Страница 9 из 38
Я медленно кивнул, чувствуя, как нервы внутри начинают тревожно подёргиваться.
— Нежить — это те, кто когда-то умер. Жертвы проклятия богини. Они не могут умереть. Они ходят, гниют, но ненавидят всё живое. Эти твари бродят повсюду, в заброшенных деревнях, проклятых местах. А разведчики проверяют их и докладывают. Только живыми возвращаются единицы. Редко кто вообще возвращается.
От его слов меня всего передёрнуло.
— Но почему я? Я испытываю трудности даже на тренировках. Я… я ведь не готов! — мой голос дрогнул сильнее, чем я ожидал.
Он посмотрел на меня с выражением, которое, похоже, было смесью сочувствия и тяжести.
— Не готов? — хмыкнул он, но без издёвки. — Почти никто из разведчиков не готов. Загоняют всех, кто не показал хоть чего-то стоящего. Это их способ избавиться от балласта. Если честно, ты здесь никому не нужен.
Эти слова ударили сильнее, чем меч. Я судорожно пытался собрать мысли, стиснув зубы.
— Но я что-то сделаю. — Его голос вдруг изменился. Он стал чуть мягче, будто это кто-то другой. — Это мало вероятно, но тебя могут ещё и перевести в горнизон, эти люди проверяют окрестности королевства или замков. Не обещаю конечно, но постараюсь.
Я поднял на него глаза. Паника внутри немного угасла, но оставила за собой тяжёлый, болезненный осадок.
— Спасибо. Но… Думаю, если должен идти, я пойду, — выдавил я наконец, чувствуя, как внутри стучит ужас.
У меня было странное чувство. Всё равно терять нечего.
Декабрь начался с резкого похолодания. С неба почти ежедневно сыпался снег, укрывая землю тяжёлым белым покрывалом, словно сама природа пыталась заморозить этот мир. Я уже привык к холоду, но с каждым днём становилось всё труднее — одежда промерзала, а кожа на руках трескалась от мороза. И вот, как и ожидалось, в один из таких морозных дней меня официально перевели в разведку. Меня вызвали утром, в холодный серый рассвет, чтобы сообщить об этом.
Я прощался с тренировочным полем, не испытывая ни печали, ни привязанности. Здесь я чувствовал себя словно тенью, невидимой для остальных. Теперь же, как мне казалось, эта тень отправлялась туда, откуда почти никто не возвращался.
Форма, которую мне выдали, отличалась от привычных тренировочных доспехов. Лёгкие рыцарские латы блестели на слабом зимнем солнце, хотя этот блеск казался мне скорее насмешкой. Шлем был тяжёлым, с ограниченным обзором, а за спину накинули длинный красный плащ, который обозначал, что я отряде разведки. Всё это, конечно, выглядело впечатляюще, но я знал, что внешний вид значения не имеет. Эти доспехи не защитят от того ужаса, который нас ждёт.
В лагере рыцарей разведки было около тысячи воинов, но даже при таком количестве напряжение ощущалось в воздухе. Это были не обычные бойцы, а те, кто были отправлены сюда, словно на безнадежность. Многие скрывали страх за громкими словами, за шутками и смехом, но я видел это в их глазах. Мы были пушечным мясом, но не все это знали.
Мне выделили группу из десяти человек. Они выглядели куда опытнее, чем я: закалённые лица, уверенные взгляды, грубоватая обыденность в движениях. Но их разговоры выдавали сомнения. Пока мы готовили коней, я слышал, как они обсуждали, что вот они такие такие сильные бойцы, что их отправили в разведку. Один из них громко сказал:
— С нами ничего не случится! Мы же рыцари, черт возьми! Посмотрите на нас! — его самодовольный голос привлёк внимание остальных.
— Нас отправили сюда потому, что нам доверяют! Мы элита. Боги на нашей стороне! — подхватил другой, пытаясь поднять боевой дух группы.
