Ведьмак: Чернокнижник

Глава 16

Элис работала на полную катушку, но чем сильнее сопротивление, тем больнее становились удары. За бездействие приходилось ещё тяжелее, чем за попытку спасовать... Что там было? Лишь жёсткие удары. Куда били? По неразвитым мышцам. Кажется, кости сильно пострадали. Какие? Ребра... Да, они пострадали в первую очередь, остальное тело – во вторую. И так продолжалось до тех пор, пока я не рухнул как камень. Бесконечные удары истощили меня, изуродовали органы до состояния отбивной. Но этим не ограничивалось. Магия исцеления в этом мире, которой владел Валирис, была придумана Сатаной.

Волшебное слово – и ты полностью здоров? Да ничего подобного. Если, например, органы превращались в фарш или хрупкие кости переламывались... Дьявол, как всегда, кроется в деталях.

Исцеление в этом мире работало без анестезии. Боль от его применения была адской, а результат минимален. Вот, к примеру, сейчас, я прошёл через лечение, точнее, меня подлатали. В противном случае я бы до заднего двора храма не дошёл, помер бы до поднятия век ранним утром. Да, иными словами, я не труп только потому, что меня вылечили.

А сколько раз меня лечили? Был ещё день... На следующий день был ранний подъём. И вроде бы меня учили алхимии и травам. Очень быстро и поверхностно, буквально в двух словах. Вероятно, я буду варить зелья через полгода, когда сдам практику, экзамен на профессиональную пригодность. Первый урок прошёл за полчаса, быстро, наставник не мог дождаться начала нового спарринга. Первый был неудачен – для меня, я ничего не смог сделать, но ко второму, за ночь Элис подготовилась. Она разработала технику, позволяющую укреплять плоть с помощью силы.

И, благодаря этому...

Меня отпиздили ещё сильнее: более мучительно и искусно.

В общем, били вдвое дольше и коварнее.

Тело, выдерживающее двойной урон – плохое тело, когда дело касается Валириса.

Нет, ещё один день пропустил. Вчера! Четырнадцатое апреля. Я вспомнил, что Элис иногда напоминает про время... Вот что меня разбудило. Там был ещё один день. Я его помню смутно, но это было вчера. Похоже, меня избили до потери памяти... Я мог бы попросить у Элис данные, но...

«Элис, загрузи в мозг воспоминания за вчера», — попросил я.

Попросил и пожалел. Валирис продемонстрировал какие-то чары, которые приводят в бешенство всю нервную систему живого существа. Это какая-то чернота, тёмный дым, при взаимодействии с живой плотью он буквально прокручивает нервную систему через электрическую мясорубку. Больно было так, что я просто отключился и потерял часть памяти из-за фатальных повреждений мозга. Удивительный феномен. Ведь чип не давал возможности отключиться даже если тело пополам расчленят или его пустят через электрический стул. Но магия способна на такое.

С его стороны, Валириса, было опасно такое делать. Но он руководствовался тем, что адепты разума, по словам Оуруса, не могут сойти с ума от боли. Правда, он лично мне говорил: «наверное, не могут». Нет, сейчас не об этом, а о магии лечения.

Элис проанализировала полученные травмы и выяснила, что даже Валирису было трудно вернуть это тело к тому, что оно есть сейчас. Он час пытался привести меня в подобие живого мертвеца, после чего закинул в подвал и, вероятно, пошёл к любимым жрицам.

Он же не применил тот прием, чтобы побыстрее от меня избавиться и пойти развлекаться? Я не знаю, если честно. Я не хочу об этом думать, скорее, я хочу...

— Пить хочу, — хрипло прокряхтел я, прижимаясь лицом к холодной стене храма.

Освежает... Проклятая температура.

Глаза уткнулись в кровавый снег; весенний снег. Отлил так отлил.

