Страница 34 из 79
– А эт-то что?! – вдруг взвыл от восторга Тополь, метнувшись в дальний угол.
– Что там?
– Нунчаки! Оцени! Реально нунчаки!
Тополь потряс передо мной парой граненых эбонитовых дубинок длиной в локоть, скрепленных качественной стальной цепочкой, – он снял их с гвоздя на стене. На цепочке не было и следа ржавых волос – похоже, нунчаки совсем недавно принес сюда кто-то из друзей Нелиня.
Перед моим мысленным взором встали фильмы полувековой давности. В этих добрых наивных фильмах всякие шустрые китайцы совершали при помощи таких точно нунчак эпические подвиги. Помню, Брюс Ли или кто-то из его многочисленных клонов зажигательно вынес огромную банду мерзавцев, а потом еще и полицейский участок (стражи порядка тоже оказались мерзавцами, а как же). И все это одними нунчаками!
Судя по идиотской улыбке Тополя, он тоже что-то такое вспомнил.
Ловко перебросив нунчаки из левой руки в правую, Костя энергично прокрутил несколько базовых фигур. Было видно, что когда-то он учился этим премудростям специально.
– Круто, да? – спросил он, настойчиво ища моего одобрения.
– Ну… – замялся я. – Как по мне, «стечкин» несколько круче…
– Зануда! Умеючи нунчаками можно даже спецназ валить! Не говоря уже об обычных лохах…
– Это в фильме, Костя. А в жизни…
– Приземленный ты чувак, Комбат, – перебил Тополь обиженно, как будто я в душу ему плюнул.
Чай мы пили в гробовом молчании. Тополь, кажется, дулся на меня. А я просто чувствовал себя смертельно усталым и не мог пошевелить языком.
Время от времени до нас с Тополем долетали какие-то невнятные звуки из подполья. Я не стал акцентировать на них внимание. Думал, крысы.
– Ну а спать-то мы здесь будем или в читальном зале? – спросил наконец я.
– Я – тут. А ты – где хочешь! – сказал Тополь холодно.
– А на чем мы будем спать?
– Да вот на этих матрасах… – Тополь взгромоздился на стул, потянулся к одной из верхних полок книжного стеллажа и наконец сбросил на пол плотный рулон из нескольких полосатых матрасов самого сиротского, «плацкартного» вида, скрученных капроновыми веревками.
Я зажмурился и зажал нос, предвидя явление клубов ядовитой пыли, которые спустя секунду заволокут всю комнату.
Но в тот же миг мне стало не до пыли. Потому что пол вдруг убежал из-под подошв моих ботинок, а также и из-под ножек стула, на котором я сидел, и понесся вниз с ускорением ровно g.
Вслед за ним понеслись мы с Тополем, стеллажи с книгами, керосинка и матрасы…
К счастью, летели мы совсем недолго. И ударились несильно.
Со звоном разлетелась керосинка, и жидкое пламя расплескалось по грудам обрушившихся вместе с полками книг.
Вот вспыхнула одна куча. Занялась другая, третья…
– Костя, ты как? – спросил я.
– Вроде жив… Надо бы выбраться отсюда наверх!
Я обернулся, ища глазами лестницу или что-то вроде. И сразу же понял, что есть темы и поактуальней.
По черному подвальному коридору, уводящему невесть куда, на нас двигались четыре фигуры, хорошо различимые в свете занимающегося пожара.
Зомби!
Двое были как бы «свеженькими», на них хорошо различалась оранжевая униформа с надписью «Nautilus». Один «оранжевый» был вооружен куском арматуры, его товарищ – обрезком трубы.
Двое других, напротив, выглядели матерыми ветеранами некротического фронта. Одежда на них истлела и распалась на отдельные ленты, а плоть полностью мумифицировалась. Первый «старичок» был вооружен багром – и где только они нашли не разграбленный доселе пожарный стенд? Второй размахивал пожарным же топором.
Зомби распределили цели следующим образом. Двое «свеженьких» бросились на Костю, который – позер неисправимый! – немедля встал в вычурную боевую стойку с нунчаками. Двое «старичков» – те предпочли меня.
Тут надо понимать, что оба наших автомата были погребены под завалами книг, обломков и мусора. Найти их быстро не представлялось возможным.
