Ведьмак: Чернокнижник

Глава 116

Впервые в жизни я нисколько не пожалел о вложенных людских ресурсах в создание ведьмака четвертого поколения. С хорошим напарником и горы по колено. Наш противник был огромной химерой, божественной зверушкой, одно его присутствие вызывало чувство безысходности и поражения.

Способности Левиафана не ограничивались одной ментальной магией — достаточно было взглянуть на пространство рядом с ним, чтобы отчётливо заметить искажение. Такое существо вполне могло раздавить нас силой мысли, меня и Геральта, двух убийц чудовищ, решивших определить, что сильнее: чернокнижные знания и рунический клинок или сила древнего монстра.

Будь это игрой, я бы поставил на победу Левиафана. Наши шансы казались ничтожными. Левиафан взмахнул одним из щупалец, размером с несколько кораблей, и земля под ногами содрогнулась, словно началось землетрясение. А ведь он даже не ударил этим щупальцем.

— Ваша жалкая попытка... позабавит меня в вечности, — произнесло чудовище, словно догадавшись о наших намерениях.

— Разумная тварь, — посуровел Геральт. — Замечательно.

— Назад пути нет, ведьмак, — усмехнулся. — Особенно для меня. Если я правильно оценил его мощь, тогда мой лик ты видишь в последний раз.

— Ох, раздражаешь своим настроем, мы прорвемся, — буркнул он, мгновенно сформировав Знаком защиту от некротической энергии.

Химера выстрелила из щупальца лучом разложения, способным заставить зачахнуть даже божественное древо. Опасно. Потому я тоже защитился, выпустив десять демонов, вставших в ряд мясных щитов. Все они сгинули под воздействием энтропии, возвращаясь побитыми собаками обратно в меня.

Щёлкнув пальцами, чтобы привлечь внимание, я соткал из теней пропасти сотни теневых монстров, бросившихся на гиганта. Они ринулись яростно, но тварь смела их выбросом адской волны разрушения, от которой трудно было убежать или укрыться

Геральт решил атаковать по-своему. Он достал из сумки эликсир змеиной крови, усиливающий рефлексы и скорость, и выбрав наилучший момент для атаки, метнулся к одному из щупалец сразу после окончания волны. Удивительно, как один муравей может руническим клинком разрезать крохи плоти, но с такой интенсивностью, словно против Левиафана выступил равный ему соперник.

Я воспользовался Гримуаром Жадности, открыв сорок восемь адских порталов. Из них вырвались демонические руки, схватившие Левиафана за разные части тела. Они вливали в него ядовитую энергию, мешая создать ещё одну адскую волну. Сковывали не для атаки, а для защиты.

Смерть ведьмака в мои планы не входила.

Левиафан немного отвлёкся, и момент «сейчас или никогда» стал очевидным. Следующим заклинанием из Гримуара я открыл портал прямо над головой цели, широкий и зловещий для любого создания, посмевшего верить, что питаться верой — хорошая идея.

Я использовал телекинез, резко схватив Геральта невидимой рукой и оттащив его с линии атаки. Из портала ударила мощная антимагическая волна, стирающая саму суть магии. Её концентрации хватило, чтобы ослабить чудовище на четверть. Может, чуть больше. Увы, на большее одного портала не хватило — монстр начал манипулировать пространством, вмешиваясь в моё заклинание и отбрасывая мой контроль. Мы с Мором без Элис едва справлялись с открытием портала, что уж говорить о его защите.

Эх, вот он, марафон, когда всю жизнь пробегаешь с костылями.

— Дыхание Мортифера, — я зачерпнул силу демона, известного как «несущий смерть». Это был необходимый процесс для использования одного из высших проклятий — расщепления души противника.

Правда, платой за это служила моя собственная плоть. Кожа, органы, глаза — всё начало гнить с чудовищной скоростью. Демоническое или человеческое, неважно: я буквально разлагался не по дням, а по секундам. Левиафан пока не замечал моего распада и каких-либо неудобств. Оно и понятно — атака на него произойдёт лишь тогда, когда моё тело полностью сгниёт.

