Страница 97 из 127
Знатные люди королевства не могли без скрытых мотивов аплодировать успехам повелителя, которому они были обязаны своим могуществом. Они видели, как рушились, казалось бы, незыблемые государства, видели, как сбывались мечты, в которые они никогда не осмелились бы поверить, и вдруг они, внесшие свой вклад в успех этих огромных предприятий, почувствовали дрожь тревоги. Если такая великая фигура, как герцог Бургундский, была сломлена, кто мог быть уверен в будущем? Чего они могли ожидать от своего государя, когда он устранил единственного человека, стоявшего на пути его воли? В этот момент триумфа Людовик оказался так же одинок, как и во время многочисленных неудач.
На следующий день король получил известие, что его могущественный враг погиб в бою. Через два дня после битвы тело Карла Бургундского было обнаружено итальянским пажом. Герцог, ярый последователь Марса, обладавший всеми качествами великого полководца, кроме познаний в стратегии, и всем арсеналом завоевателя, кроме побед, лежал обнаженный, лицом вниз, посреди замерзшего пруда. От макушки до подбородка его голова была рассечена швейцарской алебардой, а пики горцев пронзили его тело насквозь. То, что осталось от его лица, было неузнаваемо, но слуги смогли с уверенностью опознать его по длинным ногтям, отсутствию зубов и многочисленным шрамам[118].
В январе Людовик отправился в Нотр-Дам-де-Беюар, чтобы воздать Богоматери благодарность. Незримые нити, сплетенные "всемирным пауком", оказались мощными канатами. Он не только не потерял ни одного человека, но и в его королевстве не было ни одной сожженной деревни. Ни одна держава на Западе не могла теперь соперничать с этим королевством, чей государь был самым успешным из монархов. В возрасте 53-х лет Людовик имел за плечами восемь лет правления. Он не мог знать, что его выдающаяся политическая победа, последствия которой трудно оценить станет триумфом, подобного которому западный мир, возможно, никогда не знал. Но еще предстояло узнать, как король воспользуется преимуществами холодной войны, которую он так умело вел.