Страница 15 из 94
Никакой возможности рассмотреть тёмную расщелину в карликовой скале. Бурый от злости прогнал двойной тест оптической камеры зонда, пока раздумывал над тем, как поступить. Рассмотреть с помощью маломощной оптики зонда-разведчика расщелину, с расстояния бессмысленно. Результат заранее известен, ничего из этого не получится.
Направив камеру в последний раз в темноту расщелины, Бурый стал выходить с киберпространства. Видимости никакой, абсолютная, неестественная темень. Лучи местного солнца вглубь расщелины не проникают, внутри какая-то чёрная пустота, поглощающая фотоны света. Даже менять линзы на камере зонда-разведчика нет никакого смысла, ведь аппарат не способен приблизится вплотную к расщелине.
Макс «вынырнул» и ощутил на лбу капли холодного пота. Лана Бруднич бросала косые взгляды на Бурого. Она ничего не спрашивала, держалась, но было отчётливо видно, что сержанта съедал интерес. Бурый понимал, что держать девушку в неведенье как минимум грубо с его стороны, а максимум подло и безнравственно. Сам же говорил, что они сейчас все в одной лодке.
- Гера, - начал Макс говорить вслух, чтобы слышала сержант, - снять полученную запись с зонда-разведчика и обработать её на выявление вражеского присутствия армии грархов.
- Уточните приказ, младший лейтенант, - электронный голос Геркулеса потребовал конкретики.
- Постарайся установить, в звуковом и визуальном спектре захвата камеры зонда доказательство присутствия грархов.
- Запрос понятен, время обработки информации сорок две секунды.
Лана на том же месте и в той же позе. Бурый бросил взгляд в сторону, куда смотрела Бруднич, и увидел дублирующий монитор. Она следила за действиями Бурого через внешний монитор.
- Младший лейтенант, разрешите обратиться? - по форме выдала она.
- Обращайтесь, - разрешил Бурый, глядя на шкалу обработки данных на мониторе.
- Прошу разрешения выслать на разведку местности и сбор данных трёх пехотинцев.
Бурый как раз сам хотел именно это и предложить. Но инициатива пошла от командира отряда. Логика была в её словах, но посылать туда людей Бурому абсолютно не хотелось.
- Сержант. Впереди нас, на двенадцать часов расщелина в карликовой скале. Так вот, в этой расщелине что-то опасное, это я вам сразу говорю. Есть тому прямые доказательства, но что именно там, я сказать не могу, - Бурый снова потеребил сигарету в руках и прикусив губу положил табачную палочку в карман продолжил, - Из краткого инструктажа капитана Ритони Майека, мы должны дождаться здесь группу грархов и уничтожить три единицы Жухов. По гениальной тактической задумке центрального штаба, мы должны затаиться у тех скал, и ждать цели. Только вот дальше, сержант, я даже не сдвинусь и с места. Предчувствие у меня плохое. Нам нельзя продолжать движение.
- Я это уже поняла, лэм, - перемена в настроении Бруднич на лицо. - Должна признаться, что тоже ощущаю нечто хреновое в той стороне. Пока сами не посмотрим и не проверим, никто за нас этого не сделает.
В этом Бурый был с ней полностью согласен. Бруднич сейчас была собранна и серьёзна как никогда прежде. Сейчас перед Бурым находился совершенно не тот человек, которого он встретил минут сорок назад. Сержант была практически олицетворением правильного имперского солдата.
- Сержант, придельная осторожность.
- Данные проанализированы. Отчёт составлен, - вмешался в разговор Гера.
- Резюме, - даже не повернув головы к мониторам потребовал Бурый.
- Слишком мало данных для подтверждения, или опровержения, - был не многословен Гера.
Бурый, приблизительно такого ответа и ожидал. Но попытаться стоило, ведь за спрос денег не берут.
Макс решил посмотреть на сложившуюся ситуацию со стороны. Бруднич была согласна с ним, что впереди их может ожидать очень неприятный сюрприз. И если пехотинец был согласен с пилотом шагающего танка, то предчувствия могут оказаться верны с большой долей вероятности того. Два человека абсолютно одинаково смотрели на вещи, которые некоторые могут назвать предрассудками. Только в данный момент, эти двое в кабине выжили в этой пустыне только благодаря тому, что всегда прислушивались к внутреннему голосу. И изменять своим привычкам не один, не вторая не собирались. Макс вообще по этому поводу всегда говорил, - «Незачем трогать хорошо отлаженный механизм».
