Тайна тевтонского замка

Наконец официантка вынесла горячий ужин, и на время увлечённого поедания пищи воцарилась тишина. Александр первым закончил есть, удовлетворённо вздохнул и налил себе чашку душистого травяного чая.

— После такого ужина не грех и поспать, — проговорил он, делая глоток и закуривая сигарету. — Сейчас бы коньячку за знакомство, но боюсь, что бокала окажется мало, а завтра рано утром в дорогу. — Он помолчал немного, а потом добавил с улыбкой: — И со знакомством пока не так гладко получается.

— Что ты хочешь этим сказать? — Маша удивлённо взглянула на Александра.

— Хочу сказать, что мы не поедем в Шверин, пока я не буду точно знать, кто этот человек.

Улыбка с лица Александра исчезла, он с серьёзным видом кивнул в сторону Готтлиба и вопросительно посмотрел на Машу.

— Это мой муж Кирилл, — ответила Маша, бросив испуганный взгляд на рыцаря. Он сидел совершенно спокойно, невозмутимо доедая жаркое. — Я ведь говорила тебе, что вышла замуж. Могу показать свидетельство о браке.

— Маша, я в курсе, что ты вышла замуж за человека по имени Кирилл Воронцов. А кто этот человек? — Александр специально сделал ударение на слове «этот», но у Маши уже прошёл первый шок, и она решила давать отпор до последнего.

— Ты хочешь сказать, что я выжила из ума, не узнаю своего мужа и путешествую с каким-то посторонним мужчиной? — возмущённо воскликнула она.

— Ничего подобного, — Александр покачал головой. — Ты прекрасно знаешь этого мужчину, но почему-то выдаёшь его за своего мужа.

— Саша, я считала, что мы — друзья. Не ожидала от тебя подобных оскорблений. Чтобы рассеять твои подозрения — вот паспорт Кирилла. Можешь сам удостовериться и принести извинения.

Маша протянула Александру документ.

— Какое замечательное фото, — улыбнулся мужчина, — И качество хорошее, и сходство с Дитмаром Леманом потрясающее.

— С кем?

— С тем самым оберштурмфюрером СС, о котором ты меня расспрашивала якобы для работы над брошюрой.

— Ты в своём уме⁈ — воскликнула Маша. — При чём тут Кирилл? Какое ещё сходство? А Наполеона тебе мой муж не напоминает? Или Цезаря?

— Ну нет, на них он совсем не похож. А вот на фотографию в паспорте — даже очень. Настолько, что его спокойно пропустили через границу.

— Вот видишь! А у пограничников глаз как алмаз.

— Всё верно. Только у них за день проходят сотни людей, которым отводится две-три минуты на паспортный контроль, и больше внимания уделяется самому документу, а не его владельцу. Кстати, а почему твой так называемый муж молчит?

— Потому что всё, что ты говоришь — полная глупость! — парировала Маша. — Я столько ему о тебе рассказывала, а теперь мне стыдно за это знакомство. Дай адрес внука фон Мирбаха в Шверине, и разъедемся разными дорогами. После таких подозрений нет смысла в дальнейших совместных поездках.

— Я же сказал, что адреса не будет, пока сидящий рядом с тобой мужчина не назовёт своё настоящее имя, — спокойно произнёс Александр. — Готтлиб — так, кажется, ты обращалась к нему в замке?

— Ну всё! Хватит! — Маша вскочила из-за стола, но Готтлиб удержал её за руку.

— Всё хорошо, успокойся, — тихо сказал он. — У Александра есть нужная нам информация, а взамен он хочет, чтобы я представился. Вполне разумно. Итак, — он встал, расправил плечи и произнёс с гордостью и достоинством в голосе: — Барон Готтлиб фон Зальм! Рыцарь ордена дома Святой Марии!

— Ещё один рыцарь! — рассмеялся Александр. — Троих мы сегодня видели. Так ты из их шайки?

— Своей насмешкой вы наносите мне оскорбление. Между тем в 1839 году Великий Магистр Максимилиан Йозеф Австрийский лично посвятил меня в рыцари! Император Фридрих I присутствовал на церемонии и произнёс перед нами торжественную речь.

— Кто? — Александр в изумлении уставился на Готтлиба.

