Завлаб

Тогда же друзья обменялись мнениями и дружно решили: на своем транспорте до рынка лучше не ехать. Лишнее внимание ни к чему. А к моменту приезда торговца продуктами уже и план действий был разработан.

Видимо, сверкающие перспективы богатства подействовали на неустойчивую психику Педро Суньиги. Или же сыграли гены армянского дедушки Володи Королькова. Ничем иным нельзя было объяснить необыкновенную податливость парагвайца на уговоры. В цене на продукты стороны сошлись стремительно. Сверх того, попаданцы почти не затратили усилий на пробивание кандидатуры Суньиги-младшего в качестве сопровождающего лица. Правда, Федоров, не жалея усилий, расхвалил образованность молодого человека и отметил, что в его присутствии будет куда легче установить контакт с его учителем господином де Гарреа.

Про себя завлаб решил, что отец юного грамотея крепко подумывает о дальнейшей карьере сына.

Правда, некоторые трения возникли после того, как отец семейства пригласил к себе в дом новых знакомых.

- Нет, сеньор Суньига, с нашей стороны это было бы не вполне уместно. Ведь мы не знакомы ни с кем из вашего семейств, кроме вас самого и вашего сына. К тому же мои товарищи почти не говорят по-испански. А кто еще живет в вашем доме? Супруга, понятно. Как ее зовут? Кармела? И еще три дочери? А сколько им лет и как зовут их?

Полученная информация стоила, по меньшей мере, пристального внимания. Старшей было аж целых семнадцать лет, и звали ее Анна-Мария; средней по имени Перлита - почти пятнадцать. Младшая была на два года старше брата Раймондо. Судя по интонациям, она была отцовой любимицей. Звали ее Доминика. А еще неподалеку жила тетушка Росита, сестра сеньоры Кармелы. Вдова и, похоже, сплетница не из последних.

Продукты были разгружены. В оплату пошел уже знакомый Суньиге нож.

- Я приеду как можно быстрее, сеньоры. Раймондо как раз успеет вернуться из школы.

- Так он учится по субботам?

- Да, уроки закона божьего.

Педро щелкнул языком. Лошадка понятливо дернула арбу.

Мужчины принялись таскать продукты (порядочный кус говядины, кусок белого сыра килограмма на полтора, три кольца копченой колбасы и небольшой мешок с крупой непонятного свойства (на поверку оказалось, что это были черные бобы). И тут же Корольков принялся за изготовление очередного ножа - благо заготовка уже существовала.

- Мужчины, нам есть что обсудить, - решительно заявила дама. - Для начала забудьте об этой Анне-Марии.

- Я ее и в глаза не видел.

- Я тоже.

- А я кое-что читала. Семнадцать лет - это по тутошним и сейчасным понятиям чуть ли не перестарок. В этом возрасте у нее наверняка имеется поклонник - и хорошо, если один - а нам только что конфликта на этой почве не хватает. Имейте в виду: народ тут горячий, за нож наверняка хватаются только так. И еще... - многозначительная пауза, - ...наверняка она неграмотная.

- Откуда знаете?

- Начальных школ для всего населения не было, когда она была в надлежащем возрасте. И средняя дочка, возможно, по этой части тоже... того. Ну, а младшая, будь она даже раскрасавицей, но лет ей... сам понимаете. Конечно, стоит расспросить сынулю. И вообще парнишка будет для нас первейшим источником информации.

- Тут согласен. Но вообще-то надо для нас подготовить легенду. Как мы здесь оказались, что у нас за душой. Всякое такое. Чтобы даже для тетушки Роситы прокатило. Потому что удержать информацию о таких вкусных пришельцах... нет, нереально.

- Легенда? Тогда вот как. Мы все и вправду инженеры из России. В Санкт-Петербурге вообще ни разу не были. В Москве - только проездом. Это на случай, если вдруг найдется какой знаток тамошних реалий. А сами мы... ну, скажем, из села Канавино. Там, кстати, тоже металлургическое предприятие имеется. В здание лаборатории попала громадная молния. Во какой толщины, - последовал жест руками в духе "Вчера карася вот этакого...". - Или шаровая рванула, вот такого диаметра. И не прямо в лабораторию, а рядом. Следов-то удара нет. Зато был взрыв - ужасающий. И не иначе, как по воле господа нашего все здание перенеслось вместе с нами.