Эта форма обучения... Валирис же что-то упоминал про своё обучение в Зеррикании. И что сожалеет, что меня приходится жалеть, потому что я ещё слишком слаб. Меня жалеют... А вот через пару лет можно начать полноценное обучение по методике пустынного племени, куда его... Что его? Чёрт... Голова гудит, мешая думать. Надеюсь, что не потеряю сознание. Точно, вода и обучение. Валирису всё равно на моё состояние. Если не приду, то умру.

[Темерия, Элландер, Храм Мелитэле, 15 июля 1087 года]

Прошло два месяца обучения у нового наставника. Раньше я считал, что это не слишком большой срок, немногим больше времени, необходимого на поверхностное изучение какой-то профессии. Теперь же готов забрать своё мнение назад, на его же место, выдать новое.

Два месяца – очень и очень большой срок для того, кого ни разу не забыли избить. Я пытался отбиваться всеми возможными способами, просил загрузить в мозг искусство фехтования от исторических мечников, проводил анализы, исправлял недочеты в тактике и военных методиках; самых разных. Методиках... В результате мне методично начали отбивать почки.

С одной стороны, неплохо: всего за два месяца я научился магии исцеления, поднял её на хороший уровень. Даже швея научится быстро и правильно сшить, если материалом для обучения послужит её кожа. Я, кстати, научился сшивать свою кожу, как и лечить плоть силой; просто её всегда нахватает. Полное исцеление всех ран? Вздор дохлой псины, никогда такое не буду практиковать. Энергии тратится непомерно много, а она нужна для выживания. Хороший целитель всегда будет поддерживать тело между жизнью и смертью, чтобы вовремя вливать силу, минимально лечить раны и возвращаться в бой. Я уже один раз вылечил себя полностью, остался без сил внутри, без капли чудесной энергии, позволяющей затягивать раны. Новые получил быстро, а лечить их было нечем. Было адски больно, смертельными побоями мне поставили в мозг закладку – про важность контроля источника. Точно нет, лечить себя нужно по минимуму, особенно во время обучения у Валириса.

[Темерия, Элландер, Храм Мелитэле, 29 сентября 1087 года]

Я сдал экзамены на алхимика, теперь могу варить зелья. Чем интересна эта наука – она требует предельной точности, иначе можно получить смертельный яд вместо зелья ускоренной регенерации. Вроде бы, с чипом всё просто, но я уже до смерти побитый доползал до котла. Валирис говорил, что настоящий воин должен игнорировать боль и заниматься сексом даже с мечом в груди; а про какой-то там котел вообще не стоит говорить. Однако, это пока дело не доходит до измельчения трав и расчёта пропорций. Дрожащими ладонями, как после холодного дождя, и с тёмной пеленой в глазах, как-то трудно всё это. Но, что нас не убивает – помогает прожить следующий день как последний.

[Темерия, Элландер, Храм Мелитэле, 1 февраля 1088 года]

Когда-то я с сомнением относился к снегу, красному снежку; теперь же равнодушен. За большую часть зимы я успел покрасить «белый» в «красный» – почти весь двор. Магия исцеления и укрепления позволяют равномерно распределять кровь по всему двору. В общем, иду к успеху... Даже по ночам, удерживая зелье наращивания плоти, я иду к нему. Обычно его пью, наблюдая за звездами, но порой мне везет. Лунное сияние обволакивает тело силой. Энергией, мотивацией, возможностью... Луна даёт надежду; продолжать несмотря ни на что.

[Темерия, Элландер, Храм Мелитэле, 3 сентября 1088 года]

Получилось! Я в первый раз смог коснуться мечом наставника! За это провалялся неделю в постели, перенес клиническую смерть, то есть, остановку сердца на двадцать секунд; ещё почти умер. Но я слегка коснулся плеча наставника – теневым клинком, который почти ничего не весит! И мне всё равно что в тот момент он отвлекся на грудь новой жрицы. Я справился! Я – молодец. А то, что меня кормят красивые жрицы с ложечки, можно вообще назвать наградой. Только, если честно, они, наверное, красивые. Уверен, зрение рано или поздно восстановится.