Тем временем эта гора из плоти и костей обратила свои многочисленные глаза на Геральта. Ведьмак снова бросился в бой, используя атакующие и защитные Знаки, отвлекая внимание Левиафана. Каждая пропущенная атака от древнего чудовища могла стать последней для четвертого поколения.

Левиафан вызывал явления, манипулируя реальностью: взрывы вулканов, кислотный дождь, гравитационные аномалии. Часть из них я как мог нейтрализовал, но некоторые попадали в ведьмака. Геральт всё больше покрывался ожогами, ранами и порезами.

Однако нашу боль сравнивать было глупо. Моя плоть распадалась на атомы, растягивалась и деформировалась. Непередаваемые ощущения. Но боль была второстепенна. Моё время пришло, чтобы передать эти ощущения с процентами. Только не в тело твари, а в её душу.

Левиафан это почувствовал. Он атаковал меня щупальцем, от которого невозможно было увернуться. Пришлось слиться с тенями и телепортироваться подальше, чтобы в стиле крысы атаковать из слепой зоны, выпустив из рук волну проклятия. Попал. Душа Левиафана перенесла колоссальный урон: примерно треть её была вырезана и перемешана с дерьмом. Другая треть разбилась на миллионы осколков, что принесло ей боль в тысячу раз сильнее, чем разъедание моей плоти.

Левиафан был парализован из-за потери две трети от души. Его движения стали заторможенными, словно под эффектом замедления времени. Половина алых глаз потускнела, поблекла. Кожа приобрела беловатый оттенок, напоминая промаринованную в уксусе рыбу. А крик... Ох, он был оглушительным: у бедного ведьмачка кровь брызнула из ушей, глаз и носа — черная, густая кровь от звуковой волны.

Мне повезло больше. Я укрылся барьером и принялся восстанавливать свою плоть. Вернул прежнюю форму наполовину, на раны средней тяжести можно закрыть глаза — всё равно нет уверенности в выживании этой оболочки. Лучше сосредоточиться на настоящем и насущном. То есть на ранах чудовища, полученных им от рунического клинка Геральта.

— Антимагическая сфера! — произнёс я на Старшей Речи, формируя одно из самых сложных в исполнении заклинаний. Размер шара, работающего по принципу двимерита, был равен арбалетному наконечнику. — Множитель, — второе было чистой воды коварством. Я скопировал заклинание несколько тысяч раз и атаковал все разорванные ведьмаком участки тела Левиафана.

Наша цель наконец проигнорировала Геральта, усилив ментальную атаку по мне. Поскольку все мощности Элис уже уходили на отражение, остаток выпал на Мора. Небольшой, поэтому ручной демон Законом Обжорства успевал поглощать излишек, превращая его в энергию. Я направил получку на открытие ещё одного портала в измерение, излучающее пожирающую магию энергию.

Вторая волна. Второй успех.

— Зараза, — чудом успел спастись ведьмак, отскочивший в последний момент. — Оттянуть нельзя было?!

— Излучение от антимагии воздействует и на создателя. Я стараюсь экономить ресурсы по максимуму, — спокойно ответил я, прежде чем древнее чудовище атаковало меня аналогом разрыва пространства.

Правая рука, бок и часть бедра были утеряны. Регенерация не справлялась. Попытки залатать область демонами тоже не увенчались успехом: чужеродная пленка маны покрыла повреждения, мешая восстановлению.

— Не мой день, — щелкнув пальцами, я окружил пространство инфернальной пустошью с аномально высокой температурой. Это вызвало у твари сильный дискомфорт, отвлекая её.

Нужно было ещё два или три раза открыть портал в антимагическую зону.

Третий раз прошёл успешно, как и четвертый. Но дьявол, как известно, кроется в деталях. Всё же пятого портала не избежать, и это плохо. Я истратил все магические запасы, собранные за этот день. Они испарились из-за излучения от моих порталов. Ведьмаку повезло больше: его организм приспособлен к радиации такого рода. Если только он не попадёт под прямой луч, всё будет хорошо.