Страница 38 из 124
- Дозиметр должен быть максимально привычен человеку. Щелчки - это как в фильмах про ядерщиков, это понятно. Можно держать в кармане, и, когда резко участились щелчки, значит, радиоактивное пятно. Тогда можно достать дозиметр и померить. Средняя кнопка - запускается счет, пока идет счет, мигают точки разряда. Индикация окончания счета - точки гаснут. Все просто и понятно.
- А почему дозиметр? Он же не поглощенную дозу измеряет.
- Экспозиционную дозу. Третья кнопка - при нажатии время счета увеличивается в десять раз и перед последним регистром появляется десятичная точка. Можно проверять продукты и воду на загрязнения.
- Этого тоже не было в условиях...
- Но ведь может понадобиться! А вдруг продукты с загрязненной территории!
- Хм, разумно...
Грифель карандаша хрустнул. С трех сторон Виктору протянули заточенные.
- Вот примерная компоновка, - продолжил он. - Здесь счетчик с экраном и крышкой на защелке, здесь отсек на шесть элементов...
- Вы точно раньше не вели тему по таким дозиметрическим приборам? - Ровицкий уже дышал Виктору через плечо. - Я в смысле, может, где-то уже над этим работают?
- Стопудово нет. Иначе вам же было бы известно. Все было в голове.
Он протянул листок Ровицкому. Тот вынул из внутреннего кармана конверт и положил перед Виктором.
- Что это? - спросил Виктор.
- Это вам.
Ровицкий вынул из конверта пять радужных купюр с сине-зелеными барельефами Ленина и Сталина.
После разговора с работником прокуратуры это выглядело как-то двусмысленно.
Виктор посмотрел на Вэллу.
- А это как? Можно?
- Берите! - воскликнула Вэлла. - Это совершенно законно.
- Это дал замдиректора, выписано на поощрение работ радиолюбителей, которые могут быть использованы на производстве, - пояснил Ровицкий. - Вы ведь радиолюбитель?
- Ну... в общем, да.
- Слушайте, а может, вам лучше канистру спирта? Универсальная валюта.
- Нет-нет, спирт не нужно, - пробормотал Виктор и осторожно взял купюры. Нутром он почувствовал, что отказ вызвал бы удивление.
- Насчет спирта мы переговорим позже, - сказала Вэлла. - А с Виктором Сергеевичем мы познакомились во время ДТП, поэтому он немного не привык.
- А-а, понятно, - улыбнулся Ровицкий. - А премиальные по разработке мы перечислим позднее. Тут целый ряд на авторские тянет...
...В ГЗА Виктора никто не спрашивал по поводу вызова. Похоже, здесь это не было принято. Как и интересоваться зарплатами, в отличие от типичного советского предприятия семидесятых.
Народ сгрудился возле стола с только что сданной клиентом в ремонт импортной фотокамерой "Кова Сикс", похожей на здоровый кубик с блестящим, в руку толщиной, объективом.
- И как они умудрились японскую добить? Они же вечные. Как и наши.
- Ручка перемотки проворачивается. Видно, шестерне хана.
- Эта шестерня у них слабая.
- Зачем с загранки это тащат? - удивлялся Коля Казохин, молодой парень в очках и свитере, что делало его похожим на ботана. - Это же профессиональная широкопленочная, "Хассельблат" для бедных. Но есть же советская "Салют", это тот же Хассель один к одному.
- Потому что даже с пошлиной на тысячу рублей дешевле. Тут центральный затвор, а на "Салюте" шторки из нержавейки. И вес на полкило меньше.
- Ну уж и на полкило... Так вот граммов на триста.
- Ну-ка дайте мне посмотреть, - Костромин уже протискивался к экзотике.
Поняв, что до него пока нет дела, Виктор подошел к стеллажу и, взяв телефонный справочник, поискал номер районной прокуратуры.
На первом этаже возле вахты висел прямой городской, без двугривенных.