— Австрийский император Фридрих, — ответил рыцарь. — Неужели его имя забыто в двадцать первом веке? Жаль. Он много сделал для восстановления ордена.

— Маша, вы издеваетесь надо мной? — Александр вопросительно посмотрел на неё.

— Оставьте женщину в покое, когда разбираются мужчины, — сказал Готтлиб. — Вы хотели правду — я вам её предоставил.

Александр разочарованно уставился на рыцаря. «Сумасшедший или дураком прикидывается? За Машей ничего такого не замечал», — думал он. Но по мере того как Александр смотрел, менялось выражение его лица. Сначала разочарование сменилось недоверием, потом удивлением, а затем лицо приобрело сосредоточенное, серьёзное выражение.

— Почему-то мне кажется, что это правда, — наконец произнёс он, снова закуривая. — Хотя и невозможная. Чтобы человек из девятнадцатого века находился в нашем веке? Это фантастика какая-то.

— Тем не менее я здесь, и это неоспоримый факт.

— Но как? Зачем?

— Чтобы предотвратить наступление апокалипсиса.

— Что-что? — Александр затушил сигарету.

— Саша! — взволнованно произнесла Маша, следившая за ходом разговора. — Он спас меня от убийцы, которым оказался мой муж — Кирилл Воронцов. Он же — Дитмар Леман, оберштурмфюрер СС. Ты правильно заметил сходство на фотографиях. Это один и тот же человек.

— А вот с этого момента поподробней, пожалуйста.

— Он был отправлен в будущее из 1945 года в составе группы из трёх человек, — сказал Готтлиб.

— Проект «Возрождение», — прошептал Александр. — Ну-ну, продолжайте!

— Готтлиб появился из овального…

— Подожди, Маша, — Готтлиб положил руку женщине на плечо. — Я тоже немного разбираюсь в людях и смею утверждать, что твой приятель не тот, за кого себя выдаёт. Больше ни слова, пока я не пойму, с кем разговариваю.

— Как? Не тот, за кого себя выдаёт? — Маша округлила глаза от удивления. — Саша обычный…

— Готтлиб прав, — прервал её Александр. — Доверие за доверие. — Он помолчал минуту. — Эх, хорошо шумит водичка. Здесь, конечно, не лучшее место для откровений, но… так сложилось. Предлагаю говорить немного тише, никогда нельзя исключать наличие лишних ушей. Имя моё вы знаете, оно настоящее. В дополнение к своей основной профессии являюсь агентом военной разведки.

— Кем⁈ — воскликнула Маша. — Ты шутишь?

— Какой страны? — спокойно спросил Готтлиб.

— Той самой, большой и необъятной, из которой вы прибыли.

— Но ведь ты ребёнком уехал из Москвы? — удивилась Маша.

— Вместе с родителями. Немцы были рады заполучить такого специалиста, как мой отец. Он и привёл меня в разведку. А мама так ничего и не узнала…

— Кажется, я самая несчастная женщина на свете! — воскликнула Маша. — Вот ты мне скажи — наше знакомство на семинаре в Берлине было неслучайным? Ты выуживал через меня какие-то сведения? Использовал в своих целях?

— Да Бог с тобой, Машенька! — рассмеялся Александр. — Ну какие из тебя можно получить сведения? Я ведь обычный человек, а не хитроумный злодей, вынашивающий коварные планы.

— Ну да, с виду обычный, а оказался Джеймс Бондом.

— Сравнение лестное, только куда мне до знаменитого киношного агента! — Александр широко улыбнулся. — Головокружительным трюкам не обучен, стреляю плохо и только из пневматики. Рукопашным боем не владею. Признаюсь честно, с завистью наблюдал за поединком между Готтлибом и тем выскочкой из замка. Молодец! Красиво и непринуждённо расквасил ему нос. Я больше по интеллектуальной работе. Мне было действительно приятно сблизиться, заметь, по-дружески, с симпатичной молодой девушкой из Москвы. К тому же простодушной и немного наивной. Поверь, для меня словно гром среди ясного неба прозвучал твой вопрос о Дитмаре Лемане и его напарниках. Уж никак совершенно секретная информация не увязывалась с твоей персоной. Даже мысль появилась, что ты хорошо законспирированный агент разведки другой страны, которого ко мне незаметно подвели в Берлине.