Но я знал правду. Это была ложь, которой они пытались обмануть себя. Как и говорил Дамин, почти никто из разведчиков не возвращался. Мы были здесь лишь потому, что нас было не жалко.
Внезапно взгляд мой зацепился за знакомую фигуру, которая спокойно направлялась к нашей группе. Это был Дамин.
Я с трудом поверил своим глазам.
— Ты? — вырвалось у меня, когда он подошёл ближе. — Что ты здесь делаешь?
Он ухмыльнулся в своей типичной манере и, казалось, вот-вот бросит какую-нибудь колкость, но вместо этого сказал:
— Я иду с тобой. Вот что я придумал.
Мне показалось, что я ослышался.
— Что? — переспросил я, моргая. — Ты? Но ты же... ты элитный воин! Ты даже охранял короля! Что тебе вообще делать в разведке?
Я знал, что Дамина уважали. Он был столичным рыцарем и служил в королевской охране — одном из самых престижных отрядов в армии. Такие, как он, не отправляются в разведку. Это место для тех, кто оказался бесполезным.
— Заткнись, — бросил он, проигнорировав мои вопросы. — Это не важно. Просто будем считать, что я решил развлечься.
Его слова удивили меня ещё больше, но что-то в его голосе заставило не задавать лишних вопросов.
Мы направились в путь — десять человек, по колючему морозу и глубокому снегу. Лошади хрипели, пробираясь по заснеженным тропам, их дыхание превращалось в обманчиво тёплый пар. Долго мы шли по одной из тропинок, который скоро будет не виден. Часто я наблюдал заброшенные дома, которые скорее всего скоро разрушаться. Под вечер, мы зашли в лес, он был тихим, слишком тихим. Только наши голоса и стук копыт по мёрзлой земле нарушали эту давящую тишину.
Рыцари из моего отряда продолжали беседовать, пытаясь поднять боевой дух. Один из них громко шутил:
— Да что там эта нежить? Сдохшие кузнецы?! Ха! Мы видели куда хуже. У нас у всех хватит сил, чтобы разобраться с парочкой гниющих мертвецов.
В этом дружном смехе я слышал отчаяние. Громкие слова не могли скрыть их страха. Я молчал, как и Дамин, который ехал позади меня. У него на лице застыло спокойное выражение, как будто всё, что происходило, его совcем не волновало.
Снег усиливался, небо стремительно темнело, хотя день ещё не подошёл к концу. Зима словно торопила ночь занять её место. Наконец, сквозь мрак и деревья стал виден наш пункт назначения. Оказывается мы были по типу горного леса и сверху и я наблюдал
Заброшенный замок.
Он выглядел мрачным и зловещим, словно сам пропитывал воздух вокруг себя страхом. Высокие, полуразрушенные башни вздымались в небо, словно застывшие вопли в вечности. Каменные стены осыпались местами, оставляя большие проломы, а внутри витала тёмная пустота, которую невозможно было рассмотреть до конца. На фоне белого снега и тёмного горизонта замок выглядел, как тлен, застывший в этом мире.
— Привал, — сказал один из рыцарей, когда мы добрались до подножия холма перед замком.
Мы привязали лошадей, разожгли костёр, стараясь согреться, хотя ветер пытался выдуть последние теплые искры в нашей крови. Приготовили что-то из сухпайка, что каждый из нас нёс с собой. Запах еды показался мне странным, у него было что-то металлическое, неприятное. Наверное, это нервы влияли на мои чувства.
— Завтра утром пойдём в замок, — сказал командир отряда, подавив зевок. — Сейчас спать. Ночь будет холодной.
Я сидел у костра, не отрывая взгляда от мрачного силуэта замка. Ещё не зайдя внутрь, я уже чувствовал, что быть там будет хуже, чем снаружи. Над нами витало что-то... неправильное.
— Не переживай, — раздался голос Дамина. Он сидел рядом, смотрел на огонь. — До завтра ещё много чего может случиться.