Порог Магии

Глава 1 Часть 6

Глава 1: Пробуждение в новом миреЧасть 6: История без прошлого

Следующие несколько дней прошли для Камаэля в интенсивных тренировках. Каждое утро, едва рассвет окрашивал небо в розовые тона, он уже был у дома Элдрина, готовый к новым урокам. Староста оказался требовательным учителем — он не терпел небрежности и настаивал на том, чтобы каждое заклинание, каждый магический жест были доведены до совершенства.

— Магия не прощает ошибок, — часто повторял Элдрин. — Особенно элементальная. Одно неверное движение, одна секунда потери концентрации — и огонь, призванный защищать, может обратиться против тебя.

Камаэль понимал эту истину. Он чувствовал, как стихии, особенно огонь, отзываются на его эмоции, как они стремятся вырваться из-под контроля, когда его концентрация ослабевает. Однажды, когда он был особенно раздражён после неудачной попытки создать водяной щит, огненный шар в его руке внезапно вспыхнул с такой силой, что опалил ему брови и ресницы.

— Видишь? — сказал тогда Элдрин, помогая ему залечить ожог целебной мазью. — Огонь чувствует твой гнев и отвечает на него. Ты должен научиться контролировать не только магию, но и свои эмоции.

И Камаэль учился. День за днём он совершенствовал свои навыки, расширял свои возможности. Он научился создавать не только маленькие огненные шарики, но и мощные огненные потоки, способные расплавить камень. Он мог формировать водяные щиты, достаточно прочные, чтобы остановить стрелу, и воздушные вихри, способные поднять человека в воздух. Даже земляная магия, требовавшая наибольших усилий, начала поддаваться ему — он мог заставить камни левитировать и даже формировать из земли простые конструкции.

Но самым удивительным было то, что Камаэль начал находить способы комбинировать элементальную магию со своим врождённым даром материализации. Он обнаружил, что может создавать объекты из чистой маны, а затем наделять их свойствами стихий — огненные мечи, которые не только резали, но и сжигали; водяные стрелы, которые не рассыпались при ударе, а проникали глубоко в цель; каменные щиты, прочные как сталь, но лёгкие как перо.

— Невероятно, — говорил Элдрин, наблюдая за его экспериментами. — Я никогда не видел ничего подобного. Это... это совершенно новый вид магии.

Камаэль не был уверен, что это действительно что-то новое. Возможно, в этом мире уже существовали маги, способные на такие комбинации. Но он не спорил со старостой — тот явно гордился успехами своего ученика.

Помимо тренировок, Камаэль продолжал помогать жителям деревни. Он использовал свою магию, чтобы облегчить их труд — поднимал тяжёлые брёвна при строительстве, разжигал огонь в кузнице, помогал доставать воду из глубоких колодцев. Люди благодарили его, и он чувствовал, что постепенно становится частью этого маленького сообщества.

Особенно тёплые отношения сложились у него с семьёй Мирты. После инцидента с Лиамом Камаэль стал чаще заходить к ним в гости, иногда оставался на ужин, а иногда просто сидел с мальчиком, показывая ему простые магические трюки и рассказывая истории.

— Ты так хорошо ладишь с детьми, — заметила однажды Мирта, когда они вместе наблюдали, как Лиам пытается повторить за Камаэлем простой жест, заставляющий маленький камешек левитировать. — У тебя были свои?

Этот вопрос застал Камаэля врасплох. Он задумался. Были ли у него дети в прошлой жизни? Жена? Семья? Он помнил своё имя, помнил, что жил в Москве, что интересовался магией и древними текстами. Но личная жизнь... эта часть его памяти была словно в тумане.

— Я... не знаю, — честно ответил он. — Не могу вспомнить.

Мирта посмотрела на него с сочувствием: — Твоя амнезия... она до сих пор не прошла?

Камаэль покачал головой. После своего появления в Эльмвуде он решил не рассказывать правду о своём происхождении. Вместо этого он придерживался легенды о потере памяти — якобы он помнил только своё имя и некоторые базовые навыки, но не имел представления о том, откуда пришёл и кем был раньше.

