Пиратки

— Исчезаю не на один гребаный день, – шепчет он.

Он делает толчок, погружаясь в меня, и я снова закрываю глаза, задерживая дыхание. — О Боже...

Так глубоко.

Он выскальзывает из меня, потом входит, и не успеваю я опомниться, как он трахает меня жестко и быстро.

— Я еду в дом твоих родителей, – рычит он, натягивая мои бедра на свой член. — Я жду здесь...

Правда?

Я хватаюсь за изголовье, приподнимаюсь и выгибаю спину.

Он входит глубже, и я сжимаю деревянные перила в руках, держась за них.

— И у тебя даже не хватает порядочности посмотреть мне в лицо в школе, – бормочет он.

Он впивается в мою задницу, заполняя меня, – его член растягивает меня так охренительно.

Он хватает меня за волосы, притягивая к себе, чтобы прошептать мне на ухо. — Это последний раз, когда ты хочешь прикоснуться ко мне?

Я киваю. — Да.

Я не могу сказать ему правду.

— Я положил твой пластиковый член под подушку, – говорит он, и я слышу, как он смачивает губы. — Покатайся на нем хорошенько утром, хорошо.

— Хорошо, – хнычу я.

— Вставь его в себя.

— Я буду, – говорю я ему.

Он отпускает мои волосы и крепко сжимает мои бедра, пока я держусь. Изголовье ударяется о стену, и я снова вжимаюсь в него, встречая его удар за ударом.

— О Боже, – стонет он. — Блядь, детка.

И я улыбаюсь, любуясь тем, что ему это нравится. Вибратор не может дать мне этого.