К счастью, я никогда не расстаюсь со «стечкиным». Он пришел мне на помощь и в этот раз.
Я бегло выпустил пять патронов в ближайшего зомби с топором. Тот завалился на спину, комично дергая конечностями. Я вновь нажал на спусковой крючок, но вместо ожидаемого шестого выстрела раздался лишь сухой щелчок.
Мать моя женщина! Патроны йок!
Воспользовавшись моим замешательством, второй зомби нанес мне сильнейший колющий удар пожарным багром. Прийдись он между пластинами бронежилета, моей печени можно было бы сказать «ауфвидерзеен». А так я просто отлетел назад, больно ударившись затылком об угол стола. Из глаз моих полетели искры.
Краем глаза я видел, как Тополь ловко парировал нунчаками не очень уверенные удары «оранжевых». Ну чисто Брюс Ли напополам с Джеки Чаном!
Пока я извлекал из разгрузки запасной магазин к «стечкину», зомби с багром предпринял еще одну попытку прикончить меня. И прикончил бы, если б раньше не споткнулся о мой рюкзак и не упал прямо в пылающие подшивки журналов «Техника – молодежи» за 1980–1985 годы.
У самых носков своих ботинок я увидел его голову, поросшую омерзительным серым пушком и покрытую буро-зелеными пятнами. Туда-то, в самую макушку, я и выпустил пол-обоймы из «стечкина». А затем, наступив на шею зомби, сломал ее. Для профилактики.
Надо сказать, что его собрата с топором ни скорбная участь его товарища, ни пять полученных пуль нисколько не смутили.
Поднявшись на ноги и подобрав свое оружие, зомби двинулся на меня, предусмотрительно прикрыв голову от пуль лезвием топора.
– Ишь ты какой! – разозлился я. – А некробиотики еще спорят, есть ли у зомби интеллект!
Пришлось и мне переменить тактику.
Я подобрал с пола пожарный багор, которым прежде орудовал его дважды покойный коллега в оранжевой куртке. И сильным ударом подсек зомби ноги.
Удача! Враг потерял равновесие и рухнул, широко раскинув свои сухонькие руки.
Голова зомби открылась, и я тут же расстрелял его четырьмя пулями почти в упор.
Неужели финита ля комедия?
Моя часть подвала была свободна от зомби.
А вот Костина…
В сущности, я застал своего друга в том же положении, в котором и оставил его.
Тот по-прежнему скакал между разорванной трубой и скрученной в бараний рог арматуриной, время от времени нанося по зомбакам удары эбонитовыми дубинками. Эти удары действительно держали тварей на расстоянии. Но покалечить их были не в силах.
«Пора кончать этот цирк», – подумал я устало. И тут же выпустил в ближайшего зомби с арматурой скупую очередь.
Зомби замер, упал на колени, а я, не тратя времени даром, расколол ему голову трофейным топором.
Что ж… Остался один.
У меня мелькнула шальная мысль оставить его Косте. Пусть уже уконтрапупит его своими любимыми нунчаками и тем спасет свою репутацию мастера рукопашного боя!
Но потом взгляд мой упал на черный зев коридора, откуда в любую секунду вполне могла появиться еще какая-нибудь веселая компания полуистлевших людишек, и я понял, что Костя просто обречен на разочарование в нунчаках…
Я тщательно прицелился зомби в висок. И, кучно уложив три пули, снес супостату башку.
По кирпичной стене подвала поползла зеленоватая жижа, которая заменяла мутанту мозг.
– Ну что ты наделал! – досадливо воскликнул Костя, воздевая руки к небесам. – Я только во вкус вошел! Еще минута – и я бы его сам!
– Прости, родной, – сухо сказал я и принялся откапывать свой автомат.
Мы переночевали в читальном зале, наглухо забаррикадировав вход в библиотекарскую партами и книжными этажерками.
После пережитого мы оба долго не могли заснуть.
«А зомби в Зоне ждет рассвета… А рассвета-то и нету…» – крутилась в моей голове старая песенка, хит времен расцвета бара «Шти».
Но и разговаривать не было сил. Лишь под утро мою дрему разорвали Костины слова:
– Слышь, Комбат… А ведь прав ты был насчет Нелиня… Сам он – труха. И схрон у него трухлявый…
– Нашел время и место… – проворчал я, переворачиваясь на другой бок.