Ведьмак: Чернокнижник

Красавицу.

Воровать — так миллион, спать — так с королевой.

Она была миловидной, высокой, молодой. Её проницательные голубые глаза, каштановые как осенние листья волосы, острый курносый нос — словно у мудрого ворона. Да, таким носом и глаз можно выклевать... Впрочем, её недостатки не слишком бросались в глаза.

Княгиня носила на себе столько роскоши, что жадный взгляд так и падал на украшения. Её модную прическу поддерживали зачарованные шпильки, а голову венчала диадема стоимостью больше, чем толпа ремесленников зарабатывает за жизнь. Платье было сочетанием насыщенных цветов желтого, синего и винного, с изысканными узорами, вышитыми драгоценными камнями, золотыми нитями и жемчугом.

Хм...

А не Геральт ли поставлял ей жемчуг со Скеллиге?

Кажется, на этом он неплохо поднялся... Долг ему можно не возвращать...

— Вы... вы хоть понимаете, что просите?! — сердито, почти рыча, воскликнула княгиня. — Или думаете, что, находясь в бедственном положении, мы готовы продать всю свою гордость, отдать всё своё богатство, продать саму душу и свободу... за разрешение кризиса? Разве вы сами не заинтересованы в уничтожении саранчи, вестницы конца всего живого?

— Понимаю, но и не прошу пасть на колени по одному слову. Вы кузина покойного Императора Нильфгаарда, Эмгыра вар Эмрейса, и на правах родства вы можете претендовать на трон всего Юга. Я помогу вам реализовать эти притязания и воплотить их в жизнь. И прошу лишь о малой услуге: примкнуть к Северу не на правах завоевателя, а в качестве вассального государства.

— Вздор! — прошипела она, словно змея, которой наступили на хвост.

— Сейчас это кажется вздором, но Север ждут великие реформы. В скором времени все его государства объединятся в новую Империю. Поверьте, не пройдет и пары лет, как это знаковое для Континента событие станет реальностью. Тогда Югу придется выбирать: стать частью чего-то большего на правах почетного гостя... или выжившего в завоевательной экспансии.

— Ещё и войной угрожаете?! Да как у вас хватает духа говорить такое, когда тысячи людей умирают?

— А как у вас хватает препираться, когда вам, словно собачке, дают не только косточку, но и ломтик мяса? Спасательного, стоит заметить. Без него вас ждет погибель, — Вильгефорц отошел от нее и взмахнул рукой. — Мне достаточно убрать барьер, как вы сразу станете лишь строчкой на страницах истории. Но, если я увижу в ваших глазах искренность и готовность к сотрудничеству, то вы удостоитесь в хрониках куда большего, чем скупой пометки.

— Ублюдок... — Анна поняла, что стала пленницей, чью голову прижимают к ставням гильотины. В такой ситуации не торгуются. — Я обещаю, что пойду у вас на поводу. Вы довольны?

Вильгефорц щелкнул пальцами, и в воздухе, рядом с княгиней, появился исписанный лист бумаги. Магический контракт, оформленный по всем правилам демонологии. Кажется, именно этому я его учил в первую очередь, передавая знания от Зепара.

Анна подхватила лист и начала вчитываться в условия. Чем больше она читала, тем бледнее становилась. Ей доверены судьбы сотен тысяч людей, и, заключая контракт с дьяволом, она ставит на кон не только свою жизнь, но и жизни всех, кто ей подчиняется.

Нарушение условий контракта грозило катастрофой.

— Будь ты проклят... Я согласна! — стоило ей дать устное согласие, как контракт вспыхнул и превратился в сотню искр. Это заставило девушку отшатнуться, но не испугаться.

Храбрая и красивая, какая прелесть.

— Рад, что мы пришли к взаимопониманию, — Вильгефорц посмотрел на княгиню без всякого интереса, словно кузнец на заржавевший инструмент, и повернулся ко мне: — Кертис, все, что ты здесь увидел, должно остаться в глубочайшем секрете. И не забывай, ты пообещал мне помочь уничтожить рой раз и навсегда.

— Но не бесчестными методами, — сердито сжал кулаки и сделал серьезную мину, стараясь не выйти из роли. — Ты выдернул меня из исследований, попросил об одолжении, но ни словом не обмолвился, что собираешься использовать людей в своих корыстных целях! Одумайся! Мы на грани катастрофы. Сейчас не время для алчности и жадности, нужно оставить их позади!

Как только я это сказал, он подключился ко мне с помощью ментальной магии:

«Я же просил не соблазнять королеву красивыми речами... Только посмотри на эту глупую особь, увидевшую героизм и преисполнившуюся этим богомерзким чувством... Дай секунду — и её руки сами потянутся вниз живота, чтобы удовлетворить свои аморальные порывы. Мерзость! Даже противно думать об этом, не говоря уж о том, чтобы произнести подобное вслух», — передал он мне свое возмущение через ментальный канал.

«Да брось, весело же путать мозги помешанным на романтике княгиням», — мысленно ответил ему, отвернувшись с выражением брезгливости.

— Работа есть работа. Сколько ни возмущайся, но обещания дороже жизни. Уничтожь нашествие, а потом занимайся своими делами, подальше от точек пересечения наших интересов, — высокомерно улыбнулся Вильгефорц, открывая портал. — Следуй за мной. Я покажу место, где ты сможешь проявить себя.

— Подожди, — остановила меня Анна-Генриетта. — Спасибо, что показал, что хоть в ком-то есть толика человечности.

— Я служу не человечности, а справедливости, — героически пробормотал я. — Стараюсь идти вровень с совестью, из-за чего и попадаю в ситуации, где этим пользуются выродки.

Хмуро взглянув на улыбающегося Вильгефорца, я шагнул в портал.

Через мгновение оказавшись в трех километрах от города, если судить по барьеру. Ещё через мгновение из портала вышел Вильгефорц, закрыл его и скептически посмотрел на меня.

— Напомни, что такое справедливость и совесть?

— Это когда ты справедливо всех имеешь. Разве не этому учат в Бан Арде? — развел я руками. — Если ты так не поступаешь, то должно быть совестно, когда имеешь не ты, а тебя, — постучал пальцем по виску.

— Неверно, — наклонил он голову. — В твоем понимании справедливость и совесть — это бессовестное желание залезть под платье к княгине, удовлетворить свою похоть и запросить за это справедливую награду — право на ещё одну ночь. Как я уже говорил, молодое поколение меня разочаровывает. Вы любите сливаться телами, а не умами, и из-за этого терпите крушение.

Вильгефорц убрал руки за спину:

— Кертис. Ты, конечно, стал исключением, успешно проведя ритуал поглощения демонических сил. Однако, скорее всего, ты всего лишь пешка в чужой игре. И вопрос в том, зачем твоему кукловоду пользоваться такой ненадежной фигурой, как ты, и что он преследует... Но это подождет.

Он подошел ко мне, рукой показывая окрестности:

— Я предоставил тебе идеальное место для уничтожения роя. Твое время блистать среди шуршания листьев и завываний ветров. Я буду помогать по мере необходимости.

Меня только что попытались унизить?

Даже не знаю: наказать за наглость или помиловать.

Трудно быть самому себе кукловодом.