Страница 14 из 39
Рона Батлер совершила роковую свою ошибку, когда взяла в свои руки эту коробку сладостных мучительных садистических страданий и плача с желанием заглянуть внутрь и узнать то, что было ей непостижимо. Рона желала непостижимых страстных кровожадных новых и свежих удовольствий граничащих с половыми сексуальными удовольствиями.
И пришла сюда. В этот адский мир этой хитрой и опасной головоломки.
- Ты удостоилась большой чести, Рона Батлер – произнес он, тот, что назвался неким Херувимом Тоссерафом.
Прибитая к иксообразному и на половину ошкуренная кресту со сложенными за спиной четырьмя крыльями со сверкающим наверху ангельским черным нимбом произнесла ей – Я, лично пришел за тобой и твоей душой и многострадальной болью. Ибо, мой Хозяин непомерно голоден, а ты свежая и лакомая моя пища.
Рона, дергаясь распятой, закованная по рукам и ногам цепями и торчащими в конечностях острыми большими крючьями. Дергалась от жуткой боли в криках и утопала в мучительных стонах.
Он опустился вниз, снова до самого каменного пола пыточной комнаты, сложив свои птичьи в количестве четырех оперенные огромные крылья за своей мужской спиной.
- Ты захотела большего, и я могу тебе дать это большее, Рона Батлер – произнес он ей, а из-за его спины вышла странная на внешний вид черноглазая с красивым лицом женщина. С белоснежным довольно красивым лицом и родинкой на правой щеке. Чернобровая с прямым носом. С алыми, точно у вампира полными губами.
Она появилась из-за спин, расступившихся в стороны демонов людей сенобитов, призванная сюда из глубин адского каменного громадного лабиринта демона дракона Левиафана.
Женщина была одета и, точно закованная в длинное срошенное в ее телом из черной обожженной жарким огнем ада сшитой из рифленых лоскутов кожи. Расклешоное длинное до самого пола платье. С тугим металлическим ребристым корсетом. Перетягивающим гибкую талию. Обхватывая сам торс адской «красотки». Платье имело боковые разрезы. И там выделялись красивые женские совершенно белые обескровленные, как и все ее тело бедра ног обутых в высокие из такой же черной кожи сапоги-ботфорты на высоком широком каблуке. Которые издавали громкие звуки подкованными железными набойками и подошвами по серым пола гладким в идеале обработанным выглаженным камням.
У женщины была белая полная довольно приличная размера четвертого, выпирающая вперед, почти на выкате из грудного тугого стянутого шикарного кожаного лифа грудь и полуоткрытая в глубоком вырезе убийственного декольте спина, что были пришиты и прикреплены к платью металлическими проволочными нитями. Совершенно в идеале женской сексуальной красоты белоснежные плечи. К которым, крепилось острыми вонзенными крючками, оттягивая на плечах кожу и плоть золоченые металлические нити, что крепились к ее располосованной надое от самого затылка до лба совершенно безволосой сверху женской голове. Растягивая окровавленную кожу по сторонам и обнажая голый череп. Руки были в черных кожаных перчатках до локтей без пальцев. Перепутанных и стянутых туго проволокой и металлическим кольцами от локтей до самих запястьев, как некие браслеты.
У этой демона и женщины были в обеих руках острые два больших изогнутых ножа серпа.
Этот женщина сенобит подошла слева и встала слева от Тоссерафа.
- Ты, сукин ублюдок! Что ты собрался со мной делать! - Рона Батлер, дико крича от жуткой нестерпимой боли, ругаясь, проклиная его, от боли, дергалась в подвешенном мучительном состоянии, стеная и сотрясаясь от страданий.
- То, что ты всегда хотела и желала, Рона Батлер – произнес стоящий снова на ногах пред ней прислужник Левиафана Херувим Тоссераф.
– Отпусти меня, тварь поганая! Я убью тебя, сволочь! – снова, прокричала, превозмогая свою адскую нестерпимую в руках и ногах боль Рона.
Она зыркала своими карими бешенными и вытаращенными в непереносимых муках глазами по сторонам, вертя своей растрепанной волосами женской головой и созерцая перед собой стоящих, чуть поодаль других демонов сенобитов. Видела каждого и смогла даже запомнить каждого, хоть сознание ее от нестерпимо жуткой боли в руках и ногах не давало ей сосредоточиться и здраво мыслить. А зрение стало туманиться и по щекам потекли слезы. Но те слезы, скорей не от боли, а от злости, что она попалась как какой-то домашний зверек в ловчий капкан, так глупо и конкретно.
Рона столько лет не была даже задержана в подозрении, ни арестована полицией, творя свои зверства с совсем еще соплюхами молодыми несовершеннолетними жертвами девчонками. А тут, попалась сама, доверившись этому гребаному адскому маленькому красивому волшебному кубику. Очаровавшему ее. Купленному, почти за бесплатно. За какую-то пару сотен долларов в антикварной городской лавке Ричмонда у какого-то горбатого отвратительного на рожу очкарика, лет восьмидесяти лавочника старьевщика еврея старика.
- Твои слова Рона, да Богу в уши. Все это, просто музыка для моей падшей извращенной и испорченной демона ада души – произнес он ей – Ты сейчас получаешь то, чего желала всегда, когда мучила своих жертв, доводя их страдания до самых крайностей болезненных ощущений, желая получить их боль в тех опытах до максимума, прежде, чем убить. Ты всегда желала и хотела этого. И я, даю тебе все это, Рона Батлер. А ты, даешь мне то, чего мне необходимо и нужно. Что жаждет получить мой Повелитель и Хозяин. Властитель этих мест Бог Левиафан.
- Тварь, гребаная, ты тварь! – она ему проорала и спросила - А это, что за сука?! - Рона прорычала, громко еле выговаривая от боли каждое слово, ему сжимая свои в судорогах челюстей зубы – Ей, что нужно от меня?!
Она смотрела помутневшим от жуткой боли настоящую рядом слева от Тоссерафа на лицо красивую, но жестоко изувеченную женщину в черной блестящей коже и ботфортах сапогах, что смотрела на нее не отрывая своего пристального черного взора своих жаждущих ее страданий и адских пыток, никогда не моргающих глаз.
Тоссераф растянул свой в дико хищной звериной улыбке острозубый драконий рот.
- Вы еще не знакомы, Рона Батлер - произнес посланник Левиафана Херувим Тоссераф – Это его приемная дочь. Принцесса боли и страданий. Принцесса Мучений. Темный ангел адского моего «Ордена ран и порезов». Исследователей самых запредельных болезненных чувств и ощущений. Когда вы сможет узнать друг друга лучше, станете навсегда лучшими адским подругами в мире, мире Великого дракона Левиафана. А мне пора туда, откуда я пришел сюда, лично почтить твое долгожданное прибытие ко мне моя избранница Рона Батлер.
Он, этот совершенно голый черноглазый и черноволосый демон совратительной мужской красоты, с развевающимися на невидимом ветру черными вьющимися точно живые змеи волосами темный ангел любовник, внезапно, отступив на несколько шагов назад. Поднявшись опять вверх почти под самый арочный свод каменного потолка, завис в самом пространстве между полом и потолком. Размахивая своим четырьмя, по очереди птицеподобными оперенными огромными крыльями. Затем, просто растворился в спертом, и сдавленном застоявшемся воздухе этого каменного без окон и дверей похожего на тюремный каземат и пыточную комнату помещения. И исчез. А цепи натянулись, растягивая Рону Батлер еще сильнее по разным сторонам за руки и ноги.