Порог Магии

— Интересуетесь книгами? — заметил его взгляд Хорин. — Эта особенная. «Элементальная магия: теория и практика» магистра Аврелия, одного из величайших магов нашего времени. Редкая вещь, я приобрёл её у букиниста в столице.

Камаэль взял книгу в руки. Она была тяжелее, чем казалась на вид, и от неё исходило лёгкое покалывание — признак того, что она была зачарована.

— Сколько вы за неё хотите? — спросил он.

— Три средних манакристалла, — ответил Хорин, доставая из кармана небольшой прозрачный кристалл с голубоватым свечением внутри. — Или один большой, если у вас есть.

Камаэль задумался. За время пребывания в Эльмвуде он успел узнать, что манакристаллы служили основной валютой в этом мире. Их ценность определялась количеством маны, которую они содержали. Пустые кристаллы стоили мало, но маги могли заполнять их своей энергией, увеличивая их стоимость. Некоторые кристаллы добывались уже заполненными природной маной — они ценились особенно высоко.

К счастью, помогая жителям деревни своей магией, Камаэль заработал несколько кристаллов. Элдрин также дал ему пару в качестве платы за помощь с мостом.

После недолгого торга они сошлись на цене, и книга перешла в собственность Камаэля. Он также купил несколько других вещей — небольшой кинжал с серебряной рукоятью, кожаный мешочек для хранения манакристаллов и тёплый плащ, который, по словам Хорина, был обработан специальным составом, защищающим от дождя и снега.

К вечеру торговля закончилась, и жители деревни начали готовиться к традиционному собранию у костра. На центральной площади разожгли большой огонь, вокруг которого расставили скамьи и принесли еду и напитки.

Камаэль сидел рядом с Миртой и Лиамом, наблюдая, как пламя костра танцует в вечернем воздухе. Он чувствовал странное родство с этим огнём — живым, изменчивым, полным энергии.

Когда все собрались, Хорин встал и поднял руку, призывая к тишине: — Друзья! Как всегда, я рад видеть вас и благодарен за тёплый приём. — Он поклонился. — По традиции, я привёз вам не только товары, но и новости из большого мира. И, должен сказать, новости эти... тревожные.

По толпе пробежал шепоток. Хорин продолжил: — Королевство переживает неспокойные времена. Король Аурелиан болен, и многие говорят, что ему осталось недолго. Наследный принц Дариан молод и неопытен, а знать уже начала делить власть, словно стервятники над умирающим зверем.

Он сделал паузу, отпив из кружки с элем: — Но это ещё не всё. На северных границах происходит что-то странное. Деревни пустеют, караваны исчезают, путники рассказывают о странных огнях и тенях, движущихся в ночи.

Камаэль переглянулся с Элдрином, сидевшим неподалёку. Староста выглядел обеспокоенным.

— Три недели назад, — продолжил Хорин, — небольшая деревня Вербов, что в двух днях пути от Туманных холмов, была найдена полностью пустой. Ни следов борьбы, ни крови, ни тел. Просто... все исчезли. Еда осталась на столах, скот в загонах, даже личные вещи на местах. Словно люди просто растворились в воздухе.

По толпе пробежал испуганный шёпот. Кто-то перекрестился тройным знамением.

— Капитан стражи Гирана отправил отряд на расследование, — сказал Хорин. — Они нашли странные следы вокруг деревни — не похожие ни на человеческие, ни на звериные. И ещё кое-что... — он понизил голос, — ...все колодцы в деревне были заполнены чёрной, маслянистой жидкостью, которая, по словам алхимиков, не является ни водой, ни маслом, ни чем-либо известным.

— Карет-Мор, — прошептал кто-то в толпе. — Это проклятие Чёрных земель.

Хорин кивнул: — Многие так говорят. Особенно после того, как подобные случаи начали происходить и в других местах, всегда ближе к северу, ближе к границе с Карет-Мор.

— Что говорят в столице? — спросил Элдрин. — Королевский двор должен был отреагировать.

