Страница 39 из 64
— Думаю, записки будет мало, — вдруг отмерла Лола. — Нужен макияж, чтобы вас никто не узнал. И платье. У вас точно нет ничего подходящего. Завтра шоу начнется в восемь. Вы должны подъехать в клуб к семи, чтобы успеть подготовиться. Леди, неужели вы умеете танцевать?
— У меня множество талантов, — ответила завуалировано. — Не беспокойся, я не сделаю ничего предосудительного. А если вдруг у тебя возникнут проблемы из-за моего выступления, готова оплатить моральный ущерб и помогу устроиться на другую работу.
— Хорошо, — сдалась Лола. — Тогда жду вас завтра в пять, леди Дейнис. Помогу с макияжем и нарядом. А вы уж, пожалуйста, будьте осмотрительны. И еще… В «Черной собаке» собираются только мужчины, они могут… вести себя развязно порой.
— Поверь, бедным будет тот мужчина, который рискнет вести себя развязно рядом со мной, — усмехнулась я. — Договорились. Завтра в пять буду здесь. До встречи, Лола.
— Удачи вам, леди Дейнис, — откликнулась она, проводила меня до двери, и я поехала домой. Что же, сегодня надо закончить эскизы фонтанов. Чтобы еще немного поработать на местности, заглянула на площадь, а дома заперлась в кабинете — доделывать эскизы.
Вэлл не появлялся. Он о чем-то беседовал с Полиной на кухне, поэтому работала я в тишине и спокойствии, а все мысли были о том, как завтра вести себя в клубе, чтобы и услышать, о чем будет говорить Вильям с его завсегдатаями, и не упустить, если что-то пойдет не так. Еще одна проблема — мне надо уехать к Лоле раньше, чем уйдет Вэлл. И самовозку лучше оставить ему. Придется ловить экипаж. Скверно… А может, пусть экипаж ловит он, а самой взять самовозку?
Мысли ворочались в голове, наброски рождались на листах бумаги. Наконец, я выполнила все, что планировала на сегодня, и направилась к Вильяму. Он нашелся там, где чувствовал себя комфортнее всего — у камина. Сидел в кресле, задумчиво смотрел на огонь и, казалось, не заметил моего появления, пока вдруг не заговорил:
— Получилось поработать?
— Да, эскизы закончила. — Едва сдержала желание умоститься к нему на колени и вместо этого чинно присела в соседнее кресло. — Завтра к вечеру повезу их заказчику. Сможешь нанять экипаж? Или оставить тебе самовозку?
— Не беспокойся, я найму экипаж, — ответил Вэлл. — В котором часу ты уедешь?
— Около пяти, — проговорила задумчиво.
— Я чуть позднее. Думаю, как повести разговор в клубе. Если честно, в голове все путается. Почему мне кажется, что мы загнали себя в ловушку?
— Не торопись с выводами, — сказала ему. — Сначала посети клуб. Никто ведь не обещал, что в первый же раз удастся что-то выведать. Я вот думаю… Что с теми тремя, имена которых назвал Велш? Можно ли их вычеркнуть из списка подозреваемых? Ведь магистр должен был проверить.
— Не думаю, что можно. — Вэлл внимательно посмотрел на меня. — Их почему-то не арестовали. Почему? За заговор ответил только отец.
— А если Велш сам не уверен в этих именах? — предположила я. — И нам попросту солгал? Такое тоже может быть, тебе не кажется?
— Что же они с отцом, не знали, с кем общаются?
— Прозвища. Лола упоминала, что в ходу были прозвища.
— И все же нужно пообщаться с этими троими. Возможно, поймем, почему их не настигло правосудие.
— А если… если магистр просто хотел отделаться от твоего отца и подослал их?
В комнате повисла тишина. Да, мысль жестокая, но это стало бы ответом, почему соратники лорда Александра свидетельствовали против него и его семьи. Они могли изначально быть посланы магистром. Может, не все, но некоторые. Однако тогда арестовали бы не только лорда Александра.
— Как узнать, были ли в деле другие обвиняемые кроме тебя и твоих родителей? — спросила я резко.
— Не вмешивайся в это, Кэтти, — попросил Вэлл.
— Поздно. Я уже вмешалась. И, если права, магистр найдет способ обойти клятву и избавиться от нас, как только мы обнаружим заговорщиков.
— Либо нас уничтожат сами заговорщики.
— Либо так.
Мы оба замолчали, думая каждый о своем. И не было в наших мыслях веселья. Я потерла виски, стараясь сосредоточиться и найти выход из ловушки, в которую нас загнали. Только не было его, выхода… И все, что нам оставалось, — идти вперед в надежде, что судьба подарит шанс на спасение.