Страница 5 из 10
От этих мыслей лицо Алексы вспыхнуло ярким румянцем от смущения.
«И с чего все решили, что он сын варвара? Может, он сын какого-нибудь столичного вельможи», — подумала она.
Но, представив, как местные девушки ходят за ним табуном, ей стало не по себе.
«А вот фигу им всем», — решительно вздёрнув носик, подумала она, мысленно заявляя на него свои права.
Через год он выполнил своё обещание, снова отправившись на состязание лучников. И в очереди на запись снова увидел своих недоброжелателей, те тоже обратили на него внимание. Только он сделал вид, что их не увидел. На записи был тот же стрелок, что и в прошлом году.
— Рад тебя видеть, малыш. Думал, после прошлогоднего проигрыша больше не появишься. Молодец, что пришёл. Имя и возраст? — задал он рядовой вопрос.
— Кловис, тринадцать лет, — ответил юный лучник.
Двое его недругов о чем-то тихо переговаривались, наблюдая за ним.
«Будет то же самое», — решил Кловис, дав себе слово не поддаваться на их грязные уловки. Он не тот напуганный мальчик, который впервые участвовал в состязании взрослых лучников. Он намерен на этот раз победить, и ничто его не остановит.
Сэр Ренард со скучающим видом сидел в своем шатре на деревянном подобии трона. Мужчина тридцати с небольшим лет, высокий, плотного телосложения, кареглазый брюнет в коричневом бархатном камзоле. Он с удовольствием сейчас бы бегал по лесам со своим отрядом, выслеживая гоблинов-лазутчиков. Даже простую охоту он считал более полезным делом, чем просиживание целый день на стуле с высокой спинкой, обитом красным бархатом. Даже кушанья перед ним, стоящие на столе, его не радовали. Он должен был разделить трапезу с победителем. Ещё одна награда за первое место.
— Ну надо же. Тот мальчик опять здесь, — сказал стоящий рядом с ним стрелок в зелёном камзоле.
Ренард посмотрел в ту сторону, в которую тот указывал, и увидел Кловиса. В прошлый раз он не придал особого значения участию ребенка в состязании, и итог его ничуть не удивил. Но сейчас он испытал чувство уважения к его упорству.
— Ну ты смотри, а, совсем ещё пацан, а каков! Спорим на три золотых, что он окажется в десятке лучших, — преободрился Ренард. Его глаза загорелись азартом.
— Он не пройдёт и половины этапов, — уверенно произнес стрелок, помня о прошлогоднем результате мальчика.
Они пожали руки в знак заключения пари.
— Ничего не бойся и ни на кого не обращай внимания, ясно? — давала наставления Алекса, которая и в этот раз увязалась за ним, несмотря на недовольство отца. Мальчик согласно кивнул. Её поддержка была как раз кстати.
Кловис стоял перед мишенью, медленно натягивая тетиву лука, заводя её за ухо, стараясь не слушать насмешливые выкрики и ядовитые замечания из толпы. Тем более, что он знал, кому принадлежали большинство из них. Только он и его цель, круг, сплетенный из толстых веревок с черным пятном в центре. В его руках чувствовалась уверенность. Он медленно дышал и слушал стуки своего сердца. Было безветрие, так что поправку на ветер делать не было надобности. Стук, ещё один. Наконец его рука замерла, и всё его внимание было сосредоточено на маленьком черном круге мишени. Сквозь гудение толпы слышал лишь своё дыхание, пока сжимал пальцы, чувствуя упругость тетивы. Задержал дыхание, услышал стук сердца, вызвавший едва ощутимую вибрацию грудной клетки. Выстрел. Стрела пронзила воздух, оставляя за собой тонкий след. Удар в мишень означал успех. Стрела, словно змея, вонзилась в черный круг, оставляя после себя легкий трепет оперения.
Кловис повторил свои действия, отводя взгляд от толпы, преднамеренно игнорируя шуточки о том, что дуракам везёт, которые звучали всё ненавязчивее. Следующая стрела выскользнула из его рук, словно шнур, и, как и в первый раз, поразила мишень, но не в центре, а несколько в стороне от него, оставив ещё один след своих усилий. С каждым успешным выстрелом росло некое удовлетворение после прошлогоднего фиаско и сознание того, что он тренировался весь год не зря. Насмешки из толпы становились всё более далёкими и малозначительными и казались теперь нелепыми.
