Троны Империи

- Несомненно, - поспешил ответить Виктор, подумав при этом "Вот сейчас и увидим". - В нашей стране везде можно встретить хороших людей. В любые времена.

Серебровский появился минут через десять, вместе со Светой - она несла в руках папку, похожую на ту, с которой ходят студенты - и пригласил в кабинет.

- Должен вам сообщить, что в рамках открываемого розыскного дела, - с дежурной улыбкой произнес он, сев в кресло, - отрабатывается версия, не был ли гражданин, назвавший себя Ереминым Виктором Сергеевичем, отравлен преступниками или подвергнут иным методам воздействия, приведшим к амнезии. Для этого мы хотели бы просить принять данного гражданина на работу на ваше предприятие, и для этого паспортный стол сейчас подготовит временное удостоверение на два месяца, служащее основанием для принятия и прописки до выдачи нового паспорта. Как вы понимаете, все это только в рамках оперативно-розыскных мероприятий. Если гражданин не сможет выполнять работу, требуемую вашему предприятию, не будут соответствовать квалификационным требованием, мы удостоверение аннулируем, потому что Виктор Сергеевич не смог справиться. Если сможет, то через два месяца будем решать. Валентина Николаевна, как вы на это смотрите?

- Положительно. И в интересах следствия, и нам товарищ поможет, и все официально.

- Но надо будет подписать документ о неразглашении оперативной информации.

- Нет проблем. Я уже столько таких бумаг за свою жизнь подписывала...

- А вы, Виктор Сергеевич?

- Конечно. Я тоже... то-есть, у меня такие впечатления, что раньше подписывал.

- Вы мне об этом не говорили.

- Вопроса не было. Ну и к тому же это просто субъективные ощущения.

Помимо неразглашения, Виктору пришлось еще дать подписку о невыезде. Но это его пока более чем устраивало.

...Зеленая машина развернулась в общем потоке у оцепления и неторопливо покатила мимо машиностроительного техникума в сторону Куйбышева.

- Почему вы так похожи на моего бывшего мужа? - снова спросила Вэлла.

- Вы разошлись? - осторожно спросил Виктор. Лучшего он не смог придумать.

- Он умер в прошлом году.

"Осторожно. Она называет умершего "бывшим". Не сдвиг ли у нее какой..."

- Ужасно! Искренне соболезную. Так безвременно...

- Ему было почти семьдесят. На тридцать лет старше меня. Мы познакомились двадцать лет назад, тогда я была студенткой. Он появился в институте ниоткуда, без документов, ему выдали новые, так и не нашли, откуда он родом. Он потерял память, точно как вы. Но он был такой умный! Я сразу в него влюбилась. Он помог мне сделать кандидатскую, и мы купили "Москвич", еще старый. Потом я продала "Москвич", и купила вот это, хотя очень привыкла к "Москвичу". Вы похожи на него.

- На "Москвич"?

- На мужа! Когда я его встретила.

Машина свернула на III Интернационала. Напротив Почты высилась семиэтажная "китайская стена", не похожая на те, которые он привык видеть в семидесятые - монотонные, утомляющие своим холодным однообразием фасадов. Казалось, что между граненой довоенной четырехэтажкой и универмагом кто-то попытался собрать робота из гигантских деталек "Лего". Посередине фасада из серо-коричневой мозаики панелей выступало что-то вроде головы, увенчанной двумя квадратными, выпирающими над крышей глазами. Два нижних этажа превратились в широкую стеклянную ленту с огромными неоновыми буквами модного шрифта "Диско", из которых складывалась надпись "ДОМ БЫТА".

- Экспериментальный дом, - произнесла Вэлла, заметив его удивление. - Экспериментальные дома - это так прогрессивно!

"Лишь бы она следила за дорогой", - подумал Виктор и посмотрел налево. К голому торцу Почты была приделана пристройка в том же стиле конструктивизм, и на ней, завершая тянувшуюся из-за угла череду известных с детства надписей "Почта-Радио-Телеграф-Телефон" гордо красовалось непонятное "Текстел". Угловую башню почтамта, словно корона, венчала забытая надпись "Слава КПСС!", а на крыше серого длинного дома с хозтоварами милиционер из неоновых трубок еще призывал соблюдать правила уличного движения. Это немного успокоило Виктора - сюрпризов политической системы не ожидалось, а к домам с мордой робота можно привыкнуть.

- Только не ждите, что у нас будет, как в старом КБО, - продолжала Вэлла. - Вы видели, как работают в сервисе в капстране?

- Видел, - машинально выпалил Виктор. - То-есть... э-э... мне кажется, что видел. Все для клиента.

- Вы были за границей?

- Нет.

- Значит, вы видели новый сервис в другом городе. Сейчас везде экономические эксперименты, это так прогрессивно...

У Рынка они повернули налево и, проехав хлебозавод, остановились у двухэтажного дома, который Виктор помнил чуть не с рождения. Назывался он тогда "артель "Победа"", и в него были впихнуты разные бытовые службы. Здесь же это простенькое здание было трудно узнать: деревянный магазинчик стройматериалов между "Победой" и хлебозаводом исчез, и на его месте высилась пристройка, превратившая бывшую артель в часть буквы "С". На крыше красовались огромные буквы "Гарант".

Зеленый автомобильчик припарковался на стоянке у главного входа, возле тачки, напоминавшей оранжевого крокодила - этакая помесь "Рено Логан" и пятьсот четвертого "Пежо". Похоже, что создателей влекли идеи Пининфарины. "Директорская, видать" - подумал Виктор.

На первом этаже был большой магазин электроники, и Элтон Джон с магнитофонной бобины умолял Кики Ди не разбивать его сердце. Виктор не успел осмотреться; Вэлла указала на дверь с надписью "Служебный вход". За дверью оказался длинный коридор, где подоконники на окнах были заставлены геранями и традесканциями; прямо навстречу им вылетела курносая девушка в вельветовой юбке и жилете и с папками в руках.

- Валентина Николаевна, с вами все в порядке? - защебетала она. - Мы всем коллективом так переволновались...

- Со мной все в порядке, - холодноватым тоном ответила Вэлла, - а вот у кого-то не очень. Я звонила на заочное.

- Валентина Николаевна, я обязательно до осени пересдам! Я договорилась.

- Кристина, - вздохнув, продолжила Вэлла, - в твои годы я пропускала лекции, бегала в кино и на танцы и до утра гуляла с парнями. Но сейчас другое время! Мужчин становится мало! Ты должна думать о себе, как о будущем руководителе. Только так в наши дни можно быть независимой личностью и решить вопросы личной жизни. А крепкий быт - это основа плодотворной работы всего нашего коллектива.

- Я поняла, Валентина Николаевна, - нарочито кротко ответила Кристина. - я буду стараться. Бумаги на подпись я оставила Снежане Станиславовне... А тот человек, что под машину попал, он жив?

- Вот этот человек, - Вэлла кивнула в сторону Виктора. - Я чуть позже зайду в кабинет.

И она толкнула ручку ближайшей двери.

6. Братья по разуму.