Людовик XI

Часть первая. Незнакомец

Человек, который однажды станет Людовиком XI, христианнейшим королем Франции, родился 3 июля 1423 года, около трех часов дня, в епископском дворце в Бурже, недалеко от великого собора Сент-Этьен. Он появился на свет в неподходящий для королевского наследника момент: состояние дел его отца, его Дома и его страны вряд ли могло быть хуже. Его дед, Карл VI, (если это действительно был его дед) был душевнобольным, и стал игрушкой в руках соперничающих партий в борьбе за власть, а затем был вынужден отдать свою дочь и свое королевство иностранному завоевателю Генриху V Английскому. Хотя некоторые признавали отца Людовика королем Франции, его многочисленные враги насмешливо называли Карла VII "Буржским королем" и даже его мать королева Изабелла Баварская объявила его бастардом. Карл не был коронован в Реймсе, и, не будучи господином тех немногих принцев, над которыми он все еще правил, он не был хозяином даже самого себя. Он был всего лишь марионеткой, которой манипулировала клика разбойников, маскировавшихся под королевских советников.

Через два часа после рождения Людовика Карл, которому тогда был 21 год, послушно начал диктовать сообщение для тех немногих городов, баронов и иностранных держав, которые могли быть заинтересованы. В спальне его жены, Марии Анжуйской, младенец, которому вскоре предстояло стать одним из самых непокорных детей в истории, лежал среди роскошных гобеленов, развешанных здесь в честь родов королевы. Но эти гобелены были взяты в займы, а великолепные гобелены дома Валуа, составлявшие одну из величайших коллекций в Европе, попали, помимо прочего, в руки англичан. На этих же был вышит герб Карла, герцога Орлеанского — имя, напоминающее о печальных и не столь отдаленных событиях. Захваченный восемью годами ранее в битве при Азенкуре, герцог-поэт все еще находился в плену в Англии.

На следующий день после рождения Людовик был доставлен в собор Святого Стефана для крещения. Один из крестных родителей носил титул канцлера Франции; другой, Жан, герцог Алансонский, был 14-летним мальчиком, которому предстояло стать одним из соратников Жанны д'Арк, а затем погрузиться в самообман и совершить бесчисленные предательства. Службу проводил Гийом де Шампо, епископ-пэр Лаонский, болтливый плут, известный тем, что вел "позорную и бесчестную жизнь". Ребенок находился на руках у Екатерины де л'Иль-Бушар, графини де Тоннерр, женщины, столь же замечательной своей жадностью, как и красотой. Его окрестили Людовик — "в память о Святом Людовике", как говорят.

Через несколько дней Париж озарили костры, люди танцевали на улицах, по которым маршировали процессии. Но не в честь рождения королевского наследника горели огни и развевались штандарты: это было празднование ослепительной победы, которую англичане только что одержали при Краване над остатками армии Карла. Вскоре после этого англо-бургундские войска стали угрожать самому Буржу. К тому времени, когда Людовику шел третий год, соперничающие партии, раздиравшие двор его отца, и победы противника представляли такую угрозу для его собственного существования, что ребенка пришлось забрать у родителей и укрыть за мрачными стенами замка Лош.

Крепость в Турени, где Людовик жил до 10-летнего возраста, стоит посреди холмистой, богатой лесами сельской местности, полной всевозможной дичью. Но сам замок был далеко не так приятен. Окруженный высоким обводом стен с мощными башнями, построенный на скалистом склоне холма с нагромождением деревенских хижин у подножия, замок представляет собой огромное, темное, сырое каменное сооружение, непроницаемое, как скала. Это здание, чьи немногочисленные окна позволяли увидеть лишь узкий клочок неба, было предназначено для жизни в нем гарнизона готового для ведения боевых действий. Эта твердыня, построенная в XI веке Фульком III Нерра, свирепым графом Анжуйским, поглотила молодого Людовик де Валуа. Когда он стал королем Франции, он использовал замок для размещения в нем заключенных. И, возможно, именно таким он видел себя в детстве: пленником несчастий Франции и слабости своего отца.

Ничего не известно о его ранних годах, проведенных за белыми стенами Лоша, в доме, где не хватало денег. В 1429 году, в первые хорошие дни дома Валуа за почти сто лет, маленький Людовик неожиданно оказался в присутствии Жанны д'Арк. Она прибыла в Лош, на пике славы от великой победы, которую она только что одержала над англичанами под Орлеаном. Благодаря письму, написанному одним из молодых рыцарей, собравшихся в Лоше, чтобы пополнить армию Жанны, у нас есть краткий портрет Людовика в детстве. После того, как он отдал дань уважения Орлеанской Деве — она предложила ему бокал вина и с улыбкой сказала: "Мы еще выпьем, в Париже!". Андре де Лаваль пишет, что "отправился в замок, чтобы навестить Монсеньёра Дофина. Это очень красивый и грациозный господин, очень хорошо сложенный, ловкий и приятный, в возрасте около семи лет".

На самом деле ему не было еще и 6-и лет, когда он встретился с девушкой в ​​доспехах, через которую говорил Святой Дух. Когда Людовик достиг зрелого возраста, он никогда не упоминал о ней ни в своих ордонансах, ни в письмах, ни в разговорах, о которых нам сообщили иностранные посланники; однако крайне маловероятно, чтобы мистическое пламя, которое тогда озарило Францию и поразило всю Европу, могло оставить равнодушным ребенка с особенно впечатлительным умом. Возможно, влияние, оказанное на него Девой, следует измерять непоколебимой верой в предназначение своего Дома, которую он сохранил, и горячим поклонением, которое он посвятил Деве, и особенно Деве Клери, которой, как он заявил в одном из своих ордонансов, "мы посвятили себя с ранней юности". В церкви Клери, расположенной примерно в 10-и километрах к юго-западу от Орлеана, находилась — и до сих пор находится — почерневшая от старости, деревянная статуя Богоматери которую крестьянин нашел в поле и которая, возможно, относится к началу распространения христианства в Галлии. Говорят, что Жанна д'Арк пришла помолиться перед разрушенным алтарем этой часовни, которая была разграблена англичанами во время осады Орлеана, и даже возможно, что Людовик сопровождал ее в паломничестве[4].

Именно в 1429 году, в великий год Жанны д'Арк, Людовик начал свое формальное образование под руководством Жана Мажори, бакалавра искусств, каноника Руана, которому впоследствии он был очень благодарен. Склонившись над книгами в одной из мрачных комнат Лоша, юноша изучал грамматику, риторику, светскую и священную историю, математику и музыку — обычные предметы, но к ним подходили с нонконформистским умом и преподавали совершенно оригинальным способом.

Известный гуманист и теолог Жан Жерсон, ректор Парижского Университета, сам составил программу обучения, которую он адресовал как наставнику, так и ученику. Он посоветовал Мажори следить за тем, чтобы слуги Дофина поддерживали атмосферу, способствующую учебе, и, прежде всего, чтобы они избегали лести — яда, который слишком часто портит характер принцев. Школьные задания должны были быть как можно более привлекательными, а Мажори должен был использовать труды, написанные на французском языке (вместо того, чтобы преподавать на латыни). Аналогичным образом, он должен стремиться развивать личные интересы и чувство инициативы Дофина и поощрять усилия ребенка похвалой, а не принуждением. В случае необходимости исправления, выговор должен быть предпочтительнее телесного наказания. Наконец, что касается нравственного воспитания будущего государя, Жерсон рекомендовал Мажори подчеркивать добродетели милосердия и смирения и напоминать своему ученику, что все люди, будь то короли или нищие, равны перед Богом.