Пиратки

Мне нужно перестать думать о нем и просто заснуть.

Я стягиваю резинку с волос и направляюсь к двери, чтобы сходить за водой, но слышу, как срабатывает уведомление, и возвращаюсь к кровати.

Я пройдусь по всем сообщениям. Покончу с этим и лягу спать.

Уведомление – это Инстаграма Куинн. Больше ничего нет. Никаких пропущенных звонков или сообщений, и я испытываю смесь разочарования и облегчения, потому что отсутствие новостей – это хорошие новости, я полагаю?

Но он знает, что уже поздно. Разве он не хотел бы увидеть меня? Или хотя бы пожелать спокойной ночи?

Я нажимаю на кнопку, чтобы посмотреть, что она опубликовала, и появляется фотография Хантера, склонившего голову, пока Фэллон стрижет его волосы. Я улыбаюсь, видя, как Эй Джей позирует рядом с ним и корчит рожицы.

Он поехал домой. Это хорошо. Я проверяю время и вижу, что фотография была опубликована почти два часа назад.

Это действительно хорошо. Должно быть, он все еще там.

Хотя мне немного грустно. Его волосы не были длинными, но мне они нравились. Они всегда были сексуальными и неаккуратными, и мне нравилось ощущать их между пальцами.

Ему придется отрастить их снова. Я смеюсь про себя, бросая телефон обратно на кровать, но как только я поднимаю глаза и смотрю в окно, мое сердце замирает.

Мой желудок сжимается, а кожу пронзают иголки.

В его комнате темно, но я вижу ее рыжие волосы, обнаженную спину...

Я сужаю взгляд, подхожу ближе к окну, смотрю, как она перекатывается на его кровати, и пытаюсь понять смысл происходящего.

Это должен быть Фэрроу.

Или один из других парней.

Они используют кровать Хантера.

Но тут он поднимается, рывком прижимает к себе Арлет и переворачивает их обоих, его волосы теперь короче, а профиль безошибочно узнаваем.

В горле встает комок, и я не могу сглотнуть.

Это не может быть он. Он бы так не поступил.

18

Хантер

Я запихиваю в стиральную машину всю свою грязную экипировку с тренировки сегодня днем, радуясь, что штаны черные, как и майка. Единственный цвет на форме – несколько королевских синих полос вокруг воротника и рукавов с белой окантовкой. Легко скрыть пятна грязи. Дьюитт назначил нам тренировку в дождь или солнце, а вчера весь вечер лил дождь. Поле превратилось в сплошное месиво, а на подходе еще дождь.

Не думаю, что мы бы хорошо сыграли, учитывая, что половина команды с похмелья.

Я бросаю Tide POD и запускаю цикл, возвращаясь в свою комнату, чтобы одеться. Я выглядываю в окно и не вижу никаких признаков Дилан в ее комнате.

Но в небе гремит далекий гром, листья трепещут на ветру, а от заряженного воздуха волосы на руках встают дыбом.

Я не видел ее весь день.

Она спала, когда я пришел прошлой ночью, я пробрался к ней и проверил, когда она не отвечала на звонки, просто чтобы убедиться, что она в безопасности, а сегодня она не ответила на сообщения, только сказала, что была в библиотеке.

Дилан не ходит в библиотеку. Она не ужасная ученица, но если она не может изучить вопрос с телефона, значит, задание слишком сложное.

Она, несомненно, тренировалась на «Глотке Фелана».

Я поднимаю с пола свои грязные простыни и бросаю их в коридоре, чтобы потом отнести и постирать. В моей комнате странно пахло, когда я вернулся домой прошлой ночью, и ни один из моих товарищей по команде, включая Фэрроу, не признался, что занимался сексом в моей гребаной постели, пока я был у родителей. Я не думаю, что он стал бы. У него есть своя комната, но кто-то все же сделал это. Моя кровать была в беспорядке, и Дилан не оставила бы ее в таком состоянии, если бы просто зашла воспользоваться своим вибратором.

К тому же я знаю, как пахнет ее тело, и это было не оно. Я сорвал с себя простыни и взял запасной комплект в шкафу.

Дотянувшись до ящика стола, я вытащил ее игрушку из зарядного устройства, заново вымыл ее под обжигающе горячей водой в ванной и высушил, положив обратно под подушку. Я почти улыбаюсь, думая о том, какой кайф получит Кейд, узнав, что я сплю с членом под головой. Если бы он не ненавидел меня, то нашел бы это забавным.

Я рад, что не видел его вчера вечером. Я задержался допоздна, испытывая судьбу, но его все еще не было дома, когда я прощалася с родителями. Я рад, что ночь закончилась на хорошей ноте. Мои мама и папа заслужили это.

Накинув толстовку, я выхожу из дома, запираю дверь и бегу к своей машине. Фэрроу, скорее всего, уже на «Бунтарской вечеринке», которая устраивается всякий раз, когда действует предупреждение о наводнении. Конечно, мы не останемся сегодня дома, как должны были. Для некоторых людей опасность – слишком волнующая штука. Особенно для Дилан.

Я прочесываю улицы, проезжаю мимо «Брейкера», до «Глотки Фелана», потом до библиотеки, но ни Дилан, ни нового мотоцикла , который ей подарил Фэрроу, нигде не обнаруживаю. Может, она уже в школе?

Листья слетают с деревьев и парят в воздухе, а я еду по пустой главной улице, между заброшенными мельницами и складами и разбитыми вывесками давно исчезнувших предприятий. Красный светофор мигает и покачивается на тросе над головой, пока я проезжаю под ним и возвращаюсь к Нок-Хиллу.

Мой телефон звонит, я достаю его из толстовки, надеясь, что это Дилан.

Но, взглянув на экран, вижу вместо него Джареда. Моя грудь слегка вздымается. Мой дядя никогда не звонит с чем-то положительным.

Тем не менее я отвечаю. — Привет.

— Дилан не берет трубку, – сразу же говорит он. — Ты ее недавно видел?

Я собираюсь ответить «да», но это неправда. Я не видел ее со вчерашнего вечера.

— Только сегодня пришло сообщение, что она делает уроки в библиотеке, – говорю я ему.

— Библиотека? повторяет он. — Дилан?

Верно?

— Все в порядке? спрашиваю я.

Не кажется странным, что он с ней не разговаривал. Я знаю, что они в самом разгаре ссоры. Но я думаю, что мама с ней поговорила.

Но он просто отвечает: «Все в порядке. Мне просто нужно... поговорить с ней. Пусть она мне позвонит?

— Конечно.

— Если через час от нее не будет вестей, я приеду.

Если он приедет, то увидит, что она находится без присмотра взрослых.

Я резко поворачиваю направо, сразу направляясь к школе. — Обязательно.

Я жду, когда он закончит разговор, но он этого не делает.

— Как... Как она? Он заикается.

Я знаю, что ему тяжело спрашивать. Показаться уязвимым.

Джаред не похож на моего отца, который носит свое сердце на рукаве. Джаред обнимал, но не так, как в моем доме. Мой отец никогда не отстраняется первым.

— Она в порядке, – говорю я ему.

По крайней мере, прошлой ночью.

— Скажи ей, чтобы позвонила мне.

— Хорошо, – отвечаю я. — Пока.

— Пока.

В небе сверкает молния, за ней – раскаты грома, и по моей коже пробегает электрический ток. Может, это из-за погоды. Может, это предвкушение того, что принесет ночь. Мне все равно, что произойдет, я просто хочу, чтобы она побыла немного сама по себе. Через неделю она соберет все, что у нее есть, и отправится обратно в Фоллз.

Проехав на скорости через школьную стоянку, я обнаруживаю, что здесь уже собралось множество машин и мотоциклов.

Я останавливаюсь и паркуюсь, выпрыгиваю и бегу к зданию. На углу кирпичного здания установлены камеры наблюдения, еще больше – на фонарных столбах, половина из которых с перегоревшими лампочками. Но ни одна из камер не работает. Именно поэтому Бунтарям часто удается пробраться внутрь. Учителя и не подозревают, что здесь кто-то был, пока не найдут пивные банки по всей раздевалке.