Ведьмак: Чернокнижник

— Жалко руку, — вздохнул я, создавая демоническую взамен утраченной.

Новая конечность была уродливой, с пятью алыми глазами, что раздражало своим нечетным числом. Немногим меньше отвратительного смрада — вонь от гнилых и поджаренных внутренностей инсектоидов выступала редкостной пыткой.

Очередная беда на мою голову...

Геральт, выпустив волну силы по области, сбил меня с ног и чуть не сорвал процесс запечатывания адской воронки. В довершение всего, следующее инферно — призванное уничтожить очередную волну тварей, обожгло мне половину лица.

Весьма неприятное ощущение.

Я поднялся на ноги в дурном настроении, заменяя ещё больше плоти демонической. Скоро от меня останутся лишь гуманоидная форма и слабое сходство с человеком.

— Они выпустили яд! — прокричал Геральт, отбивая сразу несколько атак и приближаясь ко мне, чтобы защитить от прорыва с левого фланга.

— У меня иммунитет ко всем ядам, — спокойно поведал я, тут же закашлявшись. — Или почти... ко всем... кха... К древним нет, — сплюнув кровь, я постарался закончить побыстрее.

Яд разъедал плоть с чудовищной скоростью, словно состоял из миллиарда микроскопических насекомых. Чтобы выжить, необходимо было отравить себя более мощным, почти что божественным ядом.

Я отравил, и это поставило меня на колени, но спасло.

— Черт... — один из монстров отрубил ведьмаку руку. Карма восторжествовала. Однако он восстановил конечность за долю секунды, хоть и заметно ослаб. Чтобы компенсировать потери, я протянул правую руку и передал ему энергию, эквивалентную силе двухсот демонов.

Ведьмак превратился в машину смерти.

Его глаза зажглись алым светом, движения стали молниеносными, а враги на мгновение замерли. Не от страха. От того, что их убивали быстрее, чем они успевали понять, что происходит.

Но это была лишь первая волна. За ней последовала другая, ещё одна, и ещё. Инсектоидов было так много, что прорвись они на Север, их численности хватило бы для уничтожения всего живого. Похоже, что-то подобное и планировал Левиафан — Отец Инсектоидов, раз их столько наплодил. Угу. Есть подозрение, что это его дети.

— Я нашёл... их предводителя... Та зеленая бестия... она их координирует, — он указал на один из проходов. — Сможешь справиться сам?

— Без понятия, — удивленно приподнял бровь, стоя на коленях перед почти погасшей воронкой.

Ведьмак принял моё сомнение за разрешение к действию.

Покрыв своё тело молниями, Геральт броском двинулся вперёд, начиная великую резню. Жатву. Его смертоносные выпады разили всех, кто вставал на пути. Так он добрался до глубины одного из тридцати проходов, где началось противостояние против генерала инсектоидов.

Если Левиафан контролировал всех, то его выкидыш — лишь немногих, зато с эффективностью. Победа над свиноматкой была равносильна тому, чтобы вытащить один из ядер процессора. Неприятно — для процессора.

Ладно, время заняться обороной самому.

Выпустив из тела два червеподобных чудовища, я заставил их изрыгнуть струи кислотного пламени. Затем втянул и вместо них вызвал несколько адских рыцарей, принявшихся работать наполовину хуже Геральта. Я их придерживал до нужного момента, стараясь до этого не путаться под ногами ведьмака. Но раз он отошёл — площадка для игр освободилась.

Сформировав из тела ещё огромную змею, что оплела меня, я поморщился... Рыцарей уничтожили быстро, а теперь и бедную змейку пытаются погрызть. По-хорошему, ведьмаку стоило бы прийти на помощь ещё минуту назад.

Кажется... Ведьмак справился со своей задачей. Вражеский напор ослаб, и я смог со спокойной душой вернуть змейку в себя. Победа на первом фронте сопровождалась победой и на втором.

— Не прошло и года, — обрадовался я успеху, когда от воронки не осталось ни следа. Приподняв руки и соединяя их в замок, произнёс: — Сломать.

Пространство было переломлено вместе с кругом для воронки. Врата в измерение закрыли с другой стороны, а также моё заклинание стерло сам круг призыва — никто в ближайшем будущем не сможет скопировать столь интересный и опасный метод поддержания своего божественного существования. Лилит — если бы она скопировала, ух, было бы кисло.

— Трихекса, — выставил против инсектоидов больше шести сотен демонов, которые стали отличным подспорьем в очистке храма от всего живого.

Им понадобился всего час, чтобы убить всех и вернуться ко мне.

— Нельзя было... арргх... армию сразу вызвать?

— Нельзя. Они что-то вроде хранителей моей жизни. Если бы я их выпустил, при поглощении воронки меня бы разорвало на части за пять-десять секунд. А так, я направил инфернальные силы на рост могущества каждого из поглощённых мной демонов. Только так и продержался до конца, пока не смог помочь тебе... Ха-ха, помогать мне, — ответил я. — И оставлять адский портал без присмотра, занимаясь зачисткой, тоже сомнительно.

— Что с тварью? Она больше не так сильна?

— Нет, мы лишь увеличили шансы на успех до семидесяти процентов. Левиафан лишился источника восстановления сил, но не накопленного запаса. Правда, я тоже лишился помощи некоторых сверхсил, — завуалированно указал на Элис, занятую отражением ментальных атак древнего чудовища. — Итоговые шансы: сорок на шестьдесят.

— И не в нашу пользу.

— Не в нашу, — поддержал я, подходя к пропасти и накладывая на нас заклинания полета. — Летим в пропасть держась за руки или, как настоящие мужчины, примем смерть по отдельности?

— Холера.

— Шутка, — легко сделал я шаг и завис в воздухе. — Заходи, я нас спущу с равной скоростью. Левиафан не сможет выцепить нас по одиночке и уничтожить.

— Ага...

Ведьмак недоверчиво сделал шаг. Убедившись в материальности «ничего», он сделал второй и встал рядом со мной. После этого мы начали спускаться на нижний ярус.

— Мне кажется, или мы падаем чертовски долго?

— Чары расширения пространства. Не переживай, через полчаса будем на месте, — ответил я, слегка зевая.

— Ребята, я не мастер поддержки. Но у меня хорошие новости, только наоборот: мы спускаемся в божественный план. Я не думал, что враг настолько силен, что смог его создать.

— И никаких следов этого мы не обнаружили в будущем. Интересно, — задумался я. — Похоже, Отец Инсектоидов держался за жизнь до конца, впитывая остатки энергии через соломинку.

— Пространство со своими законами. Мне это не по душе...

И мне тоже. Тут я с Мором был солидарен. Мы спустились не просто во тьму, а в подобие бескрайнего океана. Небо было не видно из-за грозовых туч, но штормом и не пахло.

Удивительная помесь грозного неба и безветренной океанской глади.

— Я помню, ты говорил, что мастер нырять за жемчугом?

— Только не говори...

— Мы в божественном плане, а цель под водой. Ну... Есть другой вариант, — вытянув руку, я начал вытягивать энергию из пространства. Послышался гул, но ничего больше. Похоже, божественная тварь слишком зависима от воды и не способна пробиться на поверхность своего же царства.

Через час я наблюдал, как пространство трескается, словно разбитое камнем стекло. Ещё через час всё погрузилось во тьму. Чтобы создать какой-то свет, я сотворил иллюзию солнца высоко над нами.

— Напомни попросить больше денег... — сглотнул Геральт, осматривая пятиэтажное чудовище.

— Если выживем, — пожал я плечами.