Пиратки

Она на другом мотоцикле. Черт побери. Он отвез ее на Грин-стрит, чтобы она купила себе такой же? Я убью его.

Она снова появляется в моем объективе, но потом я теряю ее из виду, когда она сворачивает с улицы. Я затаил дыхание, глядя, как она скользит по Глотке и исчезает.

А потом... она там, и я выдыхаю, когда она завершает свой поворот и уносится прочь.

Я смотрю, как они несколько раз проезжают по Глотке Фелана, оба исчезают на время, когда Фэрроу, вероятно, дает ей указания, и с каждым разом она становится все плавнее и быстрее.

Затем он направляет свой мотоцикл к деревьям, в сторону от трассы, и она едет следом.

Я приближаю камеру, пытаясь поймать хоть какой-то взгляд, но они не возвращаются. Они не едут. Что они делают?

— Привет, Хантер.

Я опускаю руки от испуга. Повернувшись, я вижу, как машина Корал подъезжает к знаку «Стоп», старый Corvair, набитый девушками. Арлет высовывается из окна со стороны пассажира. — Что ты делаешь сегодня? спрашивает она.

Понятия не имею.

Думаю, мне стоит отвлечься. Я убираю телефон. — К вашим услугам, – предлагаю я.

Она широко улыбается и выпрыгивает из машины. — Предполагается, что здесь только девушки, но меня можно подвезти.

Она запрыгивает за мной, и я снимаю шлем, передавая его ей.

— Куда мы едем? спрашиваю я.

— В Глотку Фелана, – отвечает она, натягивая шлем. — Сначала возьмем Фэрроу и Пиратку. А потом к девушкам в машине. — Встретимся в Фоллз!

В Фоллз?

Они отъезжают, и Арлет обнимает меня, прежде чем я стартую. Не сбавляя скорости, я крепко сжимаю руль, стараясь не дать ей понять, что никогда не ездил с кем-то еще.

Но через минуту я ускоряюсь. Она наклоняется, когда я наклоняюсь, не сопротивляется распределению веса. Неплохо. Она знает, как ездить с кем-то.

Мы взбираемся на холм, приближаемся к половине пути до вершины, и я вижу Дилан и Фэрроу справа, среди деревьев. Он сидит позади нее на мотоцикле, придерживая ее за бедра, и у меня в животе что-то сворачивается.

Мы останавливаемся, и Фэрроу смотрит на меня. Дилан держится за руль, и при виде меня у нее появляется мягкая улыбка.

— Хантер, – говорит Фэрроу.

Он слезает с мотоцикла Дилан, и у меня болят руки, прежде чем я понимаю, что сжимаю руль. — Ты дал ей другой мотоцикл ?

Он вздергивает бровь, как будто не может объясниться.

Я смотрю на Дилан. — Где твой шлем?

Она тянется вниз с другой стороны, поднимая его с земли.

Она улыбается шире, но я не отвечаю ей. Она переводит взгляд на девушку позади меня, и выражение ее лица меняется.

— Твой друг собирался преподать мне урок секса, – промурлыкала она.

Что?

Фэрроу говорит Дилан: – Ну, больше никто тебе его не даст.

Но он смотрит на меня, когда говорит это.

— По его словам, управление горлом – это ритм. — Двигаться вместе с машиной, управлять ею и знать, когда этого делать не следует. Он снова натягивает толстовку поверх белой футболки без рукавов. — Посмотрите на Арлета. Он наклоняет подбородок к нам. — Смотрит на ее тело на своем.

Я замираю. Они смотрят на нас, и я чувствую, как руки Арлет крепко обхватывают меня, а я ощущаю ее вес на своей спине.

— Она расположена так, что может положить голову и заснуть, – указывает он. — Она полностью под его присмотром. Ее бедра обнимают, а не держат, и в этом есть разница, Дилан.

Ноги Арлет, голые в шортах, хотя сегодня всего шестьдесят, прижимаются к моим, и я наблюдаю, как глаза Дилана скользят по нашим телам.

Взгляд Фэрроу слегка поднимается. — Ее грудь вдавливается в его спину, ее киска – в его тело.

Я долго и напряженно моргаю. Арлет тихонько смеется.

