Страница 37 из 80
Глава 15
Николай
Я поджидал Софию на заднем сиденье ее дрянной машины на парковке средней школы. Лежа на спине и глядя на облачное небо с просветами голубого, я удовлетворенно ждал, когда моя жертва закончит работу. Было тихо, лишь далекие звуки бегающих на стадионе школьников нарушали тишину. Пребывая здесь, в комфорте, тепле и на свободе, зная, что скоро София будет рядом со мной, я чувствовал себя ближе всего к счастью, чем за последние семь лет. Прозвенел звонок, и она быстро пришла. София суетливо оглядывалась через плечо, пока спешила к своей машине. Она знала, что я рядом, чувствовала это, просто не знала где.
София села в машину, даже не взглянув на заднее сиденье. Как только двери были заблокированы, она выглянула в окно. Я видел, как напряглись ее плечи.
— Меня ищешь?
Она вскрикнула и обернулась как раз в тот момент, когда я легко протиснулся между сиденьями на пассажирскую сторону.
Она уставилась на меня круглыми глазами, открыв рот от удивления. Ее рука дернулась к двери одновременно с тем, как я потянулся через нее. В такой близости аромат ее легких духов и притягательный запах кожи грозили уничтожить всякий самоконтроль, который у меня был рядом с ней.
— На твоем месте я бы этого не делал. Пристегнись, безопасность превыше всего.
— Что ты делаешь? Теперь ты преследуешь меня?
— Преследование – простое слово для обозначения того, что я планирую для тебя.
Я пристегнулся и полез в карман за ножом-бабочкой, который прихватил с собой.
София замерла.
— Ты мне угрожаешь?
Я хмыкнул.
— Нет. Я напоминаю тебе, что если ты сейчас выйдешь из машины, позовешь на помощь и втянешь в это кого-то еще, ничем хорошим это не закончится, так что я бы на твоем месте не рисковал.
Я раскрыл нож, легко вращая им между пальцами. Взгляд Софии был прикован к лезвию.
Я ухмыльнулся ей.
— Я дам тебе поиграть с ним позже. Я знаю, как ты любишь свои ножи.
Она нахмурилась на меня, а затем переключила внимание на ключ, вставила его в замок зажигания и повернула. Ничего не произошло. У меня вырвался смешок.
— Эта машина - настоящий кусок дерьма, ты в курсе? Антонио Де Санктису наплевать на то, что его единственная дочь разъезжает в этой смертельной ловушке?
— Мой отец не имеет никакого отношения к моей жизни.
— Ясно.
С третьей попытки двигатель завелся, и она выехала. На стоянке было полно народу, но никто не заглядывал в машину, пока она медленно проезжала сквозь толпу.
— Ты уже видел Кирилла? Интересно, что бы он подумал о том, что ты делаешь, – попробовала София, и я оценил ее усилия, но она явно не имела представления о том, как мой брат добивался своей жены.
— Еще нет. Знаешь, у него есть дети. Двое. Я с ними не знаком. Мне нельзя доверять рядом с его детьми, да и с его женой, видимо, тоже.
— Почему? – казалось, она побледнела еще больше.
— Я не очень хорошо вел себя в тюрьме. Скорее всего, Кирилл думает, что я слишком нестабильный. Слишком жестокий.
— Он прав?
Я оскалил на нее зубы. Слабая пародия на улыбку.
— А ты как думаешь?
Она оторвала от меня взгляд и сосредоточилась на дороге. Ее руки были крепко сжаты на руле.
— Итак, куда мы едем? Я не повезу тебя к себе домой.
— Как грубо. Над твоими навыками хозяйки действительно нужно поработать, королева бала. Поверни прямо здесь.
Она бросила на меня взгляд, наполовину обеспокоенный, наполовину рассерженный, но последовала моему приказу. Мы проехали через весь маленький городок, в котором она поселилась. Мое внимание привлекло кольцо на ее пальце, поблескивающее в лучах послеполуденного солнца.
— Ты замужем?
