На грани миров

— Но теперь, когда тебя нет?..

— Нет и моего заклинания. Ты уязвима, и я могу гарантировать, что прямо сейчас в игре действуют силы, строящие планы по краже твоего дара. Нам нужно повторно активировать щит, блокиратор GPS. Мы должны рассеять твою силу так, чтобы даже другие ведьмы думали, что ты просто одна из них.

— Хорошо, позволь мне внести ясность. Есть ведьмы, — сказала я, игнорируя ее мольбы, — и есть заклинатели. Что еще там скрыто на виду?

— Это все. Да, ну, кроме демонов, хотя они почти никого не беспокоят. Они имеют незаслуженно запятнанную репутацию. Что тебе нужно понять, так это то, что заклинательницы - тоже ведьмы. Просто очень, очень могущественные.

— Подожди минутку, — сказала Аннет, сложив руки в тайм-ауте «Т». Она в ужасе повернулась ко мне. — Ты ведьма?

Я взглянул на Рути, а затем обратно.

— Видать, да.

— Ты… ведьма.

— Это ругательное слово.

— Ведьма.

— Подруга, прекрати уже. — Это становилось неловким.

— Ты, — повторила она, недоверие в ее голосе звучало немного оскорбительно.

— Давай-ка уже сдвинемся с этого.

Она вздохнула, и этот вздох был наполнен болью и чувством предательства, а затем плюхнулась подбородком на сложенные руки.

— Думаю, я всегда знала, что я экстрасенс и все такое.

— Ну еще бы.

— Ты, должно быть, Наннетт, — сказала Рути.

— Аннетт, — ответила она несчастно.

— Могу я звать тебя Нэн?

— Нет. Как так вышло, что это она - ведьма? Это у меня паранормальные способности!

— Поверь мне, это был сюрприз для всех нас, даже для твоей матери, Дэф.

— А эта опасность как-то повлияла на ее смерть?

Она склонила голову.

— Боюсь, что да. Твоя мама умерла, защищая тебя от другой ведьмы, которая пыталась отобрать твои силы.

При этих словах по дому пробежала дрожь, и у меня возникло ощущение, что Персиваль тоже был расстроен этим фактом. Я задавалась вопросом, произошло ли это в доме. Был ли он свидетелем этой смерти.

Волна грусти нахлынула на меня при мысли о том, что мама умерла, защищая меня. Что я стала причиной ее смерти.

— Хорошо. М-м. — Настала моя очередь подать знак тайм-аута. — Мне нужна минутка.

— Радость моя, нам нужно поторопиться.

— Нет, я знаю, просто… дай мне секундочку.

— Нет!

Мы с Аннет подпрыгнули, а затем медленно повернулись и уставились на элегантную даму на экране. Она встала, сжав челюсти, а глаза сверкали огнем. Не буквально.

— Я провела последние сорок лет в разлуке с тобой, моя любимая внучка, не для того, чтобы тебя сейчас зарезали! Если они придут, Дэфианс - а они придут, - то убьют тебя в мгновение ока, а затем истощат каждую унцию энергии, каждую унцию магии, которая есть в твоем сердце.

Я опустилась на стуло. Аннетт сделала то же самое.

— Тебе это право дано по рождению, Дэфианс. Я заслуживаю больше времени рядом с тобой, черт возьми.

Когда тебя отчитывает бабушка… ну, это круто. Кроме того, я не хотела умирать.

— Что я должна делать?

— Можешь начать создавать символ. Начнем пока с этого.

— Что делает этот символ?

Она закусила губу и изучала бумажку, которую держала в руках.

— Я не могу быть полностью уверенной, потому что, опять же, это не мой язык, но, если мое исследование подтвердится, символ сделает одно из двух: окутает тебя защитной маскировкой, которую не сможет сломать ни одно смертное существо. Либо призовет армию демонов. Есть только один способ выяснить.

Три часа спустя единственным результатом моих усилий стала боль в руке. Мы никуда не продвинулись. Не то, чтобы я знала, куда мы стремились.

