Страница 37 из 40
— Лорд Грогар! — тут же прокричал Гвард. — Нам срочно нужно одеяло, простыни и много горячей воды!
А то я не знаю! Но я не стал тратить время на пустые разговоры, а принялся быстро потрошить один из вьюков, где точно было всё необходимое.
Прямо после того, как я принёс одеяло и помог Жизель устроиться на нём поудобнее, она громко закричала и выгнулась дугой.
— Мой лорд, у неё начались роды! — с волнением проклёкотал Гвард, он явно очень переживал за мою супругу.
Впрочем, я и так знал, что мой капитан тайно влюблён в неё. Вернее, он её боготворил! Но я даже не ревновал Жизель к своему капитану — он был предан нашей семье и слишком хорошо воспитан, чтобы как-то повредить мне или моей жене.
«Довольно нетипично для грифона», — в очередной раз подумал я, смотря как Гвард заботливо обихаживает мою супругу, стараясь облегчить её состояние.
Глядя на это, я подумал, что хотя наш брак с Жизель был больше политическим актом, но всё же по прошествии некоторого времени мы как-то привыкли, притёрлись друг к другу, и сейчас я тоже сильно переживал за свою супругу. Впрочем, я бы не сказал, что нас связывает любовь. Скорее я гордился ею, как какой-то уникальной вещью, какой не будет больше ни у кого. Действительно, Жизель была истинной дочерью древнего рода, основатель которого служил королю Гроверу. Она была умна, правильно воспитана и красива как само Совершенство! Многие грифоны-аристократы завидовали мне лютой завистью, а их несовершенные родственницы исходили ядом, распространяя о ней всякие нелепицы. Только вся эта чушь никогда не прилипала к моей Жизель — на приёмах она вела себя словно богиня, всегда находясь выше завистливых куриц и их мерзких шёпотков. Тут мои мысли вновь прервал крик жены и я встрепенувшись, побежал разжигать костёр и греть воду, благо недостатка в ней сейчас точно не было.
Вскоре, принеся котелок с горячей водой и глядя на измученную жену, я снова задумался о ней. Всем известно, что чем знатнее род грифона, тем менее жизнеспособны его члены. Мы веками варились в собственном мирке аристо, выводя породу хоть и изящных, но изнеженных членов высшей знати. Близкородственные браки и великолепная медицина — сослужили нам очень плохую службу, последствия которой мы и пожинаем теперь. К счастью, я вырос на удивление здоровым грифоном, но эта беда не обошла мою жену. Жизель с детства часто болела и продолжала болеть даже когда выросла. Так что я сейчас сильно пожалел о том, что поддался на уговоры жены, полететь на тот приём. Да, я знаю, что появиться там было важно для нас, но… И снова крик жены прервал мои мысли.
— Мой лорд, она рожает! — позвал меня Гвард, но я видел это гораздо лучше него — голова Жизель покоилась на его лапах, и жена сильно сжимала их, глубоко вонзив когти в лапы капитана, но он мужественно терпел.
Я же приготовился принять ребёнка, наблюдая за тем, как старается жена, чтобы наше дитя увидело свет. Ей было больно! Очень больно! Грифоны древних фамилий рожают в муках. Это простым селянкам стоит только присесть на пять минут под каким-то кустом, чтобы потом с ребёнком на спине продолжать пасти свиней или продолжить охотиться на дичь в лесу. Нашим жёнам приходится рожать в муках.
Тут я увидел, как белое, округлое яйцо появилось на свет и подставил лапы, чтобы аккуратно подхватить его, но… но оно практически сразу развалилось у меня в лапах, от мощного удара маленького клюва того, кто очень жаждал выбраться из него на свободу.
— Ого! — глядя на маленького птенца в моих лапах, полными слёз глазами, воскликнула Жизель. — Наш птенчик оказался тем ещё живчиком! Похоже, твоя мечта исполнилась, Грогар — я подарила тебе сына!
Жизель смотрела на меня с довольной улыбкой, не обращая внимания на боль, а я… я в это время перевернул ребёнка, чтобы убедиться в правдивости её слов и… невольно скривил клюв в разочаровании.
— Дочь! — с горечью произнёс я. — У нас родилась дочь!
