Страница 51 из 174
Простой, детский вопрос, но в нём вдруг прозвучала вся тяжесть этого мира. Ян медленно присел, чтобы оказаться на одном уровне с мальчиком.
— Конечно, — тихо произнёс он.
Мальчик кивнул, будто получив удовлетворительный ответ, а затем, не сказав больше ни слова, развернулся и побежал обратно в палату.
Ян долго смотрел ему вслед.
Потом выпрямился и пошёл дальше, чувствуя, как этот маленький диалог, этот миг доверия укоренился где-то глубоко внутри.
Теперь он был не просто человеком, который случайно оказался здесь. Теперь он был врачом.
Теперь у него действительно не было пути назад.
Ян вышел из больницы. Дверь за его спиной тяжело скрипнула, будто не желая отпускать, но он уже сделал шаг вперёд. Едва он оказался на улице, в лицо ударил сырой ночной воздух, смешанный с запахом мокрого асфальта и железа. Дождь. Тяжёлые капли с глухим звуком падали на землю, стекая по выщербленным плитам тротуара, набирая силу.
Он замер.
Лучи редких уличных фонарей размывались в мокром воздухе, а вдалеке — там, где заканчивался двор больницы и начиналась тёмная, мокрая улица, — светились размазанные пятна автомобильных фар. Москва, 1949 год. Этот город, этот воздух, этот дождь. Всё настоящее.
Ян поднял лицо к небу. Капли падали на кожу, стекали по вискам, словно напоминая: всё это — не сон.
Сердце забилось быстрее.
Никто не ждал его дома. Никто не искал его в этом времени. Он был здесь один. В чужом, далёком, холодном мире, где прошлое не оставило для него никакого места, где каждое слово, каждое движение могло стать последним.
Но вместе с этим ощущением холода пришло и другое — осознание.
Он выжил. Сегодня он выжил.
Завтра начнётся снова. Завтра придётся работать, притворяться, говорить осторожно, действовать так, чтобы никто не заподозрил лишнего. Завтра он будет врачом в этом времени, врачом, которого начнут узнавать, о котором будут говорить.
Ян сделал глубокий вдох. Дождь бил в лицо, стекал за воротник, впитывался в ткань, но он не двинулся с места.
Он стоял под этим небом, под этим холодным, чужим дождём, и понимал:
Теперь пути назад нет.