Ведьмак: Чернокнижник

— Помощь основывается на доверии. А между чародеями доверия быть не может, как не может его быть между двумя голодными каннибалами, вплотную приблизившимися к пониманию сакрального смысла числа «69», — философски заметил я.

Уверен, мои слова достойны преподавания в Оксенфуртском университете.

— Это ваше пассивно усидчивое поведение, конечно, достойно восхищения, — похвалил он меня, чем смутил.

— Кхм... — покашлял я в кулак. — Да, действительно, не могу стоять без дела, пока другие сражаются. Вот, даже шкуру чудовища добыл и обустроил себе удобное местечко.

Странные звуки разорвали туманную зону — скрежет чего-то белого и состоящего из тридцати двух элементов.

— До центра ещё идти и идти... Дашь совет, наставник? — зловеще выделив последнее слово, Вильгефорц вынудил меня открыть портал и швырнуть ему флягу.

— Попей водички, полегчает, — предложил я.

Вильгефорц ловко поймал флягу на лету, но долго держал её в руках, словно находился на грани безумия. Оно всегда рядом — лёгкое помешательство, вызванное работой с хаотичной энергией природы.

Он откупорил флягу, сделал глоток и откашлялся.

— Кур... Краснолюдский спирт?! — возмутился Вильгефорц, с трудом удерживая выражение лица, которое начало стремительно алеть.

— Вода, — невозмутимо ответил я, отрицая очевидное.

Пока он не поймёт, что это крепкая водка, а не краснолюдский спирт...

Нам не о чем говорить.

— Вода, которая горит в огне и сжигает полость рта? — процедил он сквозь зубы.

— Мы — чародеи. В нашей власти поджечь любую воду. А полость рта может сгореть и от жажды, — вслух обмозговал я, чем ещё сильнее его разозлил. Эх, из меня учитель так себе, но всё же лучше, чем Валирис. — К тому же, какая тебе разница? Или ты думал, что я не заметил, как ты пытался подавить регенерацию, словно высший вампир?

— Думал, — фыркнул Вильгефорц, разворачиваясь и быстрыми шагами направляясь к центру.

Его питомец, а с ним и я, последовали за телохранителем.

Плыть по течению — необычный опыт.

Ощущаю себя мелкой рыбёшкой в океане: вокруг каждый хочет тебя сожрать, а ты просто устремляешься вслед за потоками вод. И пока Вильгефорц страдает, отбиваясь от орд чудовищ, и стремительно наращивает боевой опыт, я предаюсь размышлениям о чём-то великом. Даже, можно сказать, о чём-то бордельном.

Но хорошего понемножку — мы прибыли к самому центру туманной зоны. Я спешился со своего верного чудовища и подошёл к ученику, чьё выражение лица было мрачнее тучи. Ему можно было посочувствовать — нас окружили настоящие хищники, около семидесяти тварей, что собрались полакомиться едой, которая сама пришла к ним в руки.

— Если у тебя есть план, озвучь его сейчас, — проговорил он таким тоном, будто был готов в любой момент сбежать в портал. Как же ему не хочется раскрывать свои козыри, прямо герой, скрывающий свою силу до последнего.

Настоящий образец стремления победить своего учителя любой ценой.

Жаль, что я человек другой породы и сорта. В предках этого тела числились шлюхи — самые расчётливые существа во вселенной, наверное, поэтому меня никогда не посещали мысли убить своих наставников. Расточительно обрывать удобные связи. Я всегда предпочитал извлекать выгоду из сохранения союзов, а не поддаваться мимолётному чувству мести, даже несмотря на то, что Валирис отбил мне почки в первый день знакомства.

Вильгефорц же — потомственный маг, а чародеи второго поколения не славятся терпением. Могущество породистых магов опьяняет быстрее краснолюдского спирта. Чтобы самоутвердиться, они готовы убивать даже своих наставников, пусть от этого и нет никакой выгоды. Такова природа вещей.