- Ага. И со всеми большими ценностями.

- Шутки побоку. Делаю вывод: нужна опора. Крыша, если хочешь. Другими словами, выходить на этого самого Лопеса. Но уже с оружием, потому что желающие попробовать на зубок найдутся. Самого господина консула тоже надо впечатлить. Понятное дело, с товаром... хорошим таким.

- Ликвидным, хочешь сказать. Рубины?

- И сапфиры тоже, если получатся. Хорошо бы изумруды, но тут продумать защиту нужно, очень уж производство вредно для здоровья.

- Берусь устроить выплавку кристаллов берилла без большого риска. Вытяжка у нас имеется.

- Ладно, Тамара Ивановна, тут вам виднее, проглядите резервы и литературу. Но, согласитесь, рубины попроще в технологии будут. Но прежде того - информация. На рынке, надеюсь, мы ее найдем. Платить будем пока что металлом. Два ножа - это резерв, но я успею сделать слиточки алюминия и нержавейки.

- Нержавейка, говоришь? У нас образцов полно. Это помню. Алюминий откуда?

- Э-хм... чистого у нас мало. А вот разных сплавов - тех далеко за сотню килограмм. Между прочим, прочнее чистого алюминия.

- Точно. Много не надо, вот этакие кусочки.

- Да, а вы, Тамара Ивановна, останетесь в лавке. Оружие получите, а мы вас потренируем, как с ним обращаться.

Это отдавало чрезмерным оптимизмом. За считанные дни, оставшиеся до базарного дня, можно было усвоить лишь самые основы работы с незнакомым огнестрелом. Увы, времени на полноценное обучение не то, что не хватало - его можно сказать, почти что не было.

Но посещение рынка вышло не в полном соответствии с планом.

Против опасений, базар оказался отнюдь не бедным. Видимо, тут сыграла транспортная составляющая: очень уж удобным было место. Прямо узел коммуникаций.

Уже потом оба попаданца признали, что юный Раймондо оказался весьма важным человеком в торговой вылазке. Нет, он не покупал, не продавал, но зато вовремя и очень громко крикнул:

- Сеньор учитель! - и уже тихим голосом объяснил русским, что вот этот весьма солидный господин в дорогой (по крайней мере, мальчишка так искренне думал) одежде и есть их школьный учитель, человек высокой учености и, что важнее, знает многих столь же влиятельных людей.

Про себя Федоров отметил, что, судя по внешности, в означенном сеньоре или вовсе нет, или почти нет примеси индейской крови.

Учитель был представлен попаданцам. Раймондо пустил в ход весь запас уважения и даже почтительности и, в свою очередь, представил спутников как "ученейших иностранцев, знатоков науки о металлах".

Завязался разговор.

Первым делом Федоров извинился за товарища - его испанский, дескать, не настолько хорош, чтобы поддерживать беседу.

Как и рассчитывал хитрый завлаб, сеньор де Гарреа поддался на лесть. Хвала воздавалась не впрямую - о нет! Какие там перышки, носок и ангельский голосок? Подымай выше; известной лисице подобный подход и не снился.

Дело проходило примерно так:

- Право же, сеньор де Гарреа...

- О, сеньор Серхио, к чему церемонии? Зовите меня просто Камило.

- Но тогда и для вас мы просто Серхио и Вова. Так вот: я восхищен знаниями вашего ученика Раймондо!

Какой же учитель не любит похвалу в адрес ученика? Сеньор де Гарреа не был исключением.

А русский льстец продолжал:

- Он ваш лучший? Ах, даже не первый? Принимая во внимание, что вы учителем не в Асунсьоне, а в провинции Сентраль... примите наше восхищение не столько вашим талантом предподавателя, в коем не сомневаюсь... нет, Камило, тут надо также отдать должное системе преподавания... похожей в нашей стране, увы, нет... я почему-то так и думал, что это заслуга сеньора консула Лопеса... все верно, но согласитесь, что плохой подбор наставников может свести на нет усилия правительства, а вот вы...