Бруднич застегнула свой шлем на магнитные шлейки и потянулась к автомату, что лежал у боковой стены кабины. Клацая карабинами, подтягивая различные ремни, которых на форме пехотинца было предостаточно, проверяя оружие, Лана попросила,
- Лэм, прошу разрешения взять с собой двух человек из основного состава.
Младший лейтенант кивнул головой в знак согласия на запрос сержанта. Затем тихо добавил,
- Надеюсь, сержант вы знаете, что делаете. Не мне вам советы давать, но осторожность, прежде всего.
Бруднич повернула голову в сторону Бурого и вытянула руку, сжатую в кулак с большим пальцем вверх. Передёрнула затвор автомата и улыбнулась.
- Так точно, лэм. Разрешите покинуть борт и приступить к разведке местности.
- Разрешаю. Выполняйте! – сказал Бурый, и набрал команду на виртуальной клавиатуре Геры на открытие люка кабины и десантного отсека.
- Храни вас всех Господь, - на прощанье сказал спускающейся по трапу сержанту Лане Бруднич.
- Я не верю ни в Бога, ни в чёрта, лэм! Но всё равно спасибо, - как-то тихо и спокойно сказала сержант. Скорее всего, в надежде, что Бурый её не услышит, но младший лейтенант на слух не жаловался.
Странно, слово «спасибо» Бурый, даже не ожидал услышать от этой девушки. Или пилоту просто послышалось это слово из её уст. Так нет, он отчётливо разобрал все слова сержанта. На слух вроде бы жалоб не поступало.
Все радио переговоры Бурый слышал, что сейчас вела сержант со своими пехотинцами. Все были запитаны к одной сети шагающего танка. Сейчас Геркулес послужит радиотрансляционной вышкой для пехотинцев. Гере не привыкать, эта обязанность постоянно возлагается на шагающие танки.
Макс смотрел на мониторы, которые передавали изображение с внешних и внутренних камер. Бурый видел, как по трапу спустилась сержант, опустила зеркальные «очки» на шлеме и подошла к десантному отсеку. Бруднич без слов указала пальцем на троих из своего отряда, и парни встали со скамеек. Из чрева Геркулеса, наружу выпрыгнули трое, на взгляд младшего лейтенанта, самые высокорослые и крепкие солдаты из всего отряда.
«Интересное время с интересными людьми» - пробубнил себе под нос Бурый, проверяя радар Геры. Изменений никаких, да и если бы появились, Гера бы обязательно дал бы знать. Но как говорится, - «товарищу доверяй, а сам не плошай». Вот и в этом случае, Бурый просто находил себе занятие, чтобы скоротать время, пока Бруднич давала своим солдатам инструктаж. Кстати, об этой блондинке. Такие резкие перемены в разговоре, в поведении, такая пестрота и разношерстность характера у этой девушки! Макс даже не знал, как и реагировать на такой винегрет поведения сержанта. Скажи ему кто, что будет лично знаком с человеком, который ведёт себя как сорвавшаяся с цепи дикая собака, а потом проявляет покладистость и порядочность, Бурый бы не за что в это не поверил. Но жизнь полна сюрпризов и интересных людей. Макс даже не представлял, что в дальнейшем ожидать от этой блондинки. Совсем не удивительно, что она попала в «смертники», на эту сучью базу. Но вот как она стала командиром этого отряда? Это был вопрос, на который Макс сам никогда бы не ответил. Бурый не мог себе представить, какие должны быть навыки и репутация той, кто станет командиром отряда пехоты. Пехотинцами на сорок четвёртой базе были люди, которые «особо» отличились перед Империей. В пехоту попадали не те, кто бросил окурок мимо пепельницы, или случайно пукнул при исполнении гимна государства. Пехоту набирали из отъявленных преступников разных мастей, которые были способны держать в руках оружие. Из тех, у кого ещё не до конца атрофировался мозг, и их можно было использовать по прямому назначению куска мяса, способного послужить во благо Великой Империи.