Прошлой ночью никто не вернулся домой, чтобы спасти ее от меня, поэтому я подумал, что это маловероятно.
— Нет.
— А была когда-нибудь?
— Нет.
— Тебе лучше не лгать, королева бала. Я все равно узнаю. Нам обоим будет проще, если ты скажешь правду и назовешь его имя. Избавь меня от необходимости выслеживать его самому. Это лишь сильнее разозлит меня, и он не отправится мирно на тот свет.
— Ты сумасшедший.
— Да, я такой, – категорично заявил я. — Ты хотела поговорить прошлой ночью... теперь у тебя есть шанс. Поделись своими оправданиями.
София колебалась. Она так напряженно думала, что я практически мог слышать её мысли. Меня сводило с ума то, что она была полна секретов, а у меня не было никакой возможности выведать их у нее. Поскольку я не мог пригрозить или напугать ее, то понятия не имел, как выяснить, что на самом деле произошло в прошлом. Угрожал ли ей отец? Может, она просто решила порвать со всеми дьявольскими мужчинами в своей жизни, и мое имя было в этом списке? Она разлюбила меня? Любила ли она меня вообще?
София молчала так долго, что я понял: сейчас я не получу ответов на свои вопросы.
— Тебе нечего сказать? Прошлой ночью ты, казалось, отчаянно хотела поговорить… передумала после той маленькой игры в лесу?
Она продолжала хранить упрямое молчание. Если я хоть немного знал Софию, а я знал, то понимал, что она может быть чертовски упрямой. Раньше это казалось очаровательным. Теперь мне хотелось ее придушить.
— Притормози здесь, – приказал я.
Она послушно включила поворотник. Мы остановились недалеко от дороги.
Я смотрел прямо перед собой, вертя в руке нож-бабочку, играя с ним. Она наблюдала за мной, ее тело напряглось.
— Сейчас у тебя есть шанс. Я не буду тебя останавливать. – Я кивнул на приземистое одноэтажное здание через дорогу.
Возле участка были припаркованы полицейские машины, а несколько парней в синем стояли на ступеньках и разговаривали.
София проследила за моим взглядом. Она уставилась на полицейский участок и нервно облизала губы.
— Я не вижу, чтобы ты двигалась, – заметил я через мгновение.
— Зачем ты это делаешь? Это какой-то тест? – Она повернулась, чтобы посмотреть на меня. Моя умная маленькая ласточка всегда понимала меня лучше, чем кто-либо другой. — Хочешь проверить, смогу ли я действительно сдать тебя?
— Возможно. Может, я хочу понять, что это будет значит, если ты прямо сейчас не выйдешь из машины, не войдешь туда и не скажешь первому встречному копу, что тебе угрожали ножом, и злоумышленник все еще снаружи.
София повернулась ко мне. Ее проницательные глаза впились в мои. В полуденном свете они казались светлее, чем обычно, с темно-зелеными вкраплениями.
— Ты ведь веришь, что я этого не сделаю, не так ли?
— Доверие – это громкое слово, после того, что ты сделала. На самом деле, мне наплевать. Тюрьма, свобода… всё это стало одинаковым.
В ее глазах была грусть.
— Ты закрыл меня в гробу прошлой ночью и оставил в лесу.
— Я в курсе. Ты заслужила это. Предполагалось, что ты давно мертва. Проснуться в гробу – меньшее, что ты могла сделать. Ты уже хочешь рассказать мне почему солгала? Придумала душещипательную историю?
На секунду мне показалось, что она собирается поделиться. Возможно, расплачется и объяснит всё. Может быть, снова соврет или будет предельно честной.
Вместо этого она просто вздернула подбородок и прикусила язык. Она была закрытой шкатулкой с секретами, и я мог бы пытками вытянуть из неё правду, но это было бы совсем не весело.
— Никогда не знаешь наверняка, королева бала. Может, я тебя прощу.
— Ты не особо известен своим милосердием.
Если София планировала заявить на меня за преследование, я мог бы с таким же успехом выяснить это прямо сейчас, учитывая, что я ни за что не собирался останавливаться.