Страница 55 из 83
Угол совсем рядом, я чувствую это так же, как тогда в подземелье. Всего пара усилий, и Аран будет со мной. Пальцы врезаются в стену, отросшие ногти больно ломаются о неровно обтёсанный камень. Я доползла! Не обращая внимания на саднящие ссадины, которые остались на ладонях от моих нервных движений руками по сторонам, я продолжаю искать. Куда оно могло деться?
Тиборд настигает меня уже в самом углу, где я тщетно пытаюсь найти своё кольцо.
— Больше некуда бежать! Некуда… — с сумасшедшим азартом в голосе произносит мой мучитель. — Моя теперь… здесь останешься! Здесь! Здесь!
И вот тогда я действительно пугаюсь. Я больше не играю, слёзы льются по-настоящему. Тиборд хватает меня за плечо, переворачивает на спину. Теперь он умнее и просто наступает мне на живот коленом так, что я при всём желании не смогла бы вывернуться. Да я и не пытаюсь. Я не смогу убежать: у меня, скорее всего, перелом ноги и сотрясение мозга, а это в сложившейся ситуации очень серьёзная проблема.
Зачем я выбросила кольцо?
Рука Тибо шарит по моему телу, грубо сжимает грудь. Не в силах больше сдерживать себя, я рыдаю во весь голос.
— Не нравится? — насильник, задумавший меня убить, придвигается ещё ближе. — Я не нравлюсь, да… Не нравлюсь… Чем, королева? А? Скажи! Скажи мне! Чем я плох?
Я пытаюсь взять себя в руки и успокоиться, чтобы не злить Рандмайна ещё больше, но всхлипы прорываются из моей груди надрывными вдохами. Слёзы бегут непрерывным потоком так, что уже все волосы у висков промокли.
— Тише, тише, — Тибо зажимает мне рот ладонью, его раздражает моя истерика. — Тебе просто не нужно было брыкаться. Разве сложно? Сложно ноги раздвинуть?
Своим сумасшествием Рандмайн подавляет окончательно сопротивление с моей стороны, а потом снимает колено с моего живота. Старается принять удобную позу. Возится между моих ног, продолжая закрывать мне рот. Ненормально хихикая, стаскивает с меня штаны. Шершавый камень холодит кожу. Одной рукой Тибо пытается справиться со своими штанами. Я хочу закричать, не для того, чтоб кто-то услышал, а чтобы самой не взорваться от мерзости и гадливости, которая меня сейчас переполняет, как вдруг слышу тихий стук. Конечно! Тиборд случайно подтолкнул ко мне заветное кольцо! Я, ещё не до конца веря в своё счастье, едва шевелю рукой и сразу же чувствую, как мой большой палец касается чего-то холодного.
16
Пальцы сами сжимают на остроугольном предмете ровно в тот момент, когда сумасшедший, судя по звуку, отрывает пуговицы на своих брюках и, больно схватив меня за бедро, придвигается ко мне. В ту же секунду комнату освещает желтоватый свет. Аран!
Негодяй ничего не успевает ни увидеть, ни понять: древний меч призрачного воина протыкает его насквозь со спины. Кровь из раны льётся по лезвию катаны и стекает прямо на меня, льётся на пол прямо по моему защитному жилету, собирается в ямочке между ключиц. Я не знаю, вою ли я или облегчённо хохочу таким же больным смехом, как и мой сумасшедший бывший. Тибо изумлённо таращит глаза и валится вперёд, я успеваю заметить, как кровь, пузырясь, выливается из его рта. Рука, накрывающая мои губы, ослабевает и соскальзывает с моего лица к уху.
Аран не даёт насильнику упасть на меня. Резко выдёргивает катану из уже мёртвого тела, отбрасывает от меня Тиборда.
Никогда я не видела моего призрака в такой ярости. Он рубит неподвижное тело до тех пор, пока оно не перестаёт быть похожим на человеческое. Кровь брызгами летит во все стороны с лезвия катаны каждый раз, когда древний меч взметается над головой призрака. От пережитого ужаса и от осознания своего спасения я закрываю теперь сама себе рот обеими руками, но из-под ладоней всё равно вырываются каркающие жуткие звуки. Это не могу быть я. Такие звуки не может издавать ни один из людей.
