Страница 4 из 61
— Сегодня вечером тебе не придется думать, — говорит он. — Я обо всем позабочусь.
Прежде чем я успеваю осознать его слова, его губы оказываются на моих. Поцелуй совсем не такой, как я ожидала. Он не нежный, не робкий. Он всепоглощающий, огонь, который распространяется по мне с каждой секундой. Его руки скользят по моим бокам, его большие пальцы касаются моих ребер, и я чувствую, что могу растаять под его прикосновением.
Я хватаю его за плечи, мои пальцы впиваются в ткань его рубашки, когда он углубляет поцелуй. Его зубы касаются моей нижней губы, дразнящий укус, который посылает искру тепла прямо сквозь меня. Я даже не осознаю, что стону, пока не чувствую, как его грудь урчит от низкого, одобрительного рычания.
Макар отстраняется ровно настолько, чтобы изучить мое лицо, его пальцы обводят изгиб моей челюсти. Его большой палец касается моей щеки, и в этом жесте есть что-то почти нежное, хотя выражение его лица остается непроницаемым.
— Ты мне доверяешь? — спрашивает он, его голос становится тише, но не менее властным.
Не знаю почему, но я киваю.
— Хорошо, — говорит он, и это слово — обещание.
Он ведет меня в спальню, его руки не отрываются от моего тела. Когда он спускает бретельки моего платья с моих плеч, я дрожу, но не от холода. Его пальцы скользят по моей коже, воспламеняя каждый нерв, пока он не торопится раздевать меня.
— Ты прекрасна, — бормочет он, словно обращаясь к самому себе, как будто эти слова не предназначались для меня.
У меня едва хватает времени, чтобы обдумать комплимент, прежде чем его губы оказываются на моей шее, его руки направляют меня назад, пока мои колени не касаются края кровати. Я опускаюсь, и он следует за мной, его вес придавливает меня под собой.
Он целует меня так, словно это единственное, что поддерживает в нем жизнь, его руки исследуют каждый дюйм меня. Его прикосновения грубы в некоторых местах, мягкие в других, идеальный баланс, который оставляет меня бездыханной. Впервые я не чувствую необходимости контролировать. Я позволяю ему взять на себя инициативу, позволяю ему показать мне, что значит сдаться.
Он не тратит много времени на раздевание, просто стягивает штаны. Его член выскакивает на свободу — толстый, жилистый, уже истекающий преякулятом.
— Подожди, — говорю я, — я никогда…
— Ты этого хочешь?
Я сглатываю. — Да.
— Тогда просто наслаждайся.
Когда он скользит мимо моих скользких складок, это не похоже ни на что, что я чувствовала раньше. Он такой теплый и толстый, и я стону, когда мои стенки сжимаются вокруг его члена. Он такой большой, что, кажется, он может разорвать меня на части.
Макар ничего не говорит, занимаясь любовью, но он заставляет меня кончить с тихим стоном. Мое тело горит огнем, когда оргазм накрывает меня, как приливная волна, и он оставляет меня хнычущим, бездыханным беспорядком на матрасе,
Когда все заканчивается, я остаюсь дрожать, мое тело все еще гудит от толчков его прикосновения. Макар лежит рядом со мной, лениво положив руку на лоб, и смотрит в потолок.
Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, моя грудь сжимается от этого зрелища. В этот момент в нем есть что-то уязвимое, что-то сырое и незащищенное. Такое чувство, будто я вижу в нем ту сторону, которую больше никто не видит.
— Останься, — шепчу я, и слово вырывается прежде, чем я успеваю его остановить.
Его губы изгибаются в слабой улыбке, но он не отвечает. Вместо этого он протягивает руку, убирая прядь волос с моего лица. Жест такой неожиданный, такой нежный, что он крадет дыхание из моих легких.
— С тобой все будет хорошо, — наконец говорит он тихим и почти... ласковым голосом?
Я хочу спросить, что он имеет в виду, но тяжесть истощения тянет меня вниз. Мои веки тяжелеют, и я позволяю себе дрейфовать, звук его ровного дыхания убаюкивает меня.
Где-то в глубине души я знаю, что его не будет, когда я проснусь.
На данный момент я позволяю себе верить в иллюзию безопасности рядом с ним.