Принцесса издалёка.

Глава 10. Беру дело в свои руки.

Мы с мамой вовремя вспомнили, что с пустыми руками вваливаться в палату к больному отцу будет верхом неприличия, хоть он и простит нам такую оплошность. Он-то простит, а вот мы себе не могли простить такую безалаберность. Мы заскочили в ближайший продуктовый магазинчик и бездумно накидали в пакет фруктов и пирожков, не самое необходимое в данный момент, но самое целесообразное. Я искоса поглядывала на мать, та держалась из последних сил. К счастью, в обморок никто из нас больше не попробовал улететь. Зашли в палату и как-то растерялись, тем для разговоров было много, а говорить попусту не хотелось. Отец выглядел ничуть не лучше, всё таким же больным и потерянным. Да оно и понятно, недавно погибла его дочь при странных обстоятельствах, любимая дочь. Я, конечно, тоже считаюсь любимой дочерью, но Янка всегда была ближе к отцу. Ею папашка гордился и хвастался, что Янка приведёт в дом достойного зятя. Теперь уже не приведёт. Теперь даже кого я приволоку к нашему семейному очагу будет неважно, не с кем соперничать, второго зятя не будет. Истерика сдавила моё горло. Теперь я долго не смогу познакомить родителей со своим парнем, рука не поднимется.

Я смотрела на разом постаревшего отца и прокручивала в голове один и тот же, но очень наболевший вопрос. Кто и почему убил Янку? То что я собиралась с ней сделать, уже не имело значения. Я же только пыталась, но по факту так и не смогла ничего сотворить! Суицид? Я сразу отмела этот вариант, не тот случай. Янка-обезьянка никогда бы не пошла на такой суровый шаг, ни при каких бы обстоятельствах не совершила этого. Несчастный случай? Снова мимо. Янка — далеко не дура, чтобы выпасть с балкона третьего этажа. Только клиническая дура способна на такой глупый поступок. Кто-то влюбился в Мишеньку и не потерпел соперницу? Можно оставить, как вариант. Мишкой-чемоданом могла очароваться какая-нибудь девушка вспыльчивого характера. Эта девица могла назначить дуэль Янке. Могла, но моя сестрица не дерётся из-за ухажёров, она их красиво отпускает на все четыре стороны. Янка не умеет ревновать и имеет вполне трезвую голову и здравую ум. Имела голову и ум. Имела. Теперь её нет с нами. И только тут до меня дошла глубина потери. У меня словно отрезали руку или ногу, отрезали по живому без наркоза. Я не могла без Янки. Мне срочно требовалось присутствие рядом моей сестрёнки живой и невредимой. По Янке скучали папа и мама. Это вовсе не значит, что они любили Янку больше, чем меня, нет, вовсе нет. Я чувствовала, как горе затопило наших родителей. Они чувствовали свою вину перед Янкой за то, что не уберегли дочку. Я была на одной волне с родителями. Я знала, что случилась чудовищная ошибка. Янка не должна была погибнуть, во всяком случае не так нелепо. Отец словно догадался, о чём я задумалась и взял меня за руку, долго смотрел умоляющими о чём-то глазами. Что он хотел? Да кто бы знал? Я ничем ему помочь не могла. Я же не мола воскресить Янку. Я даже не мола утешить отца тем, что полицейские сработали чётко и по горячим следам нашли Янкину убийцу. Не нашли, но надеюсь, что ищут и не склоняются к версии о несчастном случае. А что по этому поводу думает Мишка? Он же всё время находился рядом с дамой сердца, ну и я неподалёку хороводилась. Но я ничего необычного не заметила. Некогда было замечать, я готовилась стать киллером. За всеми этими переживаниями я моментально забыла про принцессу.

Здесь и сейчас жить намного ярче, чем мечтать и видеть сны. Настоящее настолько жестокое, что сны не лезут в голову. Не до страданий по королю Антонасу стало. Отец так ничего вразумительного не сказал. Он только вздыхал тяжко и под конец проронил, почти прошептал:

— Это я во всём виноват.

— Не надо, милый, — погладила мать отца по голове. Они столько лет вместе и так трепетно относятся друг к другу, что у меня от умиления и нежности к ним защемило сердце. Я тоже так хочу! Хочу прожить с любимым и любящим человеком много лет жизни душа в душу. Хочу, как мама стареть в объятиях второй половинки. И горевать я тоже хочу вдвоём.