Аран не может устать и запыхаться, но, когда он останавливается, его грудь тяжело вздымается. Сейчас он выглядит совсем как живой. Его силуэт просвечивается совсем немного, и это почему-то пугает меня настолько, что, когда он сделал шаг ко мне, я шарахаюсь назад, беспомощно скользя ботинками по каменному полу. Аран останавливается, внимательно глядит на меня, и отбрасывает окровавленный меч в сторону. Катана падает на пол со стуком. Стук не такой явный, как если бы на камень упал настоящий меч, но я его слышу. В ужасе я перевожу взгляд на оружие, потом снова на древнего воина. Он абсолютно серьёзен, но, кроме этого, я ничего не могу прочесть по его лицу, которое не выражает никаких эмоций. Он делает шаг ко мне. Двигаться мне уже некуда — спиной я упираюсь в тот самый проклятый угол.
Продолжая смотреть мне в глаза, он присаживается на корточки прямо передо мной и плавно перекатывается на колени. А потом его губы едва подрагивают, будто он пытается улыбнуться, и расставляет руки, приглашая меня в свои объятия. В нём больше нет ничего страшного и опасного, это мой Аран, мой призрак, мой друг.
Из-под моих ладоней, которыми я до этого момента продолжала зажимать рот, вырывается сдавленный всхлип, и плотину моих чувств прорывает. Не обращаю внимания на боль в ноге и головокружение, бросаюсь к Арану и впервые не пролетаю сквозь него. Нет, это не похоже на осязание живого человека, но и бестелесным привидением он уже не является. Я чувствую его, я могу его обнять, могу рыдать, сотрясаясь, у него на плече и ощущать, как он гладит меня по голове, целует в висок, качает, как маленькую девочку, поправляет мою одежду, прикрывает меня даже от собственного взгляда.
— Моя принцесска, — приговаривает Аран, отчего слёзы ещё больше льются из моих глаз.
Я не знаю, сколько времени мне потребовалось, чтобы успокоиться, но за эти минуты или часы я решаю для себя раз и навсегда три вопроса: первый — я больше никогда не расстанусь с Араном, второй — я больше никогда не буду слабой, и третий — я больше никогда не оставлю за своей спиной того, кто может мне навредить. Пережитые страх и унижение что-то перевернули во мне раз и навсегда, и я вдруг понимаю, что уже никогда не смогу быть прежней Мариис.
Когда я успокаиваюсь, мы выходим из тайной комнаты, оставив там обезображенный кусок мяса, который раньше был Тибордом Рандмайном — любимцем женской половины корпуса и жестоким негодяем.
Нога нестерпимо болит, но теперь мой призрак может меня понести. На свету я осматриваю себя. Да, жуткое зрелище, в таком виде нельзя идти через весь корпус. С моими нынешними приключениями во всех помещениях Крепости нужно иметь схрон с запасным комплектом одежды.
— Я предупрежу, если кто-то будет идти, — обещает Аран.
Я не поворачиваю кольцо, почему-то сейчас мне важно видеть своего спасителя. Так мне спокойнее. Кажется, что драма, которую я сейчас пережила, длилась не считанные минуты, а целую вечность, и за это время я успела ужасно соскучиться по своему призрачному другу. Я ему благодарна за своё избавление. То, за что я ещё совсем недавно обижалась на него, кажется такой несущественной мелочью в сравнении с тем, какую трагедию он только что предотвратил, какую беду отвёл от меня. Сейчас он мне улыбается, словно влюблённый, ожидающий невесту у алтаря, и я улыбалась ему в ответ… разбитыми губами.
До моей комнаты мы добираемся без приключений, в коридорах безлюдно — как раз идёт вторая лекция. Всего пару раз нам приходится переждать в нише и за углом — пропускали прогульщиков. Первым делом Аран заносит меня в ванную комнату. С отвращением я снимаю пропитанные кровью Тиборда вещи, бросаю их прямо на каменный пол. Мой призрак помогает мне влезть в ванну, где я, как обычно, усаживаюсь, подставляя струе тёплой воды спину. Аран молчит, я тоже. В этот раз я не прогоняю его. После произошедшего мне не хочется оставаться одной ни на минуту. Стесняться его кажется глупым.