Завлаб

После некоторого тягостного молчания начался галдеж. Наиболее скромные зрители учтиво просили дать пистолет 'на посмотреть'; менее застенчивые просили разъяснить, как так получается стрелять восемь раз подряд и очень быстро. Находились такие, что просили продать секрет бездымного пороха. И еще один немолодой и очень солидный джентльмен запросил сразу всю технологию выделки такого оружия, а для начала - продать пистолет.

Последовал ответ по-русски:

- Консуэла, дай им свой пистолет, но без патронов. Только посмотреть.

Оружие рассмотрели.

Далее Федоров говорил уже по-немецки.

- Господа, переговоры о продаже пистолетов лишены смысла. Мы не можем остаться без оружия по приезде в нашу страну, а лишнего у нас нет. В теории возможно производство аналогичного оружия в штате Джорджия. Но мы не уверены, что у вас имеются все необходимые ингредиенты. Если уважаемый Марк Джефферсон захочет, мы можем это обсудить.

Но пока что переговоры с этим промышленником касались исключительно текстильного производства.

В конце прений немец неожиданно высказал:

- Ожидайте противодействия, мистер Джефферсон. Вами будут недовольны в северных штатах, через которые идет торговля хлопком и табаком, а также импорт тканей. Приплюсуйте Великобританию, ибо производство хороших тканей в южных штатах - прямой удар по кошельку их промышленников.

Американец хотел было возразить, что, мол, при таком крошечном объеме производства англичане этой конкуренции даже не заметят, но прикусил язык. У него были планы развития прядильного и ткацкого дела, а также крашения.

А господин Мюллер продолжал со всей уверенностью:

- Южные штаты, если они не хотят быть задавлены налогами, должны развивать свое производство не только тканей, но и железа. Руда есть в штате Теннесси. Советую вкладывать капитал именно в металлургию - и не давать это делать северянам. Свой металл означает свои корабли, свои железные дороги, также ружья и пушки. И вам все это понадобится, когда начнется вооруженное противостояние Севера и Юга.

- Вы говорите 'когда'?

Усмешка немца была загадочной, но он пояснил:

- Говорят, что Вселенная границ не имеет. Может, это так, но не уверен. Зато жадность нью-йоркских банкиров безгранична, уж за это поручусь.

Слова впечатались в память южного джентльмена. Федоров был уверен, что тот постарается довести их до сведения всех знакомых и родственников. Зерно было брошено.

Собственно, дел в Саванне уже не оставалось, но отъезд ускорила радиограмма из Эсперанцы. Проходимость сигнала была неважной. Передано было на ключе, но содержание не допускало кривотолков.

Тем же вечером командор устроил общее собрание.

- Скверные новости, ребята. Боливийские войска вторглись на территорию Парагвая.

Диас выразил свое мнение на гуарани. Консуэла густо покраснела.

Федоров продолжил:

- Подробностей сам не знаю. Радиограмма была короткой. Сейчас собираемся. Постараюсь организовать скорейшее прибытие в Эсперанцу. Но для этого надо знать расписание судов, идущих хотя бы в нужную сторону. 'Мартин' может нас подхватить в каком-то порту. Завтра с утра и начну.

Совещание, формально говоря, было закончено. Негромкое гудение от подчиненных в счет не шло.

Завлаб с трудом удержался от плевка на пол.

- Ведь только-только начали промышленный рывок!

Консуэла немедля продолжила:

- И тут же нас на цепь посадили. Это совпадение?

Ответа не было.

 

Глава 34. Не та война

 

Все пошло не так, как предполагали в Эсперанце и (пока что) в Саванне.

Оказалось, что консул Лопес не только был в курсе событий. У его генералов имелся план. Другими словами, военные действия предполагались.

В Эсперанцу прибыл даже не курьер - офицер связи в чине лейтенанта. Он был полностью официален:

- Сеньор, вам пакет. Распишитесь.

