Страница 14 из 61
Я иду в свой кабинет, и знакомый запах кожи и виски встречает меня, когда я вхожу внутрь. Закрывая дверь Я подхожу к столу, снимаю трубку и набираю номер, который знаю наизусть.
— Вера, — говорю я, когда устанавливается соединение.
— Господин Шаров, — отвечает она, ее голос, как всегда, ровный и деловой.
— Мне нужно, чтобы ты присматривала за нашей гостьей, — говорю я ей, откидываясь на спинку стула. — Скоро ее переведут в одну из спален наверху.
На другом конце провода повисла пауза, прежде чем она ответила. — Та девушка, что была раньше?
— Да, — подтверждаю я. — Она будет напугана, когда проснется. Подружись с ней. Будь добра. Отвечай на ее вопросы, если она спросит.
Вера не задает мне вопросов, хотя я слышу легкое колебание в ее голосе. — Поняла, сэр.
— Пусть она думает, что ты здесь, чтобы помочь, — продолжаю я размеренным тоном. — В каком-то смысле так и есть. Если она что-то задумает — что угодно — ты немедленно мне скажешь.
— Я буду внимательно за ней следить, — обещает она.
Я киваю, хотя она этого не видит. — Не дави слишком сильно. Дай ей самой подойти к тебе.
— Конечно, — говорит Вера.
Пауза, звук ее дыхания на другом конце провода ровный, прежде чем она снова заговорит. — Господин Шаров... конечно, я сделаю то, о чем вы просили, но я хочу кое-что сказать.
Я приподнимаю бровь, заинтригованный ее нехарактерной смелостью. — Продолжай.
— Мне не придется притворяться доброй с ней, — тихо говорит Вера. — Она просто девочка. Напуганная. Одинокая. Я не знаю, что она сделала, чтобы перейти тебе дорогу, но… я помогу ей, потому что это правильно.
В ее тоне нет вызова, нет неповиновения. Только честность.
На мгновение я молчу, мои пальцы барабанят по столу, пока я обдумываю ее слова. Вера всегда была надежной — преданной Шаровым, осмотрительной и умело считывающей ситуации. Именно благодаря ее проницательности я доверяю ей такие задачи.
— Это хорошо, — наконец говорю я, мой голос спокоен. — Ее страх может сделать ее безрассудной. Если она доверяет тебе, будет легче удержать ее от совершения глупостей.
— Я понимаю, — отвечает Вера. — Доверие — это не то, чем можно командовать. Его нужно заслужить.
Я тихонько усмехнулся. — Ты уверена, что сможешь это заслужить?
— Я уверена, что могу попробовать, — отвечает она.
Ухмылка тянет мои губы. Сострадание Веры редкость в моем мире, но я видел, насколько оно может быть эффективным. — Тогда делай то, что должна. Просто помни, где твоя преданность.
— С вами, господин Шаров, — твердо говорит она. — Всегда.
— Хорошо, — говорю я, откидываясь на спинку стула. — На этом пока все.
— Конечно. Я скоро ее проверю.
Я вешаю трубку, мои мысли возвращаются к девушке. Природная теплота Веры может быть именно тем, что нужно. Она смягчит углы, заставит девушку почувствовать, что у нее есть союзник в этом доме. Это нормально — пока Вера помнит, что доброта — это инструмент, ничем не отличающийся от страха или контроля.
Дверь скрипит, и входит Андрей, выражение его лица невозможно прочесть. — Её перенесли, — говорит он, небрежно прислонившись к косяку. — Наверху. Одна из спален, как вы и просили.
— И? — подсказываю я.
— Она еще не проснулась, — продолжает он. — Все еще без сознания. Вера теперь за ней присматривает.
Я киваю, мое внимание сужается. — Хорошо. Пусть она пока отдохнет.
Андрей наклоняет голову, изучая меня с лукавой ухмылкой. — Вы вкладываете много усилий в эту девушку, Босс. Что делает ее такой интересной?
Я смотрю на него, моя ухмылка слабая, но резкая. — Вот что я собираюсь выяснить.
Андрей усмехается, качая головой и отталкиваясь от дверного проема. — Ну, оставлю тебя с твоими интригами.
Он уходит, дверь за ним со щелчком закрывается, а я откидываюсь на спинку стула.
Детали на месте. Теперь я жду, чтобы увидеть, как она будет двигаться.