— Спишь? — обращаюсь к Мору.

Демон давно бодрствовал, но не вмешивался в разговоры. Видимо, его что-то тяготило.

— Отхожу от приятного сна... В нём у меня было тело, и множество красавиц обнимали его. А проснувшись, я осознал, что являюсь пленником левой руки какого-то мужика, — нашлась рыба покрупнее, решившая поиздеваться над акулой насмешек.

— Сможешь усилить магический импульс в сорок три раза?

— Нечётное число, — с грустью отозвался он, явно недовольный тем, что я усложнил ему задачу из-за «какого-то мужика».

Элис и Мор на пару быстро рассчитали все необходимые нюансы для создания магической волны, которая сотрясла окружающих нас тварей. Моя энергия, усиленная в десятки раз, легко пробила их природную защиту и осквернила их тела. Это привело их в бешенство. Каннибалы ринулись в атаку, злобные и беспощадные, но не успели преодолеть даже половину пути.

— Эпоха разорванных сердец, — хмыкнул я, мгновенно запуская процесс метаморфоз.

Сердца всех чудовищ, окутанных моей энергией, превратились в тёмные шипы, которые пробили их грудные клетки. Каннибалы не умерли. Отсутствие сердца не стало для них фатальным концом. Но двигаться они больше не могли. Полуметровые шипы надёжно зафиксировали их на месте.

Чтобы немного разнообразить ситуацию, я поднял всех их в воздух, расставив в кольцевые круги. Самый большой круг оказался снизу, выше и ближе ко мне — круги поменьше, и на самой вершине, прямо над головой — последняя особь, ставшая пикой башни из тел чудовищ. Их кровь, напитанная магией, стекала на землю, посвящая её кровавой благодатью — идеальный материал для темного ритуала.

Я указал на химеру пальцем и запустил в неё импульс, чтобы она выблевала живой груз. Сегодня бессмертие явно не светит моему пленному. И достойная смерть тоже. Он весь в слюнях и какой-то жёлтой жиже.

Трогать всё это руками я не собирался — побрезговал, поэтому телекинезом притянул плененного чародея к центру моей «Башни Разорванных Сердец». Ах, какая романтика. Прямо как доставать из портала склянку с мерзким, скользким червем, полным зубов-присосок. Смотреть на него отвратительно, не говоря уже о том, чтобы брать в руки и запускать прямо в мозг жертвы через левый глаз.

Теперь несчастный контролируется паразитом, а любой чародей сможет управлять этим паразитом. Целая иерархия выстраивается... Хотя каннибалов здесь так много, что их тоже нужно включить в эту цепочку.

Чтобы завершить план, я попросил своего ученика с каменным лицом внимательно наблюдать, как я достаю, открываю и читаю Гримуар Жадности. В будущем ему придётся использовать нечто подобное, могущественное и нарушающее фундаментальные законы. Иначе как объяснить, что воля мира не подавляет такие дерзкие фокусы? Связать разум всех каннибалов и поставить во главе паразита — опасная сила в руках злодеев. Хорошо, что я не такой. Мне не хочется строить королевство рабов. Хотя, судя по взгляду Вильгефорца, он уже прикидывает этот план с точки зрения «а почему бы и нет?»

Эх, а мне ещё предстоит вызвать туманников, трупоедов и других опасных тварей Двойным крестом Альзура. А уборку я скину на Вильгефорца, раз уж он так ловко скрывал свой талант. Всем известно: кто хорошо убирает, тот и каннибалов от инспекции отгоняет. Пусть и займётся этим, а я, когда разберусь с заселением чудовищ, плавно пристроюсь к экспедиции чародеев... Или чародеек? Надо будет позаботиться о дамах. И влиться не к ним, а в них.

За тремя зайцами погонишься... Ну, методом исключения, остаётся Трисс Меригольд?

Говорят, у рыжих нет души, и они слуги Сатаны — сто процентов похотливы.