— Некоторые вещи я помню, — сказал он. — Но многое остаётся... размытым.

— Это должно быть тяжело, — мягко сказала Мирта. — Не знать своего прошлого, своих корней.

Камаэль пожал плечами: — Иногда. Но в каком-то смысле это и освобождает. Я могу создавать себя заново, без груза прошлых ошибок или обязательств.

Мирта задумчиво кивнула: — Я никогда не думала об этом в таком ключе. — Она помолчала. — Знаешь, в Гиране есть храм Триединого. Говорят, жрецы там обладают особыми способностями к исцелению, в том числе и душевных ран. Может быть, они смогли бы помочь тебе вспомнить.

— Может быть, — неопределённо ответил Камаэль. Он не был уверен, что хочет «вспоминать» то, чего на самом деле не было. Ложь об амнезии была удобной, но чем дальше, тем сложнее становилось её поддерживать. — Но сейчас у меня есть более важные дела здесь.

— Конечно, — кивнула Мирта. — Элдрин говорит, ты делаешь удивительные успехи в магии.

— Стараюсь, — скромно ответил Камаэль. — Хотя до настоящего мастерства мне ещё далеко.

В этот момент их разговор прервал звук рога, раздавшийся со стороны главной дороги. Лиам тут же вскочил: — Торговец! Торговец приехал!

Мирта улыбнулась: — Похоже, Хорин наконец добрался до нас. — Она повернулась к Камаэлю. — Хорин — странствующий торговец, о котором я тебе рассказывала. Он приезжает в Эльмвуд два-три раза в год, привозит товары из столицы и других городов.

— И рассказывает самые интересные истории! — добавил Лиам, уже натягивая сапоги. — Пойдёмте, господин Камаэль! Нужно успеть, пока он не распродал все лучшие вещи!

Камаэль улыбнулся энтузиазму мальчика: — Конечно, пойдём.

Они вышли на улицу и направились к центральной площади деревни. По пути к ним присоединились другие жители — все спешили увидеть торговца и его товары. Для маленькой деревни, отрезанной от крупных городов, приезд торговца был настоящим событием.

Когда они добрались до площади, там уже собралась небольшая толпа. В центре стояла большая крытая повозка, запряжённая двумя крепкими лошадьми. Рядом с ней суетился невысокий полный мужчина в ярком жилете, расшитом золотыми нитями. Он раскладывал на импровизированном прилавке различные товары — ткани, инструменты, украшения, специи в маленьких мешочках.

— Хорин! — радостно воскликнула Мирта, подходя ближе.

Торговец поднял голову и широко улыбнулся: — Мирта, дорогая! Как я рад тебя видеть! — Он обнял женщину, затем заметил Лиама. — А это кто у нас такой вырос? Неужели это маленький Лиам? Да ты стал настоящим мужчиной!

Лиам гордо выпрямился: — Я уже помогаю маме по хозяйству и учусь магии у господина Камаэля!

— Магии? — Хорин перевёл взгляд на Камаэля, стоявшего рядом. — А вы, должно быть, тот самый маг, о котором я слышал в Гиране? Тот, кто создал каменный мост одной силой мысли?

Камаэль смутился: — Новости быстро распространяются.

— О, в наши дни новости летят быстрее ветра, — подмигнул Хорин. — Особенно такие необычные. — Он протянул руку. — Хорин, к вашим услугам. Торговец, путешественник и, если позволите, собиратель историй.

Камаэль пожал протянутую руку: — Камаэль. Просто... Камаэль.

— Очень рад знакомству, — улыбнулся Хорин. — Надеюсь, вы почтите нас своим присутствием сегодня вечером у костра? Я привёз много новостей из столицы и других мест, которые могут вас заинтересовать.

— С удовольствием, — кивнул Камаэль.

Торговец вернулся к своим товарам, и вскоре вокруг его прилавка образовалась оживлённая толпа. Жители Эльмвуда рассматривали привезённые вещи, торговались, обменивались новостями с Хорином.

Камаэль тоже подошёл ближе, с интересом разглядывая товары. Его внимание привлекла небольшая книга в кожаном переплёте, лежавшая среди других вещей.