Корольков разорвал плотный конверт и прочитал содержимое. Потом перевел глаза на курьера.

- Сеньор лейтенант, вам известно содержание пакета?

- Да, сеньор.

- У вас есть какой-либо дополнительный приказ?

- Да, сеньор. Я должен сопровождать вас.

- Мне понадобится пятнадцать минут. Требуется отдать необходимые распоряжения.

- Я жду, сеньор.

Замзав не только раздал приказы. Он еще оделся в камуфляж и захватил с собой не очень большой, но явно тяжелый баул.

- Полагаю, у вас есть экипаж, сеньор лейтенант.

Это не было вопросом.

- Да. Следуйте за мной, сеньор.

На моторке вышло бы быстрее, поскольку она имела скорость намного большую, чем пароконная бричка. Но Корольков посчитал, что это транспортное средство может понадобиться в Эсперанце. Правда, потеря времени получилась менее ожидаемой, поскольку дорога по земле была куда прямее, чем извивы русла Параны.

Через час пятьдесят минут сеньор Вова предстал перед военным советом. В него входили как глава государства, так и высшее офицерство.

Выслушав доклад полковника дель Верде, бывший сержант не удержался от кислой гримасы. Правда, ничего при этом не сказав.

Но Лопес вежливо предложил ему высказаться. Это, впрочем, ожидалось.

Теперть уже почтенное собрание слегка морщилось: ни произношение, ни подбор слов у русского не отличались изысканностью.

Все же опыт переговоров у замзава никуда не делся.

Прежде всего он извинился за отсутствие своего старшего товарища, сказав, что примерно через семь дней ('Ну никак не более десяти') он приедет. А с ним и его людьми возможностей у отряда из Эсперанцы, конечно, прибавится.

Засим Корольков посетовал на некоторую недостаточность разведданных. В частности, он просил особо уточнить, известны ли цели этого налета и, что главное, каковы пути снабжения вторгшегося отряда. Не преминул он воздать должное парагвайской войсковой разведкеу, ибо та сумела разузнать как численность отряда, так и его вооружение. Разумеется, стали известны и транспортные средства противника; личный состав передвигался на лошадях верхом и на повозках, а вот снабжение велось речным путем. Боливийцы пытались приспособить для этого захваченную парагвайскую 'Зорро-два', но из этого почти ничего не вышло: механик ухитрился сбежать, без него никто не мог справиться с двигателем, но все же суденышко стали приводить в ход бечевой. С использованием своих коней, понятно, а их в боливийском отряде было в достаче. И, конечно же, бывший разведчик попросил копии всех карт, какие только имеются у парагвайской армии. Генералы скосоротились, но пообещали.

Корольков особо поинтересовался наличием и видом боливийской артиллерии. Да, такая была. Аж целых три единицы. Медные двухфунтовые дульнозарядные пушечки, каждая на своей повозке. Разумеется, бывший разведчик мгновенно пересчитал: калибр сорок миллиметров. Не ах какая силища, но обратить внимание на их расчеты очень стоит. Про себя он подумал, что подавить артиллерию вполне можно пулеметным огнем.

Затем последовал вопрос, который можно было счесть неделикатным.

- Господа, не сомневаюсь, что парагвайская армия, - эти слова были грубой лестью, но генералы купились, - сможет нанести поражение неприятелю. Но мне важно знать, какова цель. Вижу два варианта: отогнать противника обратно на сопредельную территорию, или уничтожить силы вторжения. Ну или уменьшить их насколько возможно.

Тут снова голос подал председательствующий.

- Второй вариант предпочтительнее, - веско припечатал он.

- Тогда, господа, мне надо вернуться в Эсперанцу. И через четыре дня я представлю вам расчеты по ресурсам, которые нам понадобятся.

На левом фланге поднялся немолодой генерал. Имени его Корольков не знал, но тот представился сам: