Пиратки

Но я выхватываю у нее ключи. — Я за рулем. Ты поджаришься.

— Никто не водит мою машину.

Но я уже выхожу из парикмахерской.

— Пусть она поведет твою машину, – бормочет Мейс.

Я открываю для них дверь и встречаюсь взглядом с Томми, которая все еще прислонилась к стене. — Ты идешь? спрашиваю я ее. — Думаю, ты захочешь принять в этом участие.

Я не жду. Иду к машине, сажусь на водительское сиденье и слышу, как захлопываются двери, прежде чем я завожу двигатель. Когда я переключаю машину на Drive, одна из задних дверей снова открывается, и я вижу в зеркале заднего вида Томми, которая забирается внутрь.

Я нажимаю на газ и выезжаю на улицу.

Я едва успеваю подумать об этом, как мне приходит в голову единственное разумное место для его захоронения. Я еду к мосту.

Думаю, им всем не нужно было идти со мной. Мне нужна помощь только одного человека, чтобы поднять шкафчик. Но я уверена, что Корал не позволила бы мне взять ее машину куда-нибудь без нее.

Но все равно. Я рада, что они здесь.

Я въезжаю на мост, проезжаю половину пути, сворачиваю влево и паркуюсь. Они выходят из машины, пока я иду сзади и отпираю багажник. Открыв его, я вижу желтый шкафчик, лежащий среди кучи других вещей. Одеяло, холодильник, воздушный змей и лопата. Я качаю головой. Я займусь этим позже.

Я начинаю поднимать шкафчик, а Мейс берется за другую сторону.

— Так что за история с этой штукой? спрашивает она меня.

Мы несем ее к передней части машины. — Просто какая-то семейная история, которая должна умереть.

Я бросаю взгляд на Томми, когда она опирается на крыло. Выражение лица у нее пустое, но она не спорит.

Мы поднимаем его над краем моста, Корал переходит на другую сторону, и я смотрю вниз, в темную воду. Ветер дует, создавая рябь на реке, но мне кажется, что я почти вижу темную форму машины внизу.

Но потом она исчезает.

Я хватаюсь за рундук, колеблясь и переводя взгляд на Томасин, ожидая, что она начнет протестовать. В конце концов, это старый шкафчик ее мамы.

Она даже не моргает.

— Готова? спрашиваю я Мейс, наклоняясь к нему.

— Ты уверена, что он пуст? спрашивает она.

Но он уже исчез.

Стальной ящик медленно наполняется водой и тонет в реке, а мы, свесив головы через борт, наблюдаем, как он присоединяется к остальным призракам на дне. Внутри ничего нет. Мы бы услышали, как она сдвигается, пока несли ее.

Девочки уходят, и я слышу за спиной болтовню и смех, только я и Томми остаемся на краю. Она стоит в нескольких футах от меня, и меня охватывает дежавю, потому что в последний раз мы стояли на мосту вместе — железнодорожный мост вниз по дороге два месяца назад — , и мы все прыгали с него.

— Кейд уедет в конце года, – говорю я, все еще глядя на воду. — А Эй Джей и Джеймс приедут только после того, как ты закончишь школу.

Три года она будет учиться в школе Шелбурн-Фоллз одна, без Трентов и Карутерсов.

— Все наладится, – говорю я ей.

Хотя я сомневаюсь, что Эй Джей или Джеймс будут с ней спорить так, как это сделал Кейд. Он – ее ноша, причем в большей степени, чем нам кажется, потому что он знает, что нам не нравится его поведение по отношению к ней. Тем не менее, ей будет приятно не слышать наши имена в коридоре, хотя иногда мне хочется, чтобы мы были ближе по возрасту. Если бы мы дольше учились в одних и тех же школах, я бы смогла больше оградить ее от него.

Небо, затянутое тучами, низко нависает, наполняя воздух ароматом дождя. Волосы хлещут меня по лицу, и я откидываю голову назад, закрывая глаза.

— Выпьем? предлагает Корал, подталкивая меня под руку.

Да, черт возьми. Но не сейчас.

— Завтра, – говорю я ей, открывая глаза. — Надвигается шторм.

Думаю, будет вечеринка.

Я снова смотрю через край, вспоминая слова учителя о том, как Конор ждал бурной ночи. Возможно, надеясь, что его тело унесет течением.

— Вода поднимается. Я улыбаюсь про себя.

Завтра мне следует держаться подальше от реки, вдруг они попытаются избавиться от меня навсегда.

Я снова направляюсь к машине.

Корал начинает говорить, следуя за мной: – Эй, так... нам очень жаль, хорошо?

Жаль?

— За что? Я оглядываюсь через плечо, открывая дверь со стороны водителя. — Пытаетесь меня арестовать? Похитить меня? Сбить с дороги?

— Это были не мы, – снова вклинивается Мейс. — Это были Пираты.

— Это были мы, – добавляет Корал. — Мы ведь тоже за ней гнались.

Мейс закатывает глаза на свою подругу, потому что она не помогает. Я смеюсь под нос.

— Извини, что напугала тебя , – наконец говорит Корал.

— Фэрроу заставляет вас извиняться?

— Да, – быстро отвечает Мейс.

Я снова смеюсь.

— Но... – Корал направляет на меня свой тумблер. — Катание на роликах было веселым, и фейерверк.

— А ты, кажется, всегда готова ко всему, – разрешает Мейс. — И ты не боишься, что за веселье придется заплатить. Мне это нравится.

— И спасибо, что была добра к Коди, – добавляет Корал.

Я оглядываюсь, понимая, что ее здесь нет. И Арлет тоже нет.

— Тебе не нужно давать ей деньги, – замечает Мейс. — Мы позаботимся о ней.

Не понимаю, как они об этом узнали. Я сунула ей в карман толстовки всего пару двадцаток, но, думаю, не мне заботиться о ком-то из них. По крайней мере, пока.

Мы забираемся в машину, и я завожу двигатель.

— Чем вы обычно занимаетесь в субботу вечером? спрашиваю я, думая о завтрашнем дне.

Я ловлю улыбку Мейс в зеркале заднего вида. — Увидишь.

— Я не уверена, что вы сможете меня шокировать. Я разворачиваю машину, делая U-образный поворот. — Фэрроу сказал, что я не покину этот город девственницей, а я уже на полпути домой.

— О, это вызов, – объявляет Мейс.

— Звучит как вызов, – добавляет Корал.

Томми смотрит в окно, ее лицо такое бледное, а белые волосы собраны в хвост.

Мейс опускает стекло со стороны водителя и подставляет голову ветру. — Мы можем сделать лучше.

— Намного лучше, – повторяет Корал. — Ты же не собираешься закончить выходные девственницей.

У меня сводит живот, но я сохраняю спокойное выражение лица. — А если так?

— Тогда мы вытатуируем Веселого Роджера на наших задницах, – воркует Мейс.

Я разражаюсь смехом, а Корал стонет. — О, ты не просто так обязала нас это сделать, – хнычет она.

Я качаю головой, но потом задумываюсь о том, на что они пойдут, чтобы убедиться, что им не придется делать эту татуировку. У меня нет привычки принимать напитки, которые я сама не делала, но в эти выходные я буду особенно осторожна. Это точно.

Всю дорогу домой мне в голову приходили другие вопросы: как они узнают, сделаю я это или нет, и считается ли оральный секс? И тут же в голове вспыхивает образ головы Хантера между моих ног, и я тоже опускаю окно, чтобы подышать прохладным воздухом.

Отведя машину к парикмахерской, я выпрыгиваю и бросаю ключи Мейс, а не Корал.

— Завтра они напомнят мне.

— Я принесу текилу.

Возможно, они не лягут в постель еще несколько часов, но сейчас я устала. По крайней мере, так я говорю себе, потому что машины Хантера все еще нет перед его домом.

Закрыв входную дверь, я включаю свет и направляюсь в спальню, снимаю телефон с зарядки и ставлю на место тот, что дал мне Хоук. Я перезагружаю телефон и бросаю его на кровать, потому что не жду ни звонка, ни сообщения.

Мы просто играем.

Он в странном месте, и я неправильно понимаю, что мы делаем. Точно так же, как я неправильно понимала все сигналы, которые, как мне казалось, я получала от Кейда.