По итогу состязания он занял пятое место. Победителем стал рослый парень из города. Но Кловис был необычайно доволен, ведь его недоброжелатели оказались худшими стрелками, чем он, и это несказанно радовало.
— Ну что я говорил! — стукнув по подлокотнику кресла, в сердцах произнёс Ренард, который всё это время активно болел за мальчишку. Стрелок молча полез в кошель и, вынув три золотых, протянул его вельможе.
— Отдай их лучше тому пареньку. Это он их выиграл, — сказал следопыт, слегка усмехнувшись.
— Слушаюсь, ваша светлость, — поклонился стрелок своему лорду и ушёл выполнять поручение.
Кловис стоял позади толпы и ждал, когда же начнется церемония награждения. Скольких лучников на этот раз примут на служение сэру Ренарду. Но вдруг чья-то крепкая рука зажала ему рот, и его поволокли прочь от стрельбища, затащили в одну из подворотней города и грубо толкнули к стене. Он узнал в похитителях своих врагов.
— Ты кем себя возомнил, деревенщина? Знай своё место, — сказал один.
— Твоё место в хлеву, — поддержал другой.
И в следующее мгновение Кловис получил ощутимый удар в живот. Его согнуло пополам, и стало нечем дышать. Паренек прижался спиной к холодной влажной каменной стене. Сначала они били по животу, потом он получил пару ударов в лицо. Тут он понял, что жалеть его вовсе не собирались и всё может для него плачевно закончиться. Его мир превратился в сплошное марево, где единственным звуком по-прежнему оставались насмешливые голоса.
— Погляди на этого хлюпика, — хихикал один из них, нанося очередной удар в подбородок. Кловис почувствовал, как кровь наполняет его рот, и почувствовал его металлический вкус.
— Сын деревенского холопа! — с ненавистью прорычал другой, схватив его за волосы, прижимая к стене. Он пытался защищаться и даже пнул одного из нападавших под коленную чашечку, тот взвыл от боли и, разразившись ругательствами и угрозами, опять ударил его по лицу. Это добавило ярости его мучителям. От очередного удара он упал на колени, зажимая живот. И, получив очередной удар ногой в живот, понял, что сознание покидает его. Останется ли он после этого в живых, было спорным вопросом. Но тут его внезапно бросили избивать. В подворотне послышались шаги.
— Ещё раз увидим тебя на состязании, убьём, — сказали они и поспешили уйти. Это было последнее, что он услышал, и его мир накрыла тьма.
Стрелок тем временем всюду разыскивал мальчика, который как сквозь землю провалился. Услышав в подворотне подозрительную возню, направился в ту сторону.
Тем временем один из лучников, изображая глашатая, огласил имя победителя и решение сэра Ренарда.
— Пятеро самых лучших лучников милостью сэра Ренарда будут зачислены в ряды его стрелков, чтобы служить верой и правдой Нореанбургу, — огласил он и стал зачитывать имена счастливчиков. Те выходили из толпы и становились перед ним, кланялись и благодарили за милость. Когда произнесли имя Кловиса, никто не вышел из толпы. Глашатай трижды повторил его имя, но он так и не появился, что удивило и несколько огорчило сэра Ренарда.
— Что ж, видимо, к служению он ещё не готов, — сделал он вывод, пожимая плечами. Кловиса заменили тем, кто занял шестое место.
Увидев в подворотне человека, лежащего на земле, стрелок сразу узнал его огненно-рыжие волосы и кинулся к нему. Он осторожно перевернул его на спину и ужаснулся. Из-за опухшего от побоев лица, все в синюшных кровоподтеках, его было не узнать. Он припал к его груди и услышал еле различимый стук сердца. Вздохнул с облегчением. Мальчик был жив. Он осторожно потрепал его по щекам, но тот не отреагировал. В подворотне появилась девочка со светлыми косами. Она увидела Кловиса на земле и кинулась к нему, опустилась на колени, обняла его и навзрыд заплакала.