И теперь это все, что я чувствую, – как мне тепло между ее ног, и мне это не нравится. Такое ощущение, будто я связан. Или зажат.

— Он двигается, она двигается, он наклоняется, она наклоняется, он продолжает. — Он едет на мотоцикле, она едет на нем.

Мой взгляд опускается к бедрам Дилан в обтягивающих черных джинсах. В голове мелькают образы прошлой ночи и то, как она выглядит под ними.

Он встает напротив нее и берется за руль, прижимая ее к себе жестким взглядом. — Этот мотоцикл – твой гребаный парень. Обхвати его бедрами и позволь ему двигаться.

Дилан смотрит на него, не отрываясь.

— Все готово? Фэрроу смотрит на Арлет.

— Они будут там, когда мы приедем, – говорит она им.

Я не знаю, о чем они говорят, но предполагаю, что мы отправимся туда же, куда и Корал.

Дилан надевает шлем и смотрит на девушку позади меня. — Тебе будет безопаснее ехать со мной, – говорит она Арлет, застегивая ремешок под подбородком. — Ты что, второй раз на мотоцикле, Хантер?

— Хочешь прокатиться с Дилан? спрашиваю я Арлет через плечо.

Она обнимает меня крепче. — Нет, мне и здесь хорошо.

Я спрашиваю Фэрроу: – Так куда мы едем?

Но отвечает Дилан. — В Хельмово поле.

Она заводит свой новый мотоцикл и улетает, а мы втроем следуем за ней.

Возвращаемся к Фоллз.

Что она задумала? И что Арлет имела в виду, говоря о «только для девочек»?

Въезжая в родной город, я вижу, что магазины на Хай-стрит только просыпаются. Люди приходят на работу, открывают офисы, а продавцы выставляют свои витрины на тротуарах. Мы проезжаем мимо «Фростед», и я вижу голую кирпичную стену между пекарней моей тети и баром-грилем «Ривертаун», расположенным по соседству. Она пряталась в стенах прошлой ночью.

И я сомневаюсь, что она единственная, кто об этом знает. Странно, что Хоук, Кейд, Дилан и Куинн в курсе того, чего не знаю я.

Но, думаю, это справедливо. Я ушел. Мой выбор.

Сейчас только девять утра, но все уже должны быть в школе. Поездка через город недолгая, и я следую за Фэрроу и Дилан по задней части Хельмового поля, футбольного стадиона, как раз перед тем, как мы добираемся до парковки. Прижимаясь к лесному массиву справа от нас, мы выезжаем на другую сторону поля и паркуемся: двухэтажные здания школы возвышаются прямо над полем и дорожкой, которая его окружает.

Машина Корал уже стоит на месте, как и другая машина с небольшим бортовым прицепом. Сверху стоят канистры с фейерверками.

— Мы должны дождаться конца дня, – говорит Корал Дилан. — Тогда они смогут погнаться за нами.

— Это не должно быть для них развлечением. Дилан разворачивает каждый цилиндр, обнажая запалы. — Пусть они кипят до конца дня в классе. Это даст нам время подготовиться.

— Нам? повторяет Мейс, беря ее в руки и внимательно разглядывая куртку, в которую одета Дилан. — Как ты думаешь, кто ты теперь?

— Кто я? спрашивает Дилан. — Я девушка. Надоело мальчишеское дерьмо. Это соперничество не только между командами, не так ли?

Я сдерживаю улыбку. Все «Пираты» и «Бунтари» должны иметь возможность веселиться.

— Сегодня мы играем вместе, – говорит ей Дилан. — Через десять дней, когда я вернусь на другую сторону, ты сможешь снова попытаться убить меня.

Мейс прикрывает глаза, прочищая горло. — Мы не пытались убить тебя той ночью. Это были в основном Пираты. Фэрроу поцарапал свой грузовик, пытаясь сбить одного из них с дороги, прежде чем они сбили вас.

Она сужает глаза. — Да?

Она выглядит впечатленной. Она не будет впечатлена, когда он попытается прислать ей счет за все эти повреждения.

Арлет слезает, чтобы помочь им с фейерверком, а я завожу мотоцикл и начинаю удаляться. Мне не нужно быть здесь для этого.