось в глаза, что они сзади оборудованы деревянными щитами, а сверху укрыты полотняными крышами. Насколько толстые щиты - не знаю. Однако полагаю, что они могут быть защитой от сабель. При повозках охрана: двенадцать человек, но внутри может прятаться еще сколько-то. Судя по размерам телег: не более шести человек. Охрана вооружена охотничьими ружьями.
- Почему ты так решил?
- Не армейское оружие. Очень малый калибр. На мелкую дичь хорош, а коня из такого не завалить. Но держат они эти ружья уверенно и, похоже, заряженными.
- Артиллерия?
- Мои люди не видели пушек, хефе.
- Но они и не могли видеть то, что за щитами. Следовательно, пушки могут быть.
- Тогда, хефе, атаковать надо не сотней, а двумя. Хорошо бы зайти с флангов.
- Для нашего войска - слишком сложный маневр. Но ты прав в другом: сотни может оказаться мало. Возьмешь полторы и все пушки в придачу. Эти щиты, возможно, надо будет разбить. Но без нужды не стрелять ядрами. Товар может пострадать.
- Слушаюсь, хефе.
- И еще одно. Это насчет тех повозок. Как ты думаешь: на них установлены пушки?
Толстяк задумался. Вообще говоря, большого артиллерийского опыта у него не было, но здравый смысл имелся.
- Да хефе, такое возможно, но лишь для двухфунтовых пушек. Что-то большего калибра или разобьет отдачей телеги, или же пушка сама улетит. И еще одно соображение. Если эти купцы берут с собой пушки, то тем самым уменьшают вес товара. Ведь для артиллерии требуются порох, картечь и ядра. Или же для всего этого потребна отдельная повозка. Мы такой не видели, но она вполне могла быть где-то поодаль. В худшем случае две двухфунтовки. Это выходит по одной на повозку. Даже если так: не то, что может остановить наш отряд. Задержать - это да. Пусть даже один залп выведет из строя двадцать человек - это самое большее. Но картечь смертоносна на дистанции в триста шагов. Хорошо, готов допустить, что их пушкари очень умелые и смогут дать не один, а два залпа. И сметут пятьдесят человек. Но оставшаяся сотня изрубит и артиллеристов, и пушкарскую прислугу.
Хефе благожелательно кивнул. Но уже после ухода Гордо он подумал, что, возможно, на этих повозках вовсе не купцы едут с товаром, а подразделение парагвайской армии, которое как раз имеет целью задержать боливийский отряд в расчете на подход основных сил. Возможно такое?
Сеньор Сонтеро имел в боливийской армии чин майора. Офицер подобного ранга не может быть полным невеждой в тактике. Вот почему проследовало распоряжение направить на юго-восток небольшой арьергард с целью раннего обнаружения парагвайского войска. С заводными конями, само собой. В случае надобности он предупредит о надвигающейся опасности.
Конец интерлюдии
Новости шли. Командир Вова одновременно принимал сообщения из Эсперанцы и отслеживал доклады подчиненных.
- Так, значит отряд подполковника де Ферранте только час тому назад начал погрузку? Ну, значит, им еще как бы не неделю досюда добираться. Черепахи неспешные... Алонсо, что у тебя с боливийцами? Сколько их всего на конях? Ага... Хуана Гомеса ко мне. Ставлю задачу. Вот здесь, где река начинает поворот на север, если верить карте, перелесок. Твои ребята с автоматами должны устроиться тут... нет, не так... бить только с флангов и в спину, чтобы ни о чем, кроме бегства, не думали... патроны беречь... и напомни Сесару: первые его цели - начальство всякое... пусть судит по одежке...
Налицо был тот самый (редкий) случай, когда бой проходит ну прямо точно по плану.
Командир боливийского малого отряда увидел те самые повозки своими глазами. И подумал (вот же невежда), что за вроде как непробиваемыми щитами может таиться артиллерия, пусть и мелкокалиберная. А еще он знал, что добыча и без того недурна, и вряд ли содержимое всего двух повозок стоит риска получить залп картечи. И он скомандовал своей батарее (те самые две пушки) чуть выдвинуться. На дистанции триста шагов даже не ах какие пушкари были в состоянии поразить такую порядочного размера мишень. А кавалерия тем временем развернулась в атакующей позиции, хотя и не в один ряд, даже не в три.
Расчеты выкатили пушки на позицию. Ядра перенесли на носилках поближе к ним. И заряжающие уже начали забивать порох, когда те самые щиты вдруг упали. За ними оказались стрелки. Те, кто запомнил картину и после ухитрился сбежать, твердили на всех допросах: именно стрелки. Ствол самого что ни на есть ружейного калибра, но частота вспышек выстрелов... короче, таких ружей не бывает.
От артиллерийских расчетов не оказалось никого. То есть живых никого.
И тут у конных сработал стереотип: при плотном огне пехоты немедля переходить в атаку, иначе перебьют всех. Кавалерийская лава (о строе тут никто не заикался) бросилась в галоп. И тут же попала под сверхскоростную пальбу.
Командир боливийского отряда мгновенно оценил предстоящие потери. Срывая голос, он приказал немедленно отступать, но подействовали слова куда как не сразу. Это стоило еще больших потерь и в конях, и в людях, а пушки так бросили сразу: некому было даже оттащить их, а запрягать ради этого коней никто уже не подумал.
Стоит заметить, что в горячке первого боя пулеметчики прекращали огонь лишь по исчерпанию боезапаса, а не по команде 'Прекратить огонь!', причем ленту, конечно, по причине спешки удавалось заменить не мгновенно. То же относилось и к автоматчикам, бывшим в арьергардной засаде. Спору нет, они порядочно проредили группу отступающих (или бегущих, если хотите), но патронов они потратили намного больше, чем хотел бы бывший сержант мотострелков. Также он особо отметил, что командир отряда ушел с небольшой группкой подчиненных, хотя снайперы старались. Впрочем, подобные накладки предвиделсь. И уж точно разбор полетов парагвайской пехоте еще предстоял.