Пиратки

Я выдерживаю его взгляд. Правда?

— Ты точно знаешь, кто ты и для чего создана.

Он имеет в виду, в отличие от него.

— Не забывай об этом и продолжай идти вперед.

Я пытаюсь улыбнуться, но мой подбородок слишком сильно дрожит.

— Выбора нет, говорит он.

Да, я знаю, кто я. Мне нравится быть такой, какая я есть.

И я точно знаю, чего хочу.

Мой отец подъезжает на одном из грузовиков JT Racing, два мотоцикла и кое-какое снаряжение привязаны к прицепу в кузове. Ной сминает пустой пакет из-под сахарной ваты и бросает на меня последний взгляд, прежде чем спрыгнуть вниз и присоединиться ко всем.

Джеймс вылезает с заднего сиденья, мой дядя Джекс – с другой стороны, а мама выходит с переднего.

Отец идет к задней двери, поднимает крышку и достает охладитель. Они все были на параде, но он не принес работу домой. Наверное, они собираются на какое-то мероприятие.

Я протираю глаза и слезаю вниз, стараясь не прятать руки в карманы, пока иду, но все равно делаю это.

Отец смотрит на меня, прекратив свою работу.

— Привет, – говорю я.

Он смотрит на меня несколько секунд, в его глазах появляется улыбка. — Привет, малышка, – почти шепчет он.

Джекс проходит мимо, за мной. — Держишься подальше от неприятностей?

— Никогда, – дразню я под нос.

Я моргаю, все еще чувствуя слезы. Я знаю, что мои глаза красные.

Я наклоняю подбородок к трейлеру с мотоциклами. — Что у нас сегодня по расписанию?

— Авиашоу, – говорит он мне. — У них будет ангар для демонстраций, инженеры.

— Робототехника, – вклинивается Джеймс.

Я смотрю, как мой младший брат проходит с ящиком гаджетов и вручает его нашему отцу.

— Мы писали и звонили, – добавляет Джеймс. — Чтобы узнать, не хочешь ли ты прийти, но кое-кто не любит отвечать на звонки.

— Тссс, – говорит ему папа.

Я не говорю им, что мой телефон лежит на мокрой лесной подстилке в Уэстоне.

А это значит, что Хантер тоже не может до меня дозвониться, даже если пытается. Сейчас меня это устраивает.

Я сглатываю, придвигаясь чуть ближе к отцу. — Нужна помощь?

Он слегка улыбается, его плечи заметно расслабляются. — Да.

Я замираю, не в силах смотреть на его лицо, но все равно подхожу, обхватываю отца за талию и прижимаюсь к его груди. Он тут же обнимает меня в ответ.

Не знаю, решил ли он, что мне грустно от того, что мы поссорились, или он видел драку на параде и знает, что что-то случилось, но он просто спрашивает: – Хочешь поговорить?

— Пока нет.

И он не настаивает. К счастью.

Мама подходит, убирает с переднего сиденья сумку и протягивает мне клубничный молочный коктейль.

Я смеюсь, принимая его.

— Так вот почему ты захотела еще один, – говорит ей папа.

— Откуда ты знала, что я буду здесь? спрашиваю я.

— Твой папа и Джекс установили несколько камер. Она показывает на одну у входной двери и одну на углу дома. — У нас у всех есть приложения на телефонах. Он был уверен, что кто-то был в доме той ночью.

Хантер.

Я посасываю соломинку, но ничего не говорю. Если я скажу им, что он пробрался в дом, мне придется объяснить им, почему.

Джекс и Джеймс несут вещи, укладывая их в багажник.

— У меня есть время на быстрый душ? спрашиваю я.

Папа кивает. — Я упакую холодильник.

— Я принес закуски! кричит Джеймс.

Но мама останавливает его. — Ты взял только чипсы. Она обхватывает его за плечи и провожает в дом. — Ты можешь помочь мне с закусками, как насчет этого?

Я слышу его отвращение, когда иду следом.

— Мам, даже ты не хочешь есть миндаль и морковные палочки, которые ты упаковываешь, – говорю я ей.

Она возражает через плечо: – Но мне все равно нужно положить туда эти продукты, чтобы казалось, что я хороший родитель.

Папа и Джекс хихикают позади нас.

На следующее утро отец заезжает на парковку средней школы Уэстона, высаживая меня после того, как я выспалась в собственной постели прошлой ночью. Я не уверена, что день, проведенный вдали от Бунтарей, считается отказом от обмена пленными, но они вольны выгнать меня обратно в Фоллз, если захотят. У меня есть все намерения попытаться закончить неделю.

Отец подъезжает на своем «Мустанге» к обочине, держит руку на руле, наклоняется и смотрит на улицу через мое окно. Студенты направляются в здание, некоторые из них останавливаются и рассматривают его машину.

— Ты уверена, что хочешь остаться здесь? спрашивает он меня.

Я открываю дверь. — Это всего лишь еще несколько ночей, – говорю я, вылезая наружу. — Увидимся в пятницу.

— Получила наши билеты, – окликает он.

Я делаю долгий вдох. Игра. Я еще не знала, на чьей стороне сидеть. Похоже, теперь знаю.

Я наклоняюсь, заглядываю в машину и улыбаюсь отцу. Мы не говорили о вчерашних гонках или о чем-то, что нам еще предстоит выяснить, но я и не стремилась к этому. Я просто хотела домой.

Ной очень помог.

— Люблю тебя, – говорю я.

— Я тоже тебя люблю.

Он включает передачу, и я захлопываю дверь, поворачиваюсь и иду вверх по лестнице.

Ученики проходят мимо, кивая мне или улыбаясь, и я вхожу в школу, заметив Корал. На ней теперь моя куртка.

— Привет. Она прижимается ко мне, Мейс и Коди следуют за ней. — Куда ты ушла? Где Хантер?

— Что ты имеешь в виду?

— Он исчез вчера, как и ты. Она оглядывает своих друзей. — С тех пор его никто не видел.

И телефона у него тоже нет. Я видела его на земле, когда «Пираты» пытались забрать меня в субботу вечером. Думаю, именно его он бросил в грузовик Кейда.

— Я провела время с семьей и сказала им. — Я его не видела.

Его родители были на параде. Они должны были знать о драке. Если бы было о чем беспокоиться, мы бы уже знали.

— Ты в порядке? Корал спрашивает.

— Да.

Не знаю, сколько они видели или слышали, но в любом случае я об этом не говорю. Я бросаю взгляд на Корал. — Ты знаешь, что я верну куртку?

Она гримасничает, и я смеюсь.

— Ну, в ней она выглядит лучше.

Но голос принадлежал не Мейс. Я перевожу взгляд через плечо и смотрю на Коди. — Посмотри на себя, использующую свои слова.

Она улыбается и смотрит на своих друзей.

Она говорила со мной.

Я поворачиваюсь, и все мы направляемся в класс. Я не против, если никогда не получу куртку обратно, лишь бы хоть раз увидеть ее в ней.

— Эссе, пожалуйста, – зовет мистер Бастьен, когда мы входим в класс.

Я роюсь в ранце и достаю два скрепленных степлером листа бумаги. Я не часто делаю домашнее задание вовремя, но после того, как мы вернулись домой с авиашоу вчера вечером, я почувствовала внезапный прилив энергии. Я хотела вернуться в эту школу с накрашенными ногтями и готовым докладом, как будто я не пропустила ни одного шага.

— Знаешь, – говорю я, откладывая сочинение в стопку, – в наш цифровой век большинство учителей просят нас сдавать задания онлайн. Это спасает деревья.

Он поднимает стопку, просматривает. — Вы представляете, насколько больше углеводородов, угарного газа и азота выбрасывает ваш мотоцикл, чем моя машина?

Я отворачиваюсь. — Неважно.

Я слышу, как он фыркает позади меня, пока я иду к своему месту.

Сажусь в кресло и бросаю сумку на пол.

— Ты видела пост Кейда Карутерса? шепчет Мейс рядом со мной.

Я достаю учебник, который мы обсуждали. — Нет.