— Время посещений закончено. Пора на процедуры, — это появилась медсестра и выгнала нас из палаты. Мы с мамой отправились домой. Мать немного перекусила и отправилась в Янкину комнату, там она легла на постель Янки и провалялась там целый день. Я слышала, как мама тихонько всхлипывала, когда заглянула к вечеру в комнату сестры.

— Пойдём, чайку попьём, — тихо позвала её. Мать встала, умылась и попыталась выглядеть бодрее. Мы пили чай вприкуску с зефиром в шоколаде. Мама обожала это лакомство. Сахар в сахаре, ну что тут такого, а вот нервы немного да успокаивает. Крепкий горячий чай также также помогает при стрессе.

— Мама, мне завтра на смену, я пойду? — робко спросила у матери разрешения. Всё, как в детстве.

— Иди, дорогая, иди. Тебе там легче будет на людях, — закивала мать.

— Ты одна весь день выдержишь? — я пытливо заглянула ей в глаза.

— Надо привыкать, — коротко, но довольно жёстко ответила родительница. Как ножом отрезала. На самом деле я просто рвалась на работу, там действительно будет легче. Легче пережить трагедию в кругу людей. Невыносимо сидеть дома, где каждая мелочь напоминала о Янке.

Эти два рабочих дня тянулись долго, но я постепенно начала привыкать к тому, что Янки нет на Земле, что моя сестрёнка никогда не придёт в нашу общую квартиру. Только-только моя душевная рана подзатянулась, как как утром в ванной комнате на зеркале снова появилась пламенеющая надпись:

— «И не думай, что всё закончилось!»

Да для меня ещё ничего и не закончилось… Это кто? Это о чём? Мысли расплывались и не желали складываться в слова. А вдруг это убийца пишет? Тогда при чём тут Янка? А я-то тут при чём? Если у Янки и были враги, то у меня их точно не могло быть. Но подумать над возникшими вопросами просто не было времени да и сил тоже.

Дальше, дальше были похороны. Как так? Убийцу не нашли. Полиция склонилась к версии о несчастном случае. В крови у Янки нашли алкоголь. Так она же непьющая! Янка активно поддерживала здоровый образ жизни и позволяла себе потреблять алкоголесодержащие напитки только по великим праздникам типа Нового года, 8 Марта, ну и дня рождения. Других праздников сестрёнка и не признавала. Это я могла пригубить нечаянно бокал вина в тёплой дружеской компании просто так. Это я на похоронах пила всё и не хмелела.Это я приводила в чувство осевшую у гроба Янки мать с помощью нашатырного спирта. Сами похороны прошли, как страшный фильм рядом и словно не со мной. Хорошо, что Янкины подружки с работы помогли с организацией. Пришла и новая подружка Янки Лёля. В развевающихся на ветру тёмных одеждах и чёрной шляпке с вуалью Лёля выглядела какой-то роковой женщиной и обращала на себя внимание. Я её с трудом узнала, мы и познакомились совсем недавно. Ничем не примечательная девица, но надо признаться, что в её бесбашенных нарядах угадывался стиль. При той первой встрече я её толком и не разглядела — блестящая бейзболка на голове, тёмные солнечные очки. А теперь в её безутешной скорби, в её движениях мне показалась некая наигранность. Может, и показалось.

Не верь глазам своим, если ты прощаешься с сестрой навеки. В гробу лежала Янка и не Янка, кукла восковая с её чертами лица. Да оно и понятно, душа Янки улетела в другой волшебный мир. Янка теперь обитает в аватаре принцессы Леокадии. Надеюсь, что ей там лучше, чем нам здесь на её похоронах. Теперь я рада, что не смогла, не сумела покончить с Янкой. Я бы не выдержала похорон и наверное с горя повесилась бы. Да уж хорошая из меня доченька и по совместительству сестричка, получилась! Думаю только о себе, вот эгоистка. Опытный детектив сумел бы, наверное, во время скорбной церемонии внимательно осмотреть всех присутствующих и даже составить их психологические портреты. Я же не профи-дознаватель, я же обычная продавщица и ничего не понимаю в детективном деле. Вот только в несчастное случайное падение Янки с балкона совсем не верю.