— Должен был, — согласился Хорин. — Но, как я уже сказал, король болен, а двор погряз в интригах. Никто не хочет тратить ресурсы на защиту отдалённых деревень, когда идёт борьба за власть в столице. — Он покачал головой. — Некоторые лорды даже используют эти слухи в своих целях, обвиняя друг друга в неспособности защитить королевство.

— А что насчёт Академии магов? — спросил Камаэль. — Разве они не должны расследовать такие... сверхъестественные явления?

Хорин посмотрел на него с интересом: — Вы хорошо осведомлены для человека, потерявшего память. — Он улыбнулся, показывая, что не вкладывает в эти слова никакого подозрения. — Да, Академия послала нескольких магов для расследования. Но результаты их работы держатся в секрете. Ходят слухи, что они обнаружили что-то настолько тревожное, что решили не разглашать информацию, чтобы не вызвать панику.

Камаэль задумался. Ситуация выглядела всё более тревожной. Если даже маги из Академии обеспокоены, значит, угроза действительно серьёзна.

— Но довольно о мрачном! — внезапно воскликнул Хорин, меняя тон. — У меня есть и хорошие новости. Через месяц в Гиране будет проходить Фестиваль Света — великий праздник в честь летнего солнцестояния. Будут турниры, представления, магические дуэли. Говорят, сам наследный принц Дариан будет присутствовать.

Настроение толпы заметно улучшилось. Люди начали обсуждать фестиваль, спрашивать Хорина о деталях, планировать возможную поездку в Гиран.

Камаэль слушал вполуха. Его мысли были заняты тем, что рассказал торговец о странных исчезновениях и чёрной жидкости в колодцах. Что-то в этой истории казалось ему знакомым, словно он уже слышал о подобном раньше, возможно, в своём прежнем мире.

Когда основная часть рассказов закончилась, и люди разбились на небольшие группы, продолжая обсуждение, Камаэль подошёл к Хорину: — Могу я задать вам несколько вопросов... наедине?

Торговец с интересом посмотрел на него: — Конечно, господин маг. Всегда рад поделиться информацией с тем, кто ценит её важность.

Они отошли в сторону, к краю площади, где их не могли подслушать.

— Вы упомянули чёрную жидкость в колодцах, — начал Камаэль. — Можете рассказать подробнее? Как она выглядела, как себя вела?

Хорин задумался: — Я сам её не видел, конечно. Но те, кто видел, говорили, что она была густой, как мёд, но текучей, как вода. Чёрной, как безлунная ночь, но с каким-то странным пурпурным отливом, если смотреть под определённым углом. И ещё... — он понизил голос, — ...говорят, она двигалась. Не как обычная жидкость под воздействием ветра или течения, а... целенаправленно. Словно была живой.

Камаэль почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это описание... оно напоминало ему что-то из старинных текстов, которые он изучал в своём прежнем мире. Тексты о древних сущностях, существовавших до появления людей, о созданиях из иных измерений, чуждых человеческому пониманию.

— А следы? — спросил он. — Какими они были?

— Странными, — ответил Хорин. — Не похожими ни на что известное. Словно множество тонких линий, переплетающихся между собой, образующих узор, похожий на... — он задумался, подбирая сравнение, — ...на паутину, но геометрически правильную, почти как кристалл.

Камаэль кивнул. Это тоже звучало знакомо, хотя он не мог вспомнить точный источник.

— Есть ещё кое-что, — сказал Хорин, понизив голос до шёпота. — Кое-что, о чём я не стал говорить при всех, чтобы не вызывать панику. В Вербове нашли странные символы, нарисованные на стенах домов. Не краской или углём, а чем-то, что, казалось, светилось изнутри камня или дерева. Символы, которых никто не смог прочесть или даже идентифицировать как принадлежащие к какому-либо известному языку.

— Вы видели эти символы? — спросил Камаэль.

Хорин покачал головой: — Нет, но один из стражников, участвовавших в расследовании, зарисовал их. — Он огляделся по сторонам, затем достал из внутреннего кармана жилета сложенный лист бумаги. — Вот, взгляните. Но будьте осторожны... некоторые говорят, что даже простое созерцание этих символов может быть опасным.