Троны Империи

- Да это мне многие говорят, - улыбнулся Виктор. - Как говорят в комедии, "У каждого свой недостаток".

- Это не недостаток! Вы... вы смогли бы рассказать, какое там, в будущем общество? Ну, как вы его себе представляете?

- Как представляю? Как информационное общество. У каждого в кармане телефон. Каждый может выйти в интернет... ну, телетекст, в общем, все понятно, читать там книги, готовиться к сессии, фильмы смотреть. Каждый день люди даже на разных концах земли могут переписываться. Будут общаться с коллегами, управлять предприятиями в разных странах по всей планете.

- В разных странах? А разве такие возможности связи не приведут к тому, что границ не будет? Что будет одно общество, где все будут дружить?

- Хорошо бы... Но не выйдет, наверное.

- Тогда зачем людям связь со всем миром, если они не дружат? Да, и что, коммунизма не будет? В этом вашем представляемом будущем?

- Хороший вопрос. Наверное, надо сперва понять, что такое коммунизм не в общем, как в теории, а просто для каждого человека.

Света загадочно улыбнулась.

- А я как-то видела сон про коммунизм...

- Как у Ефремова?

- Нет. Там даже очень все просто. Будто я иду по какой-то незнакомой улице в Брянске - не новой, дома не высокие и частный сектор, и возле железнодорожных путей, но не на Брянске-первом. Все в зелени, в цветах, и такой восхитительный теплый вечер, ясное закатное небо и ласковые солнечные лучи. Улица тихая, машин нет, и по ней идут люди, какие-то особенно счастливые, улыбаются, говорят друг с другом о чем-то, но непонятно, о чем. И тут какой-то внутренний голос подсказывает мне, что это наступил коммунизм. Знаете, вот в душе такое чувство радости было... Что никогда больше не будет войны, что дальше все будет только лучше в жизни, что спокойно можно создать семью, заводить детей, что не будет при этом каких-то трудностей, проблем, можно не ждать никаких неприятностей. Просто чувство счастья, человеческого счастья.

- А как этого достигли, во сне не было?

- Нет. Ефремов думал, что все дело в воспитании. Нам на научном коммунизме объясняли, что он ошибался, дело в другом.

- Ну да... - Виктор понятия не имел, что же могли здесь объяснять на научном коммунизме, а, пожалуй, даже и на научном атеизме - ну, разумеется, кроме главного тезиса, что бога нет; но что-то надо было сказать. - Научно все гораздо сложнее.

- Наоборот, проще! То-есть, если во всей совокупности, то сложнее, а если базисно - то проще. Действительно, не помните?

Виктор помотал головой.

- Нам объясняли на примере работы "Великий почин", - продолжила Света. - Короче, там была экстремальная ситуация, ну, когда было очевидно, что бесплатный ремонт паровозов даст возможность привезти в город хлеб. Было невыгодно сачковать, присваивать труд других. Поэтому полный коммунизм наступит, когда в обществе, во-первых, каждый будет чувствовать связь между своим вкладом в общий результат и возможностью расширить свои потребности - в этом как раз помогут компьютерные сети - и, во вторых, когда будет невозможно, невыгодно расширить свои потребности за счет других, возможность присваивать себе чужой труд.

- Ты говоришь прямо, как на лекции.

- Я сдавала Ковзану на "отлично". Он вообще интересный дядечка, хорошо читает, от себя, а не формально по учебнику. И на семинарах нестандартные вопросы задает, заставляет думать. В общем, новый препод эволюционного периода.

"Ну вот, еще одно доказательство, что шелепинцы не дали засушить теорию коммунизма... Правда, Ковзан и у нас добивался, чтобы студенты не просто заучивали, а творчески понимали. Но такое было редкостью... Неужели они нашли разгадку?"

- Интересно, и каким же способом будет невыгодно присваивать себе чужой труд? - Виктор попытался придать вопросу непринужденность, но где-то в глубине уже проснулось чувство волнения, словно бы он случайно набрел на ютубе на фильм, который давно отчаялся отыскать.

- Ну, нам объясняли так: для начала надо добиться победы над неоколониализмом, установить такой мировой порядок, при котором народ США и его сателлитов, не мог присваивать себе богатства других стран. Добиться справедливого мирового устройства. Иначе в соцстранах народ тоже захочет улучшить жизнь за счет эксплуатации других, и потребует возврата к капитализму. Ну, при этом, конечно, надо избежать мировой ядерной войны...

"А ведь они правы. Вся эта смена власти в странах соцлагеря, а затем и в СССР, шла под одним лозунгом - присоединиться к команде грабежа. Войти если не напрямую в ЕС и НАТО, то - "в семью цивилизованных народов". Результат политики днепропетровцев - разрядка и сотрудничество с Западом ценой отказа от борьбы за мировую справеливость. Коммунизм проиграл базарным наперсточникам. Забыли закон - вор фраера обманет."

- А, да, вспомнил! При этом капитализм будет доказывать, что высокий уровень жизни в развитых странах достигнут исключительно благодаря рыночной экономике, свободе частной собственности и демократии.

- Ну, вот видите! - воскликнула Света. - Вы продолжаете вспоминать. Надо просто больше общаться с людьми, налаживать жизнь. Куда-нибудь ходить.

- Ну, это ты помогла мне вспомнить.

- Значит, буду помогать. О вас говорят, что вы очень нужны фирме. Только больше никуда не уезжайте. В "Гаранте" у вас большие перспективы, и прекрасный коллектив, без завистников. И Валентина Николаевна вас ценит.

"А не затеян ли весь этот разговор для того, чтобы еще раз убедить меня держаться фирмы? Значит, кто-то, кого я пока не знаю, может предложить другой вариант? После того, как меня взяли в Спецкомитет? Или все же Свете интересно, будет ли у нас построен коммунизм? В семидесятых мало кого это интересовало, но все же... А может, это интересует вовсе на Свету?"

- Думаю, все станет ясно лет через десять, - задумчиво произнес Виктор, смешивая в серой нержавеющей параболе вазочки пломбир с сиропом.

- Все - это...?

- Кто кого победит. Либо наш строй выстоит и в западной системе после расцвета пойдут рещины, либо...

- Либо?

- Либо мы откатимся назад, и разрушение нашей системы даст западной силы для дальнейшего роста на десятилетия вперед. Будет разрушено общее государство, перессорены народы, на шестой части суши начнутся войны. Будет другая мораль - "Если ты такой умный, почему такой бедный?" В общем, будет все то, что наша пропаганда писала о капитализме.

- Но это же невозможно!

- В революционном движении бывают подъемы и спады...

- Я тоже знаю эту цитату Ленина... Но я не понимаю, не могут понять, как можно отказаться от нормальной жизни? Когда знаешь, что чего бы ни случилось, несчастье какое - везде люди и они помогут? Как жить в гадюшнике, где все друг друга ненавидят?

- Ну, живут же... Наверное, не всегда там гадюшник.

- Вы смотрели "Новые центурионы"?

- Да. По роману Джозефа Уэмбо, который сам был полицейским.

- А вы говорите, не гадюшник. Они сами про себя написали и сняли. У папы есть знакомый в милиции, он после этого кино удивлялся - как можно было так работать? И, главное, зачем?

- У нас, к сожалению, тоже есть преступность... Пока есть.

- Но ведь у нас государство защищает людей! А там полиция бесполезна и беспомощна. У них есть будущее, у этого самого Керубинского, который все знает?