Не знаю, услышала ли меня жена, потому что в это мгновение она снова закричала, и я увидел, как на свет появляется ещё одно яйцо. В этот раз я замешкался и яйцо упало на одеяло, но это ему не повредило. Скорее помогло, потому что его обитатель тоже поспешил выбраться из своей белоснежной тюрьмы, и это был мой сын! Сын, которого я так долго ждал! Только какой в этом толк? Сын родился вторым! Ему никогда не стать новым правителем Грифонстоуна! Даже если я обучу его, надену на его голову корону, то всё равно за ним всегда будет следовать прозвище — «Второй»! К сожалению, законы грифонов говорят однозначно: «Править достоин Первый!». Именно Первый, а не Первая!
— Лорд Грогар, она не дышит! — услышал я встревоженный голос Гварда.
«Дочь умерла?! — мелькнула в голове какая-то очень радостная мысль.
Ну а что? Это действительно выход! Мы просто никому не скажем о ней!
Но нет, мой капитан суетился около Жизель, стараясь привести её в чувства, но я видел, что это всё напрасно — слишком много она отдала сил, принеся в этот мир две новые жизни. Слишком слаба была, чтобы сохранить свою. Впрочем, возможно это и к лучшему, так никто не помешает мне осуществить то, что я когда-то задумал. Что задумали мои предки. Надо только… я взглянул на Гварда, всё ещё суетившегося у тела моей жены:
— Капитан, оставьте её! — тон моего голоса заставил его вскочить и развернуться ко мне. — Не надо беспокоить мёртвых, капитан. Случилось то, что должно было случиться!
— Мне очень жаль, мой лорд, — тихо проговорил Гвард, склонив голову.
— Мне тоже, мой верный капитан, — ответил я. — Но сейчас мне понадобится твоя служба!
— Да, мой лорд? — вопросительно приподнял бровь капитан.
— Моя дочь не выжила, — с нажимом продолжил говорить я, пристально глядя на капитана. — Умерла сразу после рождения.
Гвард перевёл взгляд на трепыхающуюся на одеяле грифоночку и снова вопросительно взглянул на меня:
— Я вижу другое, мой лорд, — как-то нерешительно проговорил он.
— Так сделай так, чтобы мои слова были правдой! — раздражённо рявкнул я. — Задуши её!
В этот миг капитан как-то изменился, стал выше, что ли? Он осторожно взял в лапы грифоночку и вздохнув, произнёс, твёрдо смотря мне прямо в глаза:
— Боюсь, что я не могу выполнить этот приказ, милорд!
— Тогда мне придётся сделать это самому! — выкрикнул я, делая шаг к капитану.
— Я не позволю вам это, мой лорд! — всё также твёрдо сказал Гвард, положив лапу на рукоять меча.
На какое-то время мы замерли, глядя друг другу в глаза. Мой капитан, всегда такой исполнительный и надёжный, сейчас открыто смотрел на меня, не проявляя признаков того, что он переменит своё решение.
«Что же с ним делать? — лихорадочно размышлял я. — Напасть на него? Не вариант! Он гораздо сильнее меня! А что если?…»
— Хорошо, капитан! — я демонстративно убрал лапы подальше от своего меча. — Забирай её и убирайся отсюда! Раз тебе не безразлична её судьба, то теперь она твоя дочь, а ты — её отец! Убирайся и не смей показываться мне на глаза!
Капитан молча склонил голову в поклоне и развернулся, собираясь выйти на улицу, а я внезапно понял, что не готов отпустить его насовсем:
— Вот как мы поступим, Гвард! Думаю я, что ты был прав, не дав мне совершить столь ужасный поступок! Я даю тебе отпуск, капитан! — крикнул я ему вслед. — Возвращайся с дочерью через год или два! Но это будет твоя дочь! И никто не должен узнать, что она моя!
Капитан, явно приободрённый тем, что я не выгнал его со службы, молча поклонился и вышел на улицу. Ха! Как же хорошо я его знаю! Тупой солдафон! Служение моему роду для него всё! Он обязательно вернётся! Ну а тогда я постараюсь, чтобы единственный свидетель этой тайны, больше никогда не смог рассказать её.