Я ничуть не приблизилась к тому, чтобы выяснить, смогу ли я сохранить Перси. Или Инка. Или Роана. В основном меня волновал Роан. И я не приблизилась к тому, чтобы стать волшебницей, хотя, к большому огорчению Рути, заставила исчезнуть целую тарелку спагетти с фрикадельками.

— Он что, идет в комплекте с домом? — спросила я, пока мы с Аннетт ели. Она заказала итальянский ужин. Мы решили, что, поскольку вполне возможно, я умру в ближайшие несколько дней, нет причин снижать углеводы. — Роан?

— Видишь, вот почему мы никуда не сдвинулись. — Рути была занята рисованием. Вероятно, еще одного глупого символа. Откуда она вообще взяла ручку и бумагу в загробной жизни? — Ты не воспринимаешь все это серьезно.

— Конечно, воспринимаю, — возразила я, проглатывая спагетти. — Просто не понимаю, что нужно делать.

— Твои силы долгое время дремали. Они все еще при тебе, нам просто нужно придумать, как их перезапустить.

— Хорошо, а что насчет людей, которые приходят сюда с просьбой найти их вещи?

Она подняла взгляд:

— Что?

— Люди. Стучат в дверь. Хотят, чтобы я отыскала их вещи. Я иногда даже свой телефон найти не могу, когда он мне нужен, а в девяти случаев из десяти держу его в другой руке.

— Кто приходил?

— Женщина, живет в доме по соседству, — сказала Аннет. — Темные волосы. Веснушки. Очень симпатичная.

— Дана. Она опять потеряла обручальное кольцо?

— Ага. Потом приходил парень, сказал, его девушка уже неделю как пропала.

— Ах, да. Я слышала об этом.

— Потом банкир, — добавила я. — Понятия не имею, чего он хотел. Я не дала ему договорить.

— Мистер Борн?

— Что это значит, Рути? Почему они думают, что я могу помочь с поисками?

Она откашлялась и обмахнула лицо бумагами, на которых рисовала.

— Ну, это была моя специализация.

Я мыла тарелку. Остановилась и посмотрела на нее. Она что-то скрывала.

— Именно так я, в основном, и зарабатывала на жизнь. Ну, и еще сеансами. Народ просто обожает спиритические сеансы.

Аннет, которая собиралась заснуть на своем итальянском сендвиче – никто не мог вынести того, как я долго размахивала рукой без всякой причины – оживилась.

— Сеансы? Вы проводили сеансы?

— Да. Персиваль мне в этом очень помогал. Они всегда имели большой успех.

— Они были настоящими? — спросила она. — Ты можешь разговаривать с мертвыми?

— Теперь уже могу. — Рути хихикнула от собственной шутки. — Но по большей части подобные вещи уводят на темную сторону, поэтому я старалась держаться от этого подальше.

Я встала в центре комнаты и снова начала создавать символ.

— Ладно, остановись, пока глаз себе не выколола, — сказала она с отвращением.

— Это ни к чему нас не приведет. Разве мне не следует изучать заклинания? Я имею в виду, нет ли у тебя книги или чего-то еще?

— Книга? Книга? — она наклонилась вперед, ее пронзительный взгляд стал острым как бритва. — Ты не сможешь справиться с книгой! — затем она разразилась приступом смеха, звук был глубоким и хриплым, как и ее голос. — Я всегда хотела это сказать. Нет, ну правда, ты не сможешь. Это все равно, что дать малышу детонатор от ядерной боеголовки.

— Это совсем не оскорбительно.

— Не должно быть. Ты, моя дорогая, и есть ядерная боеголовка. Помни, ты - источник. Я думаю, тебе следует сначала освоить собственную магию, а затем переходить к более общим вещам.

— Возможно, мне просто нужен толчок. Что-то, что разожжет во мне темную магическую женщину.

— Знаешь, что? Может быть, ты и права. Возможно, тебе нужно больше мотивации. Судя по всему, не умереть ужасной смертью от рук кровожадного чернокнижника - не достаточно мотивирует. Иди в мою комнату и возьми книгу с тумбочки.

— Чернокнижники тоже реальны? — спросила я.

— Это просто ведьмы и колдуны, которые используют силы во зло.

— А, то есть, как Аннетт.

Та встрепенулась, проснувшись:

— Я не использую силы во зло!