- Дежурная слушает! - раздался в трубке немолодой женский голос.
- Скажите пожалуйста, как связаться с Дианой Будрикайте? Мне по служебному вопросу сообщить.
- Будрикай... простите, как?
- Будрикайте Диана. У вас в прокуратуре работает.
- Вы ничего не перепутали? - ответила дежурная после небольшой паузы.
"Вот тебе и раз!" - мелькнуло в голове у Виктора. "А я ей про Сиплого рассказал!"
25. 'Пусть чего-то не будет'.
- Погодите, не вешайте трубку! - голос дежурной оборвал слова Виктора "Извините, я уточню". - Это новая такая! Карандашом записана!
"Когда в этом Союзе научатся нормально говорить по телефону? Какая хрен разница, чем она записана?"
- Простите, а как с ней связаться?
- Она на коммутаторе, сейчас соединю!
В трубке защелкало, запикало, и в конце концов на том конце прорезался знакомый голос с легким акцентом - "Слушаю вас!"
- Это Еремин Виктор Сергеевич. Вчера, когда я шел по Коммунальной, ко мне попыталась клеиться несовершеннолетняя старшего школьного возраста, косила под проститутку-алкоголичку, которая ищет пьяного дядю, но вид приличный. Подозрение, что это хипесница.
- Вы были в состоянии опьянения?
- В том-то и дело, что нет, обычная кружка пива. В том самом буфете... Нет, явного выхода на контакт не заметил. А на пути к школе номер тринадцать появилась эта странная девица.
- Мы свяжемся с детской комнатой. Назовите время и опишите приметы... Да, постарайтесь, пожалуйста, ходить по городу вместе с какими-нибудь знакомыми.
"Подозревают, значит, что множественная личность, и мог совершить второе преступление. Самое главное, что никаким прогрессорством тут не отмажешься."
- Но у меня здесь никаких знакомых.
- Ну, постарайтесь быть на людях, чтобы вас могли запомнить. По магазинам ходите...
Временного отсутствия Виктора никто не заметил. Он чуть ли не сам вызвался заэскизировать шестеренку к злосчастной "Кове", размышляя, куда бы потратить неожиданные полтыщи.
Прежде всего были нужны ножницы и недорогой галстук. В этот раз он попал без карманного трансформера, и пора было стричь ногти. Хорошо было в шестьдесят восьмом косыгинском, там ножницы среди столовых приборов на микрокухне. Галстук здесь негласный дресс-код. Никто не требует, но в фирме все носят.
С приемником лучше не связываться. Есть телек и куча программ, зачем человеку приемник? Для музыки возьмут вертушку или кассетник, это дорого.
Фотоаппарат. Хотелось бы пофоткать местное разнообразие машин, и альтернативную архитектуру. Но вывезти в наше время фотоснимки пока не удавалось.
Кроме того, деньги неожиданно могут понадобиться.
К концу работы дождь прекратился, и серое, унылое небо глядело из бесчисленных луж. Сырой, промозглый ветер доносил со стороны железнодорожных казарм знакомый запах угля - похоже, народ топил печки.
...В одежной секции Виктору подобрали темно-синий капроновый галстук, строгий, изысканный и всего за тридцатку - в моду входили гротескно-широкие, но его уговорили, сказав, что люди, не относящиеся к молодежи, более консервативны. Тут же ему предложили светлое капроновое кашне прошлого сезона; он вежливо отказался, вспомнив, что Миклован такого не носил.
В галантерее миловидная продавщица с пышными волосами, длинными ресницами и грудным голосом с армянским акцентом предложила Виктору к ножницам походный набор для шитья. Не в нагрузку, а "Вам ведь нужен, я угадала?" Стараясь быть безразличным к жгучему взгляду черных глаз, Виктор все же согласился. Перекидывая костяшки счет, женщина спросила, здесь ли он брал станок с безопасной бритвой и пачку нержавеющих лезвий.