Троны Империи

Неприязни со стороны других новых коллег Виктор тоже не заметил. Наоборот, ему подсказали на обед ходить в кафе, прозванное в народе "У водокачки" - частное заведение на Союзной, сразу за рынком. Официально заведение называлось "Колхозная столовая" и представляло собой павильончик на территории какой-то базы. Внутри на стенах висели деревянные грабли, цепы и разная крестьянская утварь, на массивных деревянных столах - белые скатерти из простого холста. Блюда были дешевы и вполне приличны - щи из свежей капусты, разные каши, на выбор почки и вареная курица с вареной картошкой, чай и пирожки с разной начинкой. Можно было наесться до отвала и уложиться в шесть рублей, то-бишь в брежневские шестьдесят копеек. Народу тоже не так уж было много - в очередь на раздаче пришлось стоять минут пятнадцать.

По залу плавали запахи кухни, и из динамиков потрепанного бобинника выводили свое "Ла-лай-ла-ла-лала" еще малоизвестные "Верасы". Было что-то до странности притягивающее в этой скромной обстановке, которая ничем не напоминала Виктору о его студенческой юности - кроме произведений композитора Олега Иванова, которого, впрочем, Виктор больше помнил по комсомольской песне "Товарищ".

Здесь чувствуется мир, подумал Виктор. Здесь кажется, что будет мир и сегодня и завтра, и через двадцать лет. Точно так же будут летать самолеты в Симферополь через Донецк, люди будут возить с Рижского взморья янтарь и глиняные бутылочки с бальзамом, есть шашлыки в Сухуми, запивая их грузинским вином, и радоваться, как же им повезло родиться в такой огромной и абсолютно мирной стране. "Живи сам и давай жить другим". И даже домашние компьютеры, которые в конце девяностых здесь будет обязан иметь каждый приличный человек, в этом спокойном и комфортном мире ничего не изменят. Хочешь - поезжай строить новые города, хочешь - изобретай трехмерные принтеры, или просто ищи новый фасон мужской летней куртки, потому что завтра будет лучше, чем вчера.

- Не занято?

За столик Виктора присел мужик в старом двубортном костюме с орденскими планками.

Пеньковский.

- Конечно, свободно, - улыбнулся Виктор. - Хорошая столовка. Готовят хорошо, рядом.

- Как бы не прикрыли, - недовольно буркнул Пеньковский.

- Новая линия начальства?

- Все та же. Сеть "Культура" от АПО развивается. На Фокинке уже одно такое заведение прикрылось. Клиентов переманили. Столовка осталась, но теперь уже под АПО. А частных таксистов тоже сначала разрешили, теперь под диспетчерский центр "Ветерок" подгребают. Радиосвязь-то у государства. С одной стороны, машина частная, с другой - вроде пролетариата. И прокат машин такси создали, которые "колуны". Видели?

- Видел. Эволюционный период. Простите, не вы нам в "Гарант" приемничек импортный сдавали? Недавно вас видел.

- У меня нет импортных приемников. Вы меня видели недавно на остановке у рынка.

- Точно! Вот память... А у нас клиентов много, вот и подумалось.

Виктор ждал, что Пеньковский разовьет тему и начнет прощупывать собеседника. Но тот умолк и продолжал неторопливо поглощать щи - вкусные и питательные согласно рекламе у кассы. Не прощаясь, Виктор оставил поднос с грязной посудой у мойки и покинул заведение.

Если Пеньковский работает на хлебозаводе, думал Виктор, то обе встречи с ним могли быть совершенно случайны. А случайно ли то, что он попал в Брянск? В Инете пишут, что он погорел на фарце в Турции в пятьдесят шестом, а потом ему оказал протекцию Серов... Когда его завербовали? В шестьдесят первом. То-есть, если первый хроноагент знал о Пеньковском, того отстранили до вербовки. И что получается? Если для человека странно видеть в Брянске Пеньковского - значит он возможный попаданец? А вот знает ли о попаданце местное УКГБ? И есть ли данные, что второй попаданец должен появиться в Брянске? Неизвестно. И вообще, что натворил здесь первый попаданец? Оказался другом или врагом? Как здесь отнесутся к новым попаданцам?

Пока что Пеньковский ненароком слил информацию о политике хроноаборигенов, продолжал рассуждать Виктор. Похоже, здесь проанализировали ошибки перестройки и не стали развивать кооператоров любой ценой, прикрывшись ленинским лозунгом. Ленин ведь когда писал? Когда была куча мелкого частника, и их надо было как-то объединять. Исторически сложилась куча мелкого частника. А в Союзе было наоборот - частника мало. Поэтому здесь, с одной стороны, развивают малый бизнес, но не дают ему превратиться в политическую силу, причем чисто капиталистическими методами. Как только мелкий собственник находит удачную бизнес-модель, в игру тут же вступают крупные государственные акулы и подминают рынок под себя, заставляя единоличника все время искать новые ниши для дела, открывать стартапы. За акулами присматривает КГБ, выуживая все, что может быть полезно для экономической и военной безопасности государства. Вэлла как раз из таких растущих акул. Вот кто кого подомнет в этом странном симбиозе - силовики бизнесменов или бизнесмены силовиков - большой вопрос. Спорили о царе, значит? Монархия может стать формой абсолютной власти этого симбиоза, устранив сдержки и противовесы со стороны КПСС. И создать ситуацию, когда избавиться от дурака на вершине власти можно лишь четырьмя способами - индивидуальный террор, дворцовый переворот, революция или поражение в войне. Если в России и раньше мог быть царь-дурак, что мешает в случае монархии ему появиться и в будущем?

Во второй половине дня Виктор узнал, что загадочные "электрички" в фирме - пара аккумуляторных фургонов грузоподъемностью на полтонны, которые Вэлла выпросила где-то на выставке для испытаний, очаровав представителя завода фразой "Электромобили - это так прогрессивно!". Предшественник "Теслы" энтузиазма у коллектива не вызвал, потому что один из продвинутых каров должен был стоять и заряжаться, пока другой ездит по заказчикам. Но никто не был против, потому что чудо техники досталось не по хозрасчету, а на халяву, заменив поставленные в гараж грузовые мотороллеры, кустарно оборудованные подобием кабин, а по выработке ресурса тачки должны были просто вернуть на завод. Взамен "Гарант" слал конструкторам подробные отчеты об эксплуатации и режимах вождения.

Реклама эксперимента сделала свое дело: Вэлла договорилась где-то в верхах к концу года купить в ГДР только что поставленный на производство "Мультикар" с дизельным движком и убедила директоров двух брянских "ящиков" спроектировать на этой базе нормальный развозной фургончик с низким полом - оба руководителя как раз искали способ попасть в министерские программы производства техники для сферы услуг и получить под это дело капвложения. Легкий дизель и шарниры переднего привода собирались закупать у восточных немцев. Кузов хотели изготовить из ABC-пластика, о достоинствах которого рассказывал в советских журналах бывший летчик "Нормандии-Неман", Герой Советского Союза, виконт Ролан Польз д'Ивуа де ла Пуап, который также был известен, как изобретатель пакетиков с шампунем, создатель одноместного автомобиля и исследователь дельфинов, а, значит, просто не мог не считаться авторитетным прогрессором. Но фонды на новинку, который расхватывали все отрасли, согласовать не удалось, и конструкторы с автозавода решили делать, как на немецком "Трабанте" - формовать панели из отходов текстильной промышленности с Камвольного и синтетической смолы, которую широко использовали местные мебельщики. Это производство решила у себя разместить Клинцовская исправительная колония: там, кроме кирпича, делали мебель, и для